Деус Мелум – Кто ты такой, Саске-кун? Том 1. Разрушенный берег. (страница 40)

— О, круто! Чур, я с тобой! Правда, надеюсь, в ней не будет такой дикой концентрации нукенинов, как на этой миссии. — Поежившись, сказала блондинка.

— Я сам на это надеюсь, Наруко. Я всё же больше скромный человек науки, чем шиноби. — И чего это она смотрит на меня с таким скепсисом?

— Да-да, сделаю вид, что тебе поверила… И, кстати, после возвращения в Коноху с тебя свидание, хитрый засранец. — Она легонько толкнула меня локтем в ребро.

— Хорошо, сходим в ресторан Акамичи. Всё равно после дороги лень будет что-то готовить. — Сказав это, я прикрыл глаза.

— Да, жди меня, стейк с сверхострым соусом! — Радостно вскрикнула Наруко.

…

Коноха, пару дней спустя. Кабинет Хокаге.

Проводив взглядом спину Хатаке Какаши, Сарутоби Хирузен окликнул своего старого товарища.

— Так и будешь стоять в углу и прожигать меня недовольным взглядом, а, Данзо? — Устало спросил Хирузен.

— Я просто думаю. — Прикрыв глаза, протянул Шимура.

— О чём же, если не секрет? — Хмыкнув, спросил Хирузен.

— О том, сколько Какаши нам не рассказал в своём докладе. — Задумчиво протянул Данзо.

— Что, серьёзно начнёшь подозревать двух генинов в том, что они тайно убили шиноби S-ранга? — С ноткой иронии спросил Хирузен у своего старого товарища.

— Либо так, либо Какаши обзавёлся новой убойной техникой получше Чидори. Да и его слова о том, что Учиха узнал о тайнах джинчурики, настораживают. — Потерев переносицу, сказал Шимура.

— Скорее, это даже логично. Саске, пусть и идёт по другому пути шиноби отличном от Итачи, но вряд ли он глупее своего брата, так что то, что он, имея доступ к архиву госпиталя, открыл прошлое Наруко-тян, не удивляет. Особенно теперь, когда она стала его девушкой, и он в этом кровно заинтересован так сказать. — Затянувшись из своей трубки, Хирузен выдохнул облачко дыма.

— Нет, это-то как раз и было очевидно. Просто Хошигаке Кисаме с его Самехадой — худший враг для джинчурики и любителя ниндзюцу вроде Хатаке, поэтому мне кажется, что у них был только один шанс выйти из этой патовой ситуации живыми. — Нахмурившись, задумчиво сказал Данзо.

— Я понял, на что ты намекаешь. Раз Наруко ещё жива и Кьюби не ровняет с землёй страну Волн, то вывод один: Саске пробудил Мангекьё Шаринган. — Устало вздохнув, сказал Хирузен.

— Да все факторы на это указывают. Скорее всего, Узумаки высвободила куда больше хвостов, чем упомянул Хатаке, а Учиха, понимающий, что его девушка может умереть либо от лап нукенина, либо от силы биджу, смог пробудить Учиховский козырь. — Поморщившись, протянул Данзо.

— И что, снова будешь уговаривать меня отлучить Учиху от джинчурики? — С интересом спросил Хирузен.

— Нет, теперь это совершенно бесполезно я бы даже сказал глупо и опасно. Раз он пробудил Мангекьё Шаринган, просто думая, что она может умереть, он скорее всего попытается нас прикончить, чем будет идти на какие-то компромиссы, если мы это сделаемУчиха же. — Задумчиво сказал Данзо, почесав шрам на своём подбородке.

— Рад, что ты это понимаешь, и надеюсь, не будешь делать глупостей. Всё же этот случай показателен: Саске уже смог защитить Наруко, и не так уж важно, реально ли он пробудил Мангекьё Шаринган или это просто наши догадки… Да и даже если Какаши ничего не скрывал, факт в том, что они показали себя как прекрасная команда, раз пережили такое испытание, а это, знаешь ли, обнадёживает в такие неспокойные времена. — Улыбнувшись, сказал Хирузен.

— Не буду. Пока он полезен, да и бесполезно. Если Учиха реально пробудил Мангекьё Шаринган, ни один мой оперативник не сможет его устранить его без свидетелей. — После слов Шимуры Хирузен кинул на своего товарища недовольный взгляд.

— Сделаю вид, что этого не слышал. Меня больше интересует не то, убили ли они Кисаме с помощью вероятного Мангекьё Шарингана Саске или с помощью новой техники Какаши, а то, правда ли Самехада ушла в чистый мир за своим хозяином? — Задумчиво протянул Хирузен.

— Это-то как раз не важно. Кири сейчас не до нас, а после того, как они разберутся, кто у них там главный, они уже не смогут хоть что-то от нас требовать, если меч засветится у Хатаке или Учихи. Хотя я лично ставлю на мелкое чудовище. — Хмыкнув, сказал Данзо, сложив руки вместе.

— Вот как… Ну, думаю, тут ты прав. Нам сейчас куда важнее кинуть кость оголодавшей по заказам Суне, чтобы они не вцепились нам в глотку, вступив в союз с Ивой и Кумо. — Сказав это, Хирузен достал из ящика стопку бумаг.

— Не буду спорить. Вести войну на три фронта сейчас — форменное самоубийство, так что надо сдержать Суну и оплатить пару терактов в Иве, чтобы в случае чего воевать только с ублюдками из Кумо. — Сказав это, Данзо сел рядом со своим старым другом и начал обговаривать с ним детали будущего экзамена на Чунина, на котором надо задобрить Суну.

Глава 31. Накопившиеся дела

— Вижу, дела идут неплохо, Кабуто-семпай? — спросил я Кабуто, который перекладывал донорские органы от не самых приятных личностей в специальный контейнер с фуин-стазисом.

— Да, можно сказать и так, Саске-кун, — сказав это, он поправил свои очки и продолжил. — Честно говоря, я думал, что ты заглянешь ко мне уже после выходных с Наруко-тян.

— Боюсь, у меня слишком много дел, поэтому, уложив Наруко спать после свидания, мне ещё придётся побегать под луной, — весело протянул я, сев на большой ящик.

— Итак, что же за дело привело тебя ночью в мой скромный серый подземный офис? — радушно спросил Кабуто с насквозь фальшивой улыбкой — ну, по крайней мере, для псионика вроде меня.

— О, видишь ли, я не хотел торопиться, но обстоятельства подталкивают меня действовать, Кабуто-семпай. Поэтому я прошу устроить мне встречу с Орочимару, — услышав меня, он бросил на меня заинтересованный взгляд.

— Ох, понял, таки? — весело спросил Кабуто.

— Ты не то чтобы особо старался это скрыть, так что просто скажи, когда и где я смогу с ним переговорить по душам. Мне от него кое-что нужно, — спокойно сказал я.

— Мне даже интересно, что заставило тебя проявить такую активность, но, пожалуй, я сохраню для себя интригу и не буду докапываться. Всё равно я об этом рано или поздно узнаю, если ты договоришься с Орочимару-саном, — хмыкнув, сказал Кабуто и снова поправил очки.

— Люблю твою тактичность, Кабуто-семпай, но ты так и не сказал, где я смогу встретиться с Орочимару? — прищурившись, спросил я у него.

— Сейчас Орочимару-сама вне зоны доступа моей агентурной сети, Саске-кун, но тебе не стоит переживать. Он вскоре сам появится в Конохе, — как я и ожидал, он выберет экзамен на Чунина, чтобы проникнуть в Коноху с толпой других шиноби.

Но я думал, что он раскачается на это только после весточки от Кабуто, где тот подтвердит, что я готов к вербовке… Хм, кажется, он что-то замышляет.

— Хм, мне стоит готовиться к чему-то крупному? — задумчиво спросил я у Кабуто.

— Как человек Орочимару-сана, я бы промолчал, но как твой партнёр советую подготовить то, что поможет сбежать или ранить джинчурики, что высвободил своего биджу, Саске-кун. — Занятно. Орочимару хочет использовать Наруко?

Нет, печать, что поставили её родители, слишком хороша… Скорее, змей протащит в Коноху джинчурики другой деревни. Надо узнать, кто будет нашими дорогими гостями в этот раз.

— Кстати, есть информация о том, кто приедет в этом году на экзамен? — с интересом спросил я, поняв по тому, как дёрнулись губы Кабуто, что тот доволен моим вопросом.

— Самыми занятными гостями будет делегация из Суны, так как Казекаге лично приедет в Коноху, при этом послав на экзамен всех своих детей в качестве щедрого жеста к открытым переговорам по пересмотру контрактов, заключённых после прошлой войны.

Дети Казекаге… Вот и ответ. Единственный джинчурики, на которого есть довольно много информации — и в слухах народа, и среди шиноби — это Гаара, безумный псих, что постоянно одержим демоном и перемалывает людей в фарш своим песком.

Хотя, может, слухи преувеличены, так как это всё слова шиноби из бара, в котором я собирал слухи о брате, являющиеся пересказанными слухами шиноби Суны.

— Вот как… Значит, к нам в гости наведается коллега моей девушки. Не знаешь, кстати, что-нибудь интересного о нём, Кабуто-семпай? — с интересом спросил я у него.

— Кроме жутких слухов и количества выполненных им миссий — почти ничего, Саске-кун. Ведь мало кто переживает встречу с джинчурики, который постоянно одержим своим биджу. — Одним словом, он просто ходячая пороховая бочка…

— Что ж, что мы всё о делах, Кабуто-семпай? Давай выпьем чайку и поговорим о наших успехах в изучении таинств этого чудного мира? — после моих слов лицо Кабуто быстро разгладилось, и, судя по всему, на этот раз он искренне мне улыбнулся.

— Да, пожалуй, можно сделать перерыв. Мне как раз пришёл новый сорт чая из Кусы, так что почему бы и нет? Я надеюсь, мой юный друг принёс что-то к чаю? — в его глазах появился хищный блеск.

— Конечно, Кабуто-семпай, вот ваши любимые пончики. Я, конечно, делал их ещё в стране Волн, но в свитке они прекрасно сохранились. — Он ловко схватил пакет с пончиками, что я распечатал из небольшого свитка, и повёл меня в небольшую комнатку рядом со своей операционной, где мы часто гоняли чаи.

…

На следующий день. Ичираку Рамен.

— Что скажете, Какаши-сенсей? — взяв палочки и разделив их, спросил я у сидящего рядом со мной Какаши.