Дэвид Балдаччи – Черная земля (страница 61)

— Когда я посмотрел на цифры на экране, то увидел, что все они разного цвета. Сперва я подумал, что просто зрение дурит, — или, может, я так до конца и не пришел в себя. Веришь или нет, но я так и не понимал, что со мной случилось. Но позже, когда я посмотрел на часы на стене, все то же самое — все цвета радуги. Тогда-то я и понял, что явно не такой, как раньше. И когда мне приходилось общаться с людьми… Ну, это был совершенно новый для меня мир. Я уверен, что врачи и медсестры были только рады от меня избавиться. Я был редкостной занозой в заднице. Я стал кем-то еще, но только в том же самом теле. Мой способ справляться с ситуацией был очень простым — никак с ней не справляться. Просто двигаться дальше, как будто я всегда был таким.

— Но теперь ты вроде понимаешь это гораздо лучше, чем когда мы только познакомились. Тогда ты был каким-то реально отчужденным и отстраненным, тебя было невозможно прочитать. И ты абсолютно не…

Джеймисон примолкла, явно занервничав.

Он покосился на нее.

— Не фильтровал обстановку? Ты права. И даже сейчас я в этом плане не настолько уж лучше.

— Ты, по крайней мере, вдруг не выходишь из помещения ни с того ни с сего, когда люди продолжают к тебе обращаться, а ведь некогда это случалось с тобой сплошь и рядом, — напомнила она ободряющим тоном.

— Ну, если прогресс и есть, то движется он детскими шажками.

— Я знаю, мы и раньше об этом говорили, но каково это — и в самом деле абсолютно ничего не забывать?

— Ты имеешь в виду мое личное «облако»? — отозвался Амос, постукивая себя пальцем по виску. — Это наверняка во многом похоже на твою память, только моя чуть более аккуратно организована и в нее гораздо лучший доступ, чем в твою. У тебя там тоже все хранится, но некоторые воспоминания настолько налезают друг на друга, что ты больше не можешь до них добраться. У меня этой проблемы нет.

— И благословение, и проклятие…

— Это так, если у тебя есть что-то, что ты предпочла бы напрочь забыть, как и у большинства из нас.

— Я знаю, что это тяжело, Декер.

Он неотрывно смотрел в боковое окно машины на бескрайнее небо, которое в тот момент представлялось ему таким же необъятным, как его личная память.

— Всем тяжело, Алекс. А те, кто утверждает обратное, просто решили игнорировать все то дерьмо, которое приходит с каждым утренним пробуждением и выходом за дверь.

— Так, значит, твой способ справляться с ситуацией — это полностью фокусироваться на своей работе?

Декер с непроницаемым лицом покосился на напарницу.

— Мой способ справляться — это просто отыскивать правду, Алекс. Если я способен сделать это — значит, могу управиться и со всем остальным.

Глава 52

Ферма напоминала что-то из «Гроздьев гнева»,[42] только не такое пыльное и с чуть бо́льшим количеством источников воды.

Остановившись перед обитым досками домом, они выбрались из машины. Перед крыльцом стоял грязный древний двухдверный «Джип». Вдалеке они увидели амбар и загоны, полные коров, собравшихся возле корыт с водой и лижущих соль. Имелся тут также паддок, в котором пощипывали травку несколько сутулых лошадок. В целом же все это хозяйство выглядело опрятным и крепким.

Надпись на покосившемся почтовом ящике на конце проселочной дороги гласила «ПАРДИ», так что они поняли, что приехали по нужному адресу.

Не успели Декер и Джеймисон подойти к крыльцу, как рама с москитной сеткой распахнулась, и за ней показалась женщина с дробовиком «Ремингтон» наперевес — лет пятидесяти пяти, с длинными седыми волосами, худощавая, жилистая, с пронзительными голубыми глазами, в выцветшем комбинезоне, видавших виды сапогах и клетчатой рубахе, заправленной в штаны, которые держались на плетеном кожаном ремне. Лицо у женщины было морщинистое и загорелое. И полное подозрения.

— Кто вы такие? — требовательно поинтересовалась она.

Джеймисон сразу же достала удостоверение и значок ФБР.

— Специальный агент ФБР Алекс Джеймисон. А это мой напарник, Амос Декер. Вы — Беверли Парди?

Вместо того чтобы разрядить обстановку, это вызвало лишь то, что женщина вскинула ружье и нацелила его прямо на них, почти положив палец на спусковой крючок.

— Когда хрена вам тут надо? Немедленно выкладывайте!

Декер шагнул вперед, встав между Джеймисон и нацеленным на них стволом.

— Мы хотели поговорить с Беном, если он здесь.

— Нету его! — рявкнула она. — А с чего это вы хотите с ним поговорить?

— Мы не из Военно-воздушных сил, если вы вдруг подумали. И нас не волнует, даже если он и в самовольной отлучке. Мы просто хотим поговорить с ним о его последнем месте службы — в Лондоне, штат Северная Дакота.

— Чушь! Вы приехали арестовать его!

— С какой это стати?

— Сами только что сказали. За самоволку.

— Мы расследуем серию убийств в Лондоне.

— Бен никого не убивал!

— А мы это и не утверждаем. Когда убийства имели место, его уже давно там не было. Но там, в Лондоне, он кое-что кое-кому сказал. Мы просто хотели уточнить, что он имел в виду. Мы считаем, что это может иметь отношение к нашему расследованию.

Женщина медленно опустила ружье.

— Нет его здесь, я уже сказала.

— Но был в какой-то момент?

— Может, и был, — настороженно ответила она.

— А вы не знаете, где мы его можем найти?

Она помотала головой:

— Без понятия. Давненько от него не было вестей.

— Так что вы, должно быть, волнуетесь за него? — спросила Джеймисон, подходя к Декеру.

— Я же его мать — само собой, волнуюсь!

— Мы за него тоже волнуемся, так что давайте вместе попробуем его найти.

— Ну… я не знаю.

— Вижу, что у вас остаются какие-то подозрения, миссис Парди. И, чтобы продемонстрировать наши добрые намерения, мы сейчас просто уйдем. Но можно оставить вам нашу контактную информацию, чтобы он мог позвонить нам, если объявится? Все, чего мы хотим, это просто поговорить с ним, а не арестовывать. Вот и все.

Декер вытащил из кармана куртки визитку и протянул ей.

Тетка опасливо посмотрела на кусочек картона, словно прикосновение к нему могло причинить ей боль. Но, судя по всему, удовлетворенная тем, что незваные гости явились не для того, чтобы арестовать ее сына, она неуверенно произнесла:

— Послушайте, а не хотите зайти? Я только что свеженького кофейку сделала…

Бросив взгляд на Джеймисон, Декер ответил:

— Звучит заманчиво. Дорога была долгая… И здесь попрохладней, чем в Северной Дакоте.

Они зашли вслед за ней в дом. В гостиной сразу же бросались в глаза звериные головы, которыми были увешаны стены.

Перехватив любопытный взгляд Джеймисон, хозяйка дома объяснила:

— Мой муженек с Беном были заядлыми охотниками. Да тут почти все такие. Но это не чисто для развлечения — мы всегда едим то, что добыли на охоте.

Она провела их в маленькую простенькую кухоньку с сосновыми шкафчиками и темными свилеватыми столешницами. На полу лежал потускневший от времени линолеум, на котором стояла коренастая мебель. Занавескам на окнах было на вид лет пятьдесят. Все здесь казалось застрявшим во времени примерно с тех же самых пор.

Парди поставила «Ремингтон» в ружейную стойку возле стены и показала на два стула у стола.

— Присаживайтесь.

Декер и Джеймисон сели, а она принялась возиться с посудой и кофейником.

Передав им полные чашки, хозяйка присела к ним за стол. Откинула с глаз непослушные седые волосы и стала прихлебывать кофе, стараясь не встречаться с их любопытными взглядами.

— Насколько мы понимаем, вы живете одна? — спросил Декер.

Голубые глаза вспыхнули.

— Кто вам такое сказал? Вы шпионили за мной? — Ее взгляд метнулся к ружью. — Что вам все-таки надо? А ну-ка давайте выкладывайте!