Деус Мелум – Кто ты такой, Саске-кун? Том 1. Разрушенный берег. (страница 79)

— Да-да, давай лучше поговорим о якоре. Часть Кацую, которую я тебе оставил, оповестила меня, что у тебя появился значительный прогресс.

— Да, но печать возрождения Феникса всё ещё далека от приемлемого результата. Результаты опытов скорее привели меня к её кривому подобию, — нахмурившись, протянула Мито, её глаза сузились от размышлений.

— Кривое подобие? — с интересом спросил я у Мито, приподняв бровь.

— Да, но это обсудим уже на нижних этажах… — ответила она, окинув меня быстрым взглядом, после чего моя жёнушка разрушила печать от прослушки и заказала нам выпить.

Выпив и пообедав, я вместе с ней отвёл Цунаде в вип-номер отеля при нашем казино, оставив её под охраной из пары Анбу, которые недавно закончили обучение по новой методичке брата.

Выйдя из отеля, я с Мито зашёл в казино, после чего мы подошли сзади к декоративной статуе Будды, что стояла в углу местного декоративного сада, где немногочисленные торговцы и зажиточные горожане, просаживающие свои рьё в моём казино, дышали свежим воздухом, проигравшись.

Подойдя к ней, мы попали под действие сенсорной печати, что проверила у нас ключи допуска, открыв потайной ход, что вёл в одну из моих главных лабораторий неподалёку от Конохи, куда свозили всякий сброд, на котором Мито обкатывала разные версии якоря.

Пройдя пару стерильно серых коридоров, мы оказались в комнате с печатями и клетками, в которых сидели испытуемые.

Один из них даже был привязан к разделочному столу, который обычно использовали для вскрытия, — видимо, Мито решила сразу показать подопытного.

— Это результат кривой печати возрождения Феникса? — с интересом спросил я, смотря на слабенького чунина с потрескавшейся кожей и чёрной склерой, и наклонился ближе, изучая его.

— Да, я назвала её нечестивое воскрешение, — спокойно сказала Мито, её губы сжались в тонкую линию, и она взяла скальпель, что лежал на столике рядом с разделочным столом.

— Хм, занятно… — протянул я, смотря, как она быстрым и точным движением умело вскрыла чунину горло, но он не умер: у него даже кровь не потекла, на месте раны секунду был чёрный провал, который тут же сросся.

— Он стал более стабильной тварью берега чистилища? — с любопытством поинтересовался я у Мито, склонив голову набок.

— Да, нечестивое воскрешение — это изуверский аналог жреческих техник моего клана, — спокойно сказала Мито, её глаза холодно блеснули.

— Судя по твоим словам и его непрезентабельной роже, у техники есть некие подводные камни? — спросил я очевидное, усмехнувшись уголком рта.

— Да, нужна жертва, что станет топливом и временным якорем для шиноби, чей отпечаток разума сохранился в чистилище. Как ты понял, нечестивое воскрешение можно применить как с техникой возрождения Феникса, так и с просто обитателем берега чистилища, но тело, что будет принесено в жертву, быстро выгорает, выводя очаг чакры жертвы за пределы безопасного минимума, походя на эффекты стимуляторов тройственного союза в случае этого чунина это продлиться не более пары дней так как на его воскрешения я пустила генина, — отчитавшись, Мито посмотрела на меня, наблюдая, как я обследую тело чунина мистической рукой.

— Хм, я так полагаю, чем сильнее призванный из чистилища шиноби, тем быстрее выгорает очаг чакры жертвы, работая на износ для воплощения бессмертной полу-твари берега? — спокойно спросил я, закончив сканирование очага чакры подопытного, и выпрямился, скрестив руки.

— Да, поэтому я отбраковала нечестивое воскрешение как неудачную версию якоря. Кого-то калибра нашей троицы эта техника всё равно не воскресит в полной силе, и даже если мы стабилизируем наше тело после возвращения из чистилища проведя полное воскрешение, мы сильно просядем в силах, даже если для нашего воскрешения пустят в жертву кого-то уровня Тобирамы, так что это будет не эффективно для достижения нашей цели, — дав мне для изучения лабораторный журнал, спокойно сказала Мито, её лицо оставалось сосредоточенным.

— Хм, да, но думаю, стоит передать технику Тобираме на случай, если всё пойдёт по худшему сценарию. Он хотя бы сможет устроить нашим врагам ночь живых мертвецов, что благодаря псевдобессмертию смогут задержать ненадолго даже Ооцуцуки в случае чего, — спокойно констатировал я, полистав её лабораторный журнал и остановившись на последней странице.

— Хм, так у тебя есть и положительный результат? — задумчиво спросил я у улыбнувшейся Мито, приподняв бровь.

— А ты думал, я тебя сюда позвала просто полюбоваться на бессмертную нежить а Хаширама? — с долей иронии спросила моя жёнушка в ответ, на что я закатил глаза, усмехаясь.

— Хотя я пока и не смогла адаптировать печать возрождения Феникса на обычных смертных, ты и твой лупоглазый дружок — совсем другое дело, муж мой. Если я правильно поняла, то чакра братьев Ооцуцуки, что передаётся с некоторой вариативностью в их потомкам вроде тебя и Мадары, — прекрасный якорь сама по себе. Поэтому для того, чтобы сварганить печать возрождения Феникса, я просто изменила формулу первой её части прямо на ходу исследования, поняв, что ваша с Мадарой инь и ян чакра сами по себе служат прекрасными ориентирами и якорями под будущий сосуд, — воодушевлённо вещала Мито с горящими глазами, жестикулируя руками, ведь когда дело доходило до экспериментов с фуин, она была ещё более отбитой, чем я в своих экспериментах… а я так-то сварганил в своей тайной берлоге мощное биологическое оружие.

— Хм, ясно, а что насчёт моей персоны? — задумчиво спросил я, почёсывая подбородок.

— Да ничего, она лишь послужит дополнительным индификатором, когда надо будет активировать печать возрождения Феникса, так как не думаю, что один раз выбрав тело потомка Рикудо, она второй раз даст осечку, — пожав плечами, ответила мне Мито, её губы изогнулись в лёгкой улыбке.

— Звучит не очень убедительно, знаешь ли? — с долей скепсиса протянул я, скривив рот.

— Ну а что ты хотел, подгоняя меня в угоду своей паранойе? Исследование и создание новых печатей S-ранга — дело тонкое, думаю, нормальную версию якоря для себя мне ещё придаться создавать лет десять, а в худшем случае и все двадцать подбирая для неё нужный якорь, скрупулёзно отсекая тупиковые пути вроде нечестивого воскрешения, — хмыкнув, ответила на мои возмущения Мито, закатив глаза.

— Ясно, и когда будем устанавливать печать? — улыбнувшись, спросил я, подняв руки в знак капитуляции перед её гением фуин, в ответ на что уже она закатила глаза.

— Тебе можно и сейчас, как я и сказала: персона служит гарантом того, что якорь в виде чакры братьев лично с тобой точно сработает. В случае Мадары надо будет провести повторный анализ его тело в моей мастерской и, возможно, вернуться к побочному проекту, что шёл параллельно твоему проекту Намикадзе, — спокойно сказала Мито, её взгляд стал рассеянным, словно она уже мысленно просчитывала варианты.

— Думаешь, проще вырастить специально модифицированного гомункула или его точного клона? — задумавшись, спросил я Мито, вспомнив все побочные проекты, что получили финансирование, пока я пытался создать идеальный сосуд для берега чистилища.

— Возможно, в случае Мадары это более перспективный вариант, так как в случае чего терять риннеган при смене его тела даже если не пострадает его память будет крайне неэффективно. Лично для себя я вообще рассматриваю другой вариант, но для него надо будет прошерстить клановую библиотеку, — также задумчиво, как и я, протянула Мито, постукивая пальцами по столу.

— И кстати, зачем ты дал Цунаде накопитель своей чакры с фуин, которая медленно впрыскивает эту самую чакру в её очаг чакры по некой схеме? — спросила она, прищурив глаза подозрительно.

— Кхм, просто проверяю её на наличие той же мутации, что у Мокото, чтобы в случае чего её купировать в зачаточном состоянии. Ты же не хочешь, чтобы твоя внучка стала булыжником? — ответил я, откашлявшись, и фух, вроде пронесло — взгляд моей жёнушки перестал быть подозрительным.

— Пф пошли в соседнею комнату я уже подготовила печать. — Хмыкнув сказала Мито.

Нуууу чисто технически я даже ей не врал: накопитель с моей чакрой со специальной медицинской фуин в виде кристализированой чакры что тоже было одним из моих побычных проектов и правда купировал мутации Цунаде, но они скорее касались её мозга, и даже не смотря на мои усилия, полного купирования процесса мутации я в нынешнем своём состоянии не осилил.

А виной этих мутаций — мой грёбаный исследовательский угар, так как после пары месяцев, что я провёл за обучением моей внучки, я проводил между мной и ей слишком много параллелей, от чего, зная пару мутагенов, что используют для инициации псиоников с большим потенциалом, что я и Мадара выудили из памяти Адама, я попытался сформировать Цунаде персону, чтобы иметь ещё одну страховку на случай фиаско всех моих планов.

И сначала всё шло как надо: мутации прошли довольно удачно… я бы даже сказал, слишком удачно, но вот только они в один момент должны были остановиться, после чего я бы погрузил внучку в транс, ментально фиксируя её персону что не даст ей в будущем стать исщадьем, что, как и у Найтенгейл, строилась на концепте стремления к абсолютному совершенству, благо там не было ничего чрезмерно сложного, и для этого процесса вполне сгодилось бы и гендзюцу, учитывая, что тех же псайлибрис инициируют, накачивая тело психотропными препаратами, целая команда профессиональных психологов.