Дэвид Б. Лайонс – Алекс Фергюсон. Человек за маской легенды (страница 5)

Несмотря на рост 179 см и 7 мм (и он всегда следил, чтобы эти 7 мм учитывались и никогда не округлял данные, ратуя за внимание к любым деталям), Алекс слыл долговязым, жилистым и неуклюжим игроком. На бумаге его рост не кажется слишком высоким, но статность Алекса во плоти даже по сей день идет вразрез с объективными замерами. Действительно, вживую он выглядит гораздо выше. В бытность игроком его конечности были длинными и костистыми, но, извлекая для себя преимущество, он применял в деле каждую косточку. Практически невозможно завести беседу с кем-либо из современников Алекса, чтобы за считанные секунды после ее начала не услышать в его адрес слово «локти», которые, что весьма показательно, упоминаются гораздо чаще, чем «ноги».

«Алекс – обладатель самых острых локтей, что я видел», – рассказал однажды бывший футболист Алекс Тоттен замечательному журналисту Майклу Крику.

«Мы любили пошутить, что он специально затачивает локти, прежде чем выйти на поле», – вспоминает его партнер по «Данфермлину» Берт Пэйтон.

«Он был непростым оппонентом, – утверждает бывший капитан “Рейнджерс” Джон Грейг, – но не из-за каких-то исключительных способностей, а из-за манеры игры. Он всегда выставлял локти, и мы перешептывались, что ему в пору носить на них бутсы».

Как и вышеупомянутые будущие звезды «Манчестер Юнайтед», Алекс играл в футбол, широко выставив грудь. Делал он это преимущественно ради того, чтобы сделать из своих рук подобие крыльев и, размахивая ими, не дать сопернику к нему подступиться. Как правило, он передвигался по полю, приняв горделивую позу, оттопырив локти под углом 90°, напрягая мышцы предплечья и держась пальцами за манжеты рукавов своего игрового свитера, чему, по его собственным словам, он научился у своего кумира Дениса Лоу.

Такая поза в совокупности с вечно хмурым выражением лица органично довершали образ Алекса-футболиста – сильного, агрессивного, напористого, готового пойти в каждый мыслимый и немыслимый стык. Не проходило и двух минут с момента предыдущей перебранки на поле, как он снова повышал голос – на соперника, одноклубника или одного из трех судей.

Однако все конечности Алекса были костистыми и острыми, и он использовал в игре не только локти – и колени, и стопы. Известно, что Алекс не раз заносил мяч в сетку ворот даже бедром.

Наличие длинных и жилистых конечностей – единственная причина, по которой Алекс наколотил столько голов за свою игровую карьеру. По этой же причине, за семнадцать лет его игровой карьеры, его восемь раз удаляли с поля. Алекс забил множество голов, после навесов и прострелов, когда ему было достаточно было умело подставить мысок, или колено, или бедро, или голову – или даже нос, – чтобы пропихнуть мяч за линию защитников. В годы его игровой карьеры не раз возникали жаркие дискуссии, главный вопрос которых заключался в том, что помогало Ферги забить такое количество однотипных голов, – банальное везение или все-таки великолепное чтение игры. Окончательный ответ на этот вопрос был дан, когда тот стал тренером. Очень немногие, – если такие вообще были – читали игру так же хорошо, как Алекс Фергюсон.

Споры по поводу того, чей стиль больше напоминал его манеру игры, Данкана Фергюсона и Питера Крауча или Эрика Кантона и Димитара Бербатова, становятся излишними, когда мы принимаем во внимание, что Алекс играл на более низком уровне, чем все перечисленные игроки.

Всю свою игровую карьеру Алекс провел в Шотландии, преимущественно в Первом дивизионе (сейчас он носит гордое название «Шотландский Премьершип»), за исключением одного сезона, который он выступал во второй по силе лиге страны в составе «Фалкирка».

Поиграв на полупрофессиональной основе за «Куинз Парк» и «Сент-Джонстон», Алекс совершил судьбоносный переход в «Данфермлин», где добился трансфера мечты в «Рейнджерс». Затем последовали четыре года в «Фалкирке» и прощальный сезон в «Эйр Юнайтед».

В результате Алекс забил 15 голов в 31 игре за «КП», 19 в 37 за «святых», 66 в 89 за «Данфермлин», 25 в 44 за любимый с детства «Рейнджерс», 37 в 95 за четыре года в «Фалкирке» и 9 голов в своем последнем сезоне за «Эйр Юнайтед», в котором он отыграл 41 матч.

За 9 матчей, в которых он представлял Шотландию на международной арене, Фергюсон отличился 10 раз, хотя правомерность данных игр и голов может оспариваться.

Несмотря на то, что Алекс зарекомендовал себя крепким форвардом на уроне высшего шотландского дивизиона, возможность попасть в национальную сборную страны было сродни пробиванию неприступной стены.

Кумир Алекса, Денис Лоу, был самым важным кирпичиком этой стены, а за ним тянулась длинная очередь из невероятно талантливых шотландских нападающих. Так, на протяжении разных этапов его карьеры, более очевидными кандидатами в состав сборной считались Алан Гилзин, Джим Форест, Вилли Джонстон и Иан Сент-Джон.

Алексу удалось принять участие в нескольких играх за сборную Шотландии, пусть и полноправными «играми» их стоит называть с осторожностью, чтобы ни говорил сам Алекс. В 1967 году он дважды представлял сборную шотландской лиги в матчах против сборной английской лиги, а затем вошел в заявочный список игроков, вызванных для участия в составе сборной в рамках мирового турне, где шотландцам предстояло сыграть против Канады, Австралии, Новой Зеландии, Гонконга и Израиля. Именно там Алекс наколотил 10 голов в 7 матчах, хоть уровень соперников едва ли можно было назвать высоким. К тому же, большинство лучших игроков национальной команды – тех, кто выступали за «Селтик» и «Рейнджерс» или за ведущие английские клубы вроде «Манчестер Юнайтед» и «Лидса», не были отпущены на такой продолжительный и географически пестрый выезд. Имеют ли эти матчи право быть занесенными в личный актив участвовавших в них игроков, оспаривается уже несколько десятков лет[6]. Справедливости ради, в наше время, матчи, подобные тем, в которых участвовал Алекс вместе со сборной Шотландии летом 1967 года, несомненно считались бы официальными. Полвека же назад занесение игры за сборную в актив игроку представляло собой более сложную процедуру. На тот момент существовали разные способы представлять свою страну на международной арене и различные критерии их учета.

Самый интересный факт, касающийся Алекса-футболиста, заключался в парадоксе: от природы правша, он преимущественно играл левой ногой. Ей он исполнял стандартные положения, забил большинство своих голов и отдавал передачи под удар. Так сложилось потому, что Алекс-старший, во время тренировок Алекса и Мартина, в присущей себе пассивно-агрессивной манере настаивал, чтобы они учились пользоваться слабой ногой. «Если хочешь добиться успеха, сынок, нужно быть двуногим», – напоминал он ребятам при любой возможности.

Следуя жестким наставлениям своего родителя, Алекс так усердно тренировал левую ногу, что, когда он стал профессиональным футболистом, та оказалась сильнее правой.

Алекс докучал не только защитникам соперника, но и своим одноклубникам. Без сомнения, от его острого языка не были в восторге ни тренер, ни руководство клубов, за которые он играл. В раздевалке он редко держал рот на замке, во многом напоминая того голосистого представителя профсоюза, которым когда-то был. Алекс считал, что его «разговоры с командой» носили мотивирующий характер. Большинству одноклубников Алекса нравилась его страсть и решительный настрой на победу любой ценой, но тренеров, по правде говоря, совсем не радовала его привычка постоянно высказывать мнение. Вспоминая свою игровую карьеру, больше всего Алекс жалеет, что ему так и не удалось поиграть под руководством Джока Стейна.

Стейн покинул «Данфермлин» всего через три недели после звонка Алексу с личной просьбой перейти в этот клуб. Тренер не устоял перед заманчивым предложением от более статусного «Хиберниана». Алекс был жутко раздосадован и уже решил, что мечта о карьере профессионального футболиста умерла, так и не став реальной, тем более, что ему уже стукнуло 22 года. Покидая клуб, Стейн оставил настолько подробный и лестный отчет по Алексу, что его сменщик, Вилли Каннингем (суровый североирландец, с которым у Алекса сложились непростые отношения, где уважение постоянно сменялось ненавистью) все равно решил одобрить его трансфер. 20 июня 1964 года Алекс подписал первый профессиональный контракт. В обмен на его услуги, «Данфермлин» отдал «Сент-Джонстону» нападающего Дэна Маклиндона, без дополнительной платы.

Но, когда Алекс увидел предложенный контракт, его энтузиазм заметно поостыл. Ему полагалось лишь £27 в неделю – меньше, чем он получал в компании «Ремингтон Рэнд», руководству которой он только что вручил заявление об уходе. В его контракте был прописан ряд бонусов, которые увеличивали итоговое вознаграждение, вдохновляя Алекса на их выполнение (в частности, условие забивать по голу каждую неделю, в чем форвард не сомневался). Это позволяло свести к минимуму разницу в зарплате.

Он сразу же произвел впечатление на своих новых одноклубников, и в большей степени благодаря острому языку, нежели ловким ногам. И если многие из них быстро разглядели его природный инстинкт «убийцы» вратарей соперника, то именно его отношение к делу заставило отвисать челюсти. Алекс требовал профессионализма от всех, с кем он работал: эта черта сохранилась у него со времен занимаемой им должности профсоюзного представителя, а позже – и профсоюзного организатора в «Ремингтон Рэнд». Он жаловался. Много. Алекс ненавидел проигрывать даже в двусторонних играх на тренировке.