Дэвид Аннандейл – Освободившиеся (страница 11)
Перемещения противника стали иными. Их слаженность приобрела другой характер. Ультрадесантники отходили назад.
— Они отступают, — сообщил Кварфон.
— Почему? — спросил Ток Деренот. Что бы он ни думал о лоялистах, те не были слабы и не были трусами. Они бились до конца.
Раздался гул. Он становился все громче, перекрывая гудение командного узла.
Отделение Раалан рванулось вверх по рампам. Улугар следовали сразу за ними. Ток Деренот поставил ногу на скат, и в тот же миг из ряда окон грянул огонь болтеров.
Еще один отряд Ультрадесанта вошел в командный узел с другой стороны. Ток Деренот ощутил волну столь сильного разочарования, что у него едва не закружилась голова. Теперь он понял, в какой войне участвует вместе с братьями. Сплетение пещер было не только слишком большим, чтобы его контролировать, но и слишком сложным, чтобы его выучить. Коммуникации были слишком разобщены. Возможно, у Ультрадесантников дела шли лучше, но на данном этапе не было возможности узнать, сколько Несущих Слово добралось до аркологий, и где они находятся. Ток Дереноту представились происходящие в сети отдельные стычки, где победы и поражения важны лишь для непосредственных участников, а объединяться удается лишь случайно.
Вот только Ультрадесантники знали эту местность. Они смогут связаться. Скоординироваться. Они уже это сделали.
Уничтожение командного узла стало более насущной задачей, чем когда–либо прежде.
Обстрел застиг Несущих Слово на открытом пространстве. Прежде чем они смогли открыть ответный огонь, он уже отбросил их на шаг назад. Теперь у Ультрадесантников было преимущество высоты, а в зале отсутствовали хорошие позиции. Единственной защитой являлось слаженное наступление: бросок к окнам.
Снаряды и пламя во все стороны на рампах. Осколочные гранаты рвались посреди отделения и внутри узла. Воздух заполнили каменные осколки. Прямо перед Ток Деренотом Дар Хатууна подняло взрывом в воздух и сбросило с рампы. Рыча от ненависти, Несущий Слово исчез в темной бездне внизу. Его проклятие становились все тише по мере падения, однако Ток Деренот так и не услышал, чтобы он ударился о дно.
Стену центра сотрясли ответные взрывы. Свет внутри замигал, а затем пришел в норму. В одном из окон огонь Ультрадесантников прервался. Пауза была короткой.
Гул стал оглушительным. Гром заполнил собой скалы пещеры. На дальнем правом краю зала располагался клапан трехметрового диаметра. Он с грохотом вылетел. Из зева, а также из дюжины других труб по периметру зала, рванулась серебристая жидкость. Но гул все нарастал, словно в пещеру вот-вот должен был обрушиться колоссальный водопад.
Вокруг серебристой пены воздух смерзался в кристаллы.
Оставшиеся Несущие Слово отступали. Гиперохладитель был не тем врагом, с которым можно сражаться. Они карабкались по щебню, чтобы оказаться на возвышении. Гиперохладитель полился через края рамп в бездну и растекся по основному полу. Ток Деренот успел лишь забраться на плиту высотой по пояс, прежде чем мимо него понеслось смертоносное серебро. Он увидел, что поток из клапана слабеет, и начал высматривать маршрут обратно к командному узлу.
Но гром продолжал бушевать. Все громче и громче, заполняя пещеру давящим шумом. И вот тут начался потоп. Гиперохладитель с ревом хлынул в пещеру изо всех входов. Река была лишь прелюдией. Теперь явилось море. Волны доставали до потолка. В одно мгновение воздух внутри зала обратился в ломкий лед. Все побелело. Дыхательный аппарат Ток Деренота силился втянуть внутрь кислород. В легкие вонзился острый холод пустоты.
Волны неслись к центру помещения. Выхода не было, и уже через считанные секунды пещера стала бы новым резервуаром с гиперохладителем. Ток Деренот спрыгнул с плиты и побежал обратно к рампам. Он шлепал по лужам гиперохладителя. Керамит на сапогах трескался. Он сделал три шага вверх, и из основного клапана опять хлынула жидкость. Он оказался в ловушке. Он остановился. Стена заполняющего зал гиперохладителя толкала перед собой воздух, и со всех сторон на него обрушивался ледяной ураган. Вокс заполняли звуки конца братьев. Агония тех была краткой и ужасной. Они замерзали и разбивались, тонули и крошились. Навеки исчезали в волнах.
Некого просить о помощи. Никаких вариантов. И все же он боролся. Ток Деренот побежал навстречу гиперохладителю, стекавшему по рампе. Прямо перед тем, как тот добрался до него, он прыгнул в сторону. Кромки каменного моста были неровными. Он вбил кулак в скалу и повис над бездной. Серебро перелилось через край и дождем хлынуло на него. Сервомоторы доспеха дали сбой. Координация нарушалась. Правая рука дернулась и попыталась отпустить рампу. Холод резал его, словно коса. Чувства отключались, пытаясь защитить сознание. Но коса все равно врезалась глубоко. Поток не накрыл его полностью, однако в мире остались только боль и серебро.
Вокс молчал. Братья были мертвы.
Рука соскальзывала. Ток Деренот посмотрел вниз. Тьма была не просто избавлением от серебра. Там ждал радушный прием. Дом. Гиперохладитель был оружием Ультрадесантников, и серебро означало ложный свет неистинной веры и слепого повиновения. Тьма тянулась к нему. Она ощущалась столь же реальной, как гиперохладитель. Сознание держалось на последних нитях, и казалось, будто мрак поднимается навстречу. Разъяренный падением серебра, он распускал свои щупальца. Теперь Ток Деренот понимал, насколько был прав Курта Седд, что повел Пятую роту вниз, навстречу тьме. Их оружие находилось там.
Поток гиперохладителя продолжал реветь. С края пола между рампами полился еще более крупный водопад. Падающий на Ток Деренота дождь ослаб, течение из клапана прерывалось. Впрочем, оно сделало свое дело. Он соскальзывал в кому, вызываемую анабиозной мембраной. Если дождь начнется вновь, то убьет его.
Он не собирался дарить Ультрадесантникам такой победы. Он рискнет упасть во тьму. Если погибнет, то окажется в объятиях истины. Он прошептал молитву богам и расслабился.
Мощная хватка стиснула его запястья, не давая упасть. Он поднял взгляд, щурясь от злости и боли. Его держала фигура в синей броне. По бокам от нее стояли другие фигуры. Ультрадесантник потащил его прочь от тьмы, навстречу свету и позору плена.
5
Приемлемые потери
Эфон
Унижение
До Курты Седда доходили отголоски битвы за командный узел. Чем глубже он уводил оставшуюся часть Пятой роты, тем более сбивчивы становились вокс-передачи. Он слышал достаточно, чтобы догадываться, как все идет. Приглушенный расстоянием шум взрывов следовал за Несущими Слово по шахтам и туннелям.
А затем раздалось эхо, которое не стихало. Оно становилось все громче и громче. Преследовало. Менее чем через минуту после его начала все вокс-сообщения от отделений Раалан, Улугар и Тулаин прекратились. Последние услышанные им голоса уже не могли произнести ни одного связного слова.
Курта Седд оглянулся наверх. Рота находилась в очередной входной шахте, соединявшей крупные уровни аркологической сети. Она представляла собой тускло освещенный цилиндр, который уходил вверх больше чем на сотню метров, и по крайней мере столько же оставалось до дна. Железная лестница, спиралью опоясывавшая шахту, вибрировала от приближающегося грохота. Со стен сыпалась пыль.
Курта Седд проклял возможную задержку. Он изучил шахту. Несколькими метрами ниже решетка закрывала вход в вентиляционную сеть. Тот был достаточно широк, чтобы в него прошел легионер, и едва-едва позволял втащить внутрь Сор Гаракса. Он сбежал по ступеням и вырвал решетку. Команд не потребовалось. Каждый из присутствующих воинов знал, что катастрофа дышит в затылок. Он стоял в стороне, пока братья силились занести в проход изувеченный дредноут. Курта Седд направился в укрытие последним. Он смотрел вверх, бросая вызов судьбе. Найдет ли кара его сейчас, в столь бессмысленный момент? Не найдет. Не может.
Когда последние из Несущих Слово заходили в проход, из верхнего входа в шахту ударил гиперохладитель. Пространство заполнилось ледяным серебром. Оно падало вниз с ревом и шипением. Курта Седд яростно посмотрел на него, а затем последовал за братьями в укрытие. Он остался настолько близко к проему, насколько только мог. Гиперохладитель с грохотом проносился мимо, и холод ощущался, словно сплошная стена. Он пробивался через изоляцию доспеха. Плоть испытывала такую боль, какой не ведала уже десятки лет.
— Братья, — крикнул Курта Седд, перекрывая рев, — этот холод есть прикосновение мертвой веры. Лоялисты тянутся к нам, но мы ускользаем из их хватки. Они бьют и промахиваются. Мы же ударим и убьем.
Гиперохладитель лился еще несколько минут. Он сделал железо лестницы хрупким и с раскатистым треском унес все ступени. Наконец, водопад успокоился. Курта Седд вышел на край прохода и глянул вниз. Он смотрел на последние струи смертоносного серебра. Осветительные сферы внутри шахты были уничтожены, и теперь свет сочился лишь из тех проходов, которые избежали затопления.