Дэвид Арнольд – Электрическое королевство (страница 54)

На несколько секунд он пропал во тьме между светом от пламени ее зажигалки и ламп и вот снова появился у ног Доставщика.

Нико свистнула, подзывая пса к себе, но тот не откликнулся.

Доставщик наклонился к Гарри и потрепал его за ушами. Нико невольно испытала облегчение, увидев наконец того, кто столько лет помогал ее семье. Все эти Дни доставки, приправа тако, макароны с чили в герметичных пакетиках и килограммы корицы… Нико будто лицом к лицу столкнулась с Волшебником страны Оз или Асланом из Нарнии. Так что да, она испытывала облегчение, но вместе с тем – как если бы она и впрямь встретилась с Волшебником или Асланом – ужас.

Пока они смотрели на Доставщика, застыв посередине коридора, тот открыл дверь и вошел в нее вместе с Гарри.

Не успела Нико сорваться следом за ним, как Леннон схватил ее за руку.

– Эй, – сказал он, и Нико подумала: ну все, он на пределе, дальше для него сплошь чертовщина.

Винить его она не могла. Творилось нечто необъяснимое, и он не был обязан ей ничем; Леннона ждал Бостон, но как Нико было попрощаться с ним, не говоря уже о…

– Шнурки развязались.

– Что?

Леннон указал ей под ноги.

– Шнурки.

Это были даже не объятия, а скорее нежный захват, когда она крепко обвила руками его шею и притянула к себе.

– Спасибо, – прошептала Нико.

– Просто… тут темно. Ты могла запнуться.

– Я не о том.

– Понимаю.

Может, это были и глупости, но, когда они отстранились друг от друга и развернулись к офису номер 4040, Нико невольно ощутила, что, открыв эту дверь, они закроют другие – двери к безрассудству, в те места, где двое растворяются друг в друге у камина, туда, где ты не можешь перестать улыбаться.

– Еще камеры. – Леннон указал на висящую под потолком сломанную камеру.

И снова та же надпись на матовом стекле: «Посторонним вход воспрещен», и рядом – значок видеокамеры.

Нико взялась за ручку.

– Готов?

– Постой.

– Что еще?

– Шнурки.

Может, разум Нико и занимали одни только двери, но, когда она передала зажигалку Леннону и нагнулась завязать шнурки, до нее дошло, что вот это настоящая дружба: когда в твоей жизни есть тот, кто готов пройти в странную дверь во тьму, лишь бы только с тобой.

Если Нико и представляла себе рабочие кабинеты, то всякий раз видела в воображении полы, застеленные ковролином убаюкивающего бежевого цвета, пыльные компьютеры, столы с именными табличками и перегородки высотой по шею.

Здесь все было совсем не так.

Если здесь когда-то и был офис, то его преобразили до неузнаваемости. В глаза сразу же бросался потолок – главнейшая деталь интерьера, – а точнее то, что его заменили большим стеклянным куполом. Серого цвета в небе не стало, ему на смену пришла бесконечная насыщенная синева; звезды мерцали так ярко, что пробивались даже сквозь пелену туч, озаряя своим светом комнату. Вовсю валил снег, его жирные хлопья осаждали изогнутые стенки купола, падая на них, и соскальзывали вниз.

Высота купола превышала высоту стен раз в шесть или семь, а его верхняя точка располагалась прямо над центром офиса. Комната и сама была немалых размеров, а с куполом так и вовсе казалась необъятной.

Нико вспомнила о Гарри и огляделась. Хотела уже свистнуть, но тут заметила питомца у другой двери, что вела в смежную комнату меньших размеров. Там, в углу, отделенная стеклянной перегородкой, стояла целая стена компьютеров и пультов.

Леннон рядом с Нико пробормотал:

– Комната управления.

– Чем она, интересно знать, управляет?

Главное помещение оказалось пустым: ни столов, ни стоек; только четыре столба кованого железа посередине, высотой в человеческий рост, а между ними – цепь. На огороженную зону смотрело больше десятка видеокамер.

У одного из столбов стоял Доставщик и смотрел вниз. Нико взяла Леннона за руку, и вместе они приблизились к ограждению. У нее было ощущение, словно они оказались внутри картины, и оно лишь усилилось, когда Нико увидела, что смотрит Доставщик вовсе не в пол, а в дыру, аккуратный квадрат примерно три на три метра прямо под центром купола. Стоило Нико подойти совсем близко, и Доставщик указал вниз. Тогда ее удивление выросло без меры, ведь в дыру она увидела еще одну – точно такой же квадрат, вырезанный в полу офиса 3040, а под ним – третий, в полу офиса 2040, и, наконец, в полу первого этажа Нико разглядела квадратик затопившей его когда-то реки Мерримак.

– Который час? – спросила Нико.

Леннон продолжал молча смотреть в дыру.

– Леннон.

Он взглянул на часы.

– Восемь двадцать.

Доставщик, услышав ее вопрос, машинально посмотрел на свои часы – гладкий серебряный браслет на запястье и циферблат с горизонтом…

Совсем как у Леннона.

Не успела Нико сообразить, откуда в мире сразу две такие редкости, как за спиной у нее залаял Гарри. Он встал на задние лапы, упершись передними в дверь комнаты управления, и отчаянно вилял хвостом.

Нико взглянула на Доставщика.

Тот слегка кивнул. «Ступай туда».

Вместе с Ленноном Нико присоединилась к Гарри в комнате управления. Там пес принялся за любимое дело: уткнулся носом в пол и в считаные секунды обнюхал небольшое помещение. У дальней стены стояла пара шкафов; всюду лежал толстый слой пыли; тут и там валялись отдельные листы бумаги и целые папки. Нико заметила пустую пепельницу, стаканчики из-под кофе, посмотрела на стену из компьютеров и прочего технологического оборудования с кнопками, экранами и переключателями, о назначении которого могла только гадать.

– Выходит, это здесь случается геологическая аномалия, – произнес Леннон. – Уверен, она в той квадратной яме и, чем бы она ни была, отсюда за ней наблюдали.

На пульте под компьютерным экраном стояла небольшая фотография, и когда Нико взяла ее в руки, то чуть не задохнулась. Сердце словно разбухло, не давая вздохнуть и выдохнуть.

– Кто это? – Леннон заглянул ей через плечо.

На фото они были такие счастливые. Позировали где-то – неважно где. В каком-нибудь ресторане, кинотеатре, в гостях у друга или еще в каком-то из сотен мест, куда люди ходили, пока было можно.

– Это они, – ответила Нико. Папа обращался к кому-то за кадром, а мама смотрела на него с улыбкой, зная, что он принадлежит ей. – Мои родители.

Нико огляделась, запоминая окружение, в котором папа некогда проводил так много времени.

Леннон взял в руки коробочку с серебряными перьями. На передней панели было выгравировано: «Собственность Дэвида Лейбовица».

– Отец Эхо, – сказал Леннон.

Нико наугад взяла с пыльной стойки папку и достала из нее таблицу с четырьмя колонками: верхние ячейки слева направо были подписаны: «Дата входа в Будку», «Имя», «Пункт назначения (гипотетически)» и «Дата возвращения через Будку». Три первые колонки были заполнены именами, датами и названиями мест. Последняя же – «Дата возвращения» – оставалась пустой.

– Бо́льшую часть документов наверняка вели в электронном виде. Видеозаписи и годы работы… пропали. – Леннон опустил руку на ближайший компьютер. – В них люди хранили свои жизни. Теперь это просто… маленькие гробницы.

Они нашли еще больше папок со страницами распечаток, научными данными, понять которые было тяжело. Увидели больше упоминаний «Будок», термина, который употребляли наравне с «геологической аномалией». Нико вспомнила разговор за приправленным тако ужином, когда папа с мамой обсуждали Бога, науку, «Будки» и ковчеги. Пути выхода.

– «Начиналось как сказка, зато теперь все – быль», – произнес Леннон.

– Что?

Он указал на окно, на которое кто-то скотчем прилепил салфетку с этими словами.

– То же или примерно то же говорил Эхо, помнишь? Он сказал, что в журнале его отца была эта запись.

– Это из «Призрачной Будки». – Нико наскоро пересказала Леннону сказку про мальчика по имени Мило, который сконструировал загадочную будку, оказавшуюся порталом в иной мир. – Папа постоянно мне ее рассказывал.

В другой папке нашелся список городов, в которых тоже заметили геологическую аномалию: Мадрид, Александрия, Бенд, Сеул, Лима, Мизула, Ашвилл. Кто бы ни вел записи, он сильно переживал за то, что в проект могут вмешаться военные; кратко рассуждал о природе аномалий, земного они или инопланетного происхождения.

– «Где бы аномалии ни брали свое начало, – зачитал Леннон, – каков бы ни был их биологический состав, как бы далеко они ни вели, анализ в городах, где они обнаружены, позволяет с относительной уверенностью утверждать, проявляется этот феномен в воде или рядом с ней. И если наш приоритет – обуздать его силу, то ключ ко всему – это звук». Подпись: «Е.А.».

В памяти внезапно всплыл один день: Нико с папой, промокшие до нитки, сидят на чердачном балкончике. Папа вскидывает лицо к небу и пьет дождевые капли…