Дэвид Аннандейл – Освободившиеся (страница 6)

— Ко мне, братья, — произнес он. — Станция магнитоплана Саво.

Он вызвал тактический экран авточувств, указав свое точное местонахождение в Ланшире. Он искал возможности и вдохновение, но пока не мог принять решения. Вариантов было слишком много. Ему хотелось верить, что ситуация не столь плоха, как казалось. Он верил, что все еще хуже.

Он оказался прав. Через три минуты после ударов с орбиты по городу взвыли сирены. Из вокс-динамиков на крышах и стенах разнесся голос Рема Вентана. Капитан Ультрадесанта обращался к жителям планеты.

— Поверхность Калта более не безопасна, — предупреждал он. — Локальная звезда повреждена вспышками и вскоре облучит Калт до смертельного для человека уровня. Бегите в аркологии, — торопил он горожан. — Во имя Империума, поспешите.

Наше великое творение идет убить нас, — подумал Курта Седд.

К назначенной им точке сбора добралось меньше половины роты. И к тому моменту среди братьев уже поползли слухи. Он слышал сообщения, которые проскакивали в фрагментах вокс-переговоров других разбитых подразделений в Ланшире. Отсутствовала связь со флотом на орбите. Следовательно, «Инфидус Император» покинул систему. Или боевую баржу уничтожили. Или же сгорел весь флот.

Братья окружили его, ожидая приказов. Капитан погиб, и командование перешло к нему. В этой кампании духовное и тактическое являлись единым целым. Кор Фаэрон с Эребом подавали пример, и Курта Седд обладал практически таким же контролем над действиями Пятой на войне, как и Терготар. Теперь он стал единственным лидером.

— Капеллан, что случилось с флотом? — спросил Ток Деренот.

— Он умолк, — сказал Курта Седд. — И я не стану рассуждать о стратегии.

Но он стал. Тишина не вызывала у него доверия. Впрочем, у него ничего не вызывало доверия.

Он поглядел на серый день по ту сторону входа на станцию. Тот был безобидным, будничным. Ничто не предвещало грядущего.

— Но что правда, — продолжил он, — так это что мы должны исходить из того, что какое–то время эвакуации не будет.

Рота зашевелилась. Каждый из присутствующих боевых братьев знал, что это значило.

— А Веридия… — начал Ток Деренот, озвучивая мучивший всех вопрос.

— Предупреждение Ультрадесанта верно. Работа завершена. Приближается шторм.

— Нас бросили?

«Бросили» не было тем словом, которое Курта Седд старался не допускать в свой разум. Тем словом было «предали».

— Нет, — произнес он, обращаясь и к себе самому, и к Ток Дереноту. — Пока что мы сражаемся сами. Вот и все. Ультрадесантники лишатся вновь полученного преимущества через считанные минуты. Братья вернутся за нами.

— И куда мы пробиваемся? — поинтересовался Каэлок.

— Вниз. В аркологии. Мы найдем укрытие от солнечного шторма, а еще врагов, которых посрамим. В глубинах тьма, а во тьме — истина. Мы сражаемся с силой Слова, братья. Мы не падем.

— Где ближайший вход? — спросил сержант Вор Реннаг. Он тоже повернул голову к свету дня, словно ожидал явления огня.

Курта Седд еще раз сверился с тактическим экраном, взвешивая возможности. А затем пустота станции дошла до него и навела на мысль. Ближайший располагался к северу, ближе к эпицентру уже завершившейся битвы. Там же будет опорная точка. Есть Ультрадесантники еще не там, то скоро окажутся. Несущим Слово придется прорываться внутрь с боем. Курта Седд потешил себя замыслом одержать пиррову победу, разрушив убежище, но затем отказался от этого. Его война еще далеко не закончилась. Сорок четыре года назад он утратил цель. За прошедшее с тех пор время он пришел к новой вере. Однако до сих пор искал свою роль, свой смысл существования. С момента высадки на Калт он ощущал на границе своей души некую тягу. На этой планете что–то было, нечто важное для него. Он не знал, что ищет. Инстинкт был слишком слаб. Однако он был реален и настойчив. Он не усиливался в день кампании, но теперь мысль о спуске под поверхность планеты наполнила капеллана нетерпением.

Существовал еще один вход на западе. Немного дальше. Вспышка приближалась, и у роты оставались на дорогу считанные минуты. Получится впритык. Направься Несущие Слово к северной точке входа, у них осталось бы чуть больше времени в запасе и, возможно, у них нашлись бы силы, чтобы подавить защитников.

Но альтернатива манила иным.

— Вот наш лучший вариант, — произнес он, моргнув в направлении западного входа в аркологии на дисплее и передав его остальной роте. Он не дал прямого ответа на вопрос Вор Реннага, а сделанный им выбор подвергал многих из братьев риску. Неважно. У него были заботы поважнее, и он возглавит атаку. Он доберется до входа. Он спустится вниз.

Несущие Слово покинули станцию и направились на запад. Маршрут снова вел по местам, опустошенным мезонными лучами. Они шли вперед по воронкам, пробивая себе путь сквозь выжженные камни. Продвигались по мертвому ландшафту, словно на побитом метеорами планетоиде. Шел дождь, со всех сторон все еще высились здания. Ланшир упорно сохранял свой облик, как будто город щелочью выжег врагов, и впереди его еще ждало будущее. Пользуйся своим будущим в полной мере, — подумал Курта Седд. Оно измеряется минутами.

Они прошли две трети пути до места назначения. День так и не предвещал грядущего возмущения. Не зная точно, когда Веридия дошла до критической отметки, не было возможности сказать, сколько есть времени. Курта Седд решил верить, что времени достаточно. Существовал путь, которому он должен был следовать, и он его отыщет.

На границе полосы разрушений, проделанной лучами защитной сети, наружу тянулся гребень щебня. Стены разнесло снарядами. Казалось, здесь случилась схватка, однако в этой зоне не было Ультрадесантников. Миновав последнюю груду, Курта Седд увидел, что стало причиной повреждений. Там упал Сор Гаракс. Должно быть, дредноута сбило взрывом, и он смог доковылять дотуда. Он рычал со злобой сотни раненых хищников. Завывания складывались в слоги, однако это были не слова. Его пожирала бешеная, хаотичная ярость. Верхние конечности сохраняли ограниченную подвижность. Ноги не шевелились. Древний воин-жрец пал до состояния беспомощной и безумной машины.

Курта Седд прервал бег. Он уставился на Сор Гаракса, тратя драгоценную секунду. Затем еще одну. На третьей секунде он вспомнил гнев Быка на Монархии, и слова, которые тогда казались кощунственными, теперь представились пророческими.

Бык имел большое значение.

— Берите его, — скомандовал Курта Седд.

Братья повиновались. По отделению легионеров подошло с обоих боков дредноута и поволокло его вперед. Сор Гаракс зарычал на них. Правая рука открыла огонь в небо, но он уже не мог повернуть орудие. Братья могли держаться в стороне от траектории снарядов. Через несколько метров он перестал палить. Бессвязные проклятия продолжались, однако электронный скрежет голоса ослабел. Внутри опаленной оболочки оставалось немногим больше, чем лишь искра жизни.

Курта Седд вновь пошел впереди, вернувшись на улицу, бульвар Гадеса. Спустя полминуты в поле зрения с южной стороны возникла цель: огромное хранилище Архивов Гадеса. Там содержалась скорее бюрократическая, а не культурная история Ланшира и окрестных областей Калта. Это было монументальное сооружение, которое казалось приземистым, хотя и возвышалось на сотню метров, и располагалось посреди отдельной площади. Поверхность мраморных стен, гладкость которой не нарушали окна, была настолько отполирована, что сверкала даже в сером свете последнего дня города. Сдвоенный вход на северном фасаде окружали четыре колонны размером с ноги титанов. Обе двери были открыты, а громадные противовзрывные заслонки над ними — подняты.

До сих пор Несущие Слово не натыкались на гражданских — тех, кому не повезло остаться вблизи от их первоначального наступления, уничтожили лучи. Теперь же Курта Седд увидел множество людей, стремящихся внутрь с востока по бульвару Гадеса. Тысячи внявших словам Вентана, а также восклицаниям и завываниям тревожных сигналов. Бегущих от своего же солнца. Толпа сбивалась в левый дверной проем. Правый, который выходил на ведущую наверх лестницу, оставался без внимания.

Беженцев сопровождали имперские войска. Курта Седд заметил одиночное отделение Ультрадесантников, которое, вероятно, отбилось от основных сил во время сражения. Зафиксированное присутствие врагов было несущественным, а количество гражданских оказалось именно таким, какое он рассчитывал найти.

— Носители Слова, — воззвал он, вытаскивая плазменный пистолет и высоко воздевая крозиус, — благословите этих крыс истиной.

В тот же миг имперцы заметили Пятую роту и открыли огонь. Им мешало обилие беженцев. Пытались ли они избежать убийства своих, или нет — гражданские все равно оказались на линии. Они приняли на себя часть зарядов, предназначенных Несущим Слово.

Даже имея лишь половину сил, штурмовая рота Курты Седда имела подавляющее превосходство над всем, что могли собрать имперцы. Шквал ее болтерных зарядов и плазмы косил и гражданских, и защитников. Несущие Слово размолотили горстку Ультрадесантников. Навыки и доспехи тех мало что значили. Их побеждала грубая физика попадания сотен массореактивных снарядов. Но даже несмотря на это, они пытались превозмочь невозможное. Прежде чем атака добралась до них, они уложили троих Несущих Слово. Курта Седд проломился сквозь гражданских, круша тела своей инерцией и массой, и оказался рядом с сержантом Ультрадесанта.