Дэри Айронин – На чёрных крыльях феникс (страница 18)

– Схватить!

Спиной почувствовала, как сгустился воздух. Это же магия! Но до того, как в меня вонзилось нечто, с хрустом и треском бьющейся посуды упал шкаф. Так в оригинале шкаф тоже скинул Минхо?

– В окно, – едва слышно произнёс он.

Удивительно, как легко Минхо направил меня одной рукой. Я задрала юбки, чтобы не мешались, и залезла на окно быстрее, чем это поняла. Спрыгнула, упала, поднялась и побежала туда, где было меньше всего народу. Я остановилась, когда увидела закуток, куда можно спрятаться. Прижавшись к стене, я пыталась отдышаться и прислушаться. Пока вроде погони за мной не было. Сердце было не унять. Чёрт, нет, я на это не подписывалась! Это только со стороны интересно и захватывающе! Моя жизнь реально была под угрозой. Я могла умереть, ты, чёртова игра!!! Мне было слишком страшно выходить из своего укрытия, поэтому я заставила себя заняться другим: сняла этот дурацкий качхэ. Кажется, я подвернула ногу. Будет непросто добраться до своих вещей. Развернула бумагу, спрятанную на груди. Сейчас должен был быть эпизод с кражей одежды. Значит, до этого времени я не попадусь? Я рискнула. Дорожный песок попал между посонами и котсин, и я остановилась, чтобы снять обувь. Именно тогда мне на глаза попался ветхий домик, на заднем дворе которого висела простая хлопковая одежда. Я огляделась по сторонам. Хозяина видно не было, как, впрочем, и народа вообще. Моя одежда слишком яркая. Даже без качхе во мне легко опознают кисэн. Обессиленный вздох вырвался наружу, и я пошла к тому месту, где провалилась ограда. Перелезть её было просто, несмотря на тяжёлые юбки. Эх, бедный хозяин или хозяйка, такими темпами к вам все воры заберутся. Правда, у вас, возможно, и красть-то нечего, кроме одежды. Я сняла с верёвки повидавшую жизнь чогори и чхиму. Встав под навес у дома, разделась до сокчхимы и гасемгарике, стягивающего грудь. Любопытно, но под этой юбкой на мне были ещё штаны – сокпаджи. Всё прикрыто – прекрасно! Кстати, было непросто с себя всё снять. Столько всего навешано и назавязано… Я уж не говорю про бесконечное количество одинаковых, на мой взгляд, кофточек и юбок. Интересно, зачем красная сокджоксам, едва закрывающая грудь, внизу, где её никто не увидит? Тоже бельё? В любом случае, я его уже сняла. К своему удовольствию, от распаковки себя-«капусты» я обнаружила мешочек, а там гроздья квадратных монет. Закрепила на себе бледно-синего цвета конопляную чхиму, кое-как завязала ленту-откорым на чогори и поправила белый воротник-тонжон. Он всегда должен быть чистым, иначе другие легко заметят, что с тобой что-то не так. Кстати, голубая юбка, если я не ошибаюсь (это не мои знания), означает, что у женщины есть хотя бы один сын. Я быстренько переделала причёску на пучок. Он, может, получился некрасивым и не совсем аккуратным, но в моём нынешнем виде небрежность не так принципиальна. Свою одежду, а также норигэ (явно недешёвое), кольца и украшения с головы я аккуратно сложила и оставила на корзинке за домом, в оплату. Там же я нашла соломенную шляпу и прихватила её. Выбравшись снова на улицу, я через боль в ноге постепенно приходила в себя.

Чёртова игра! Плевать на сюжет. Моя цель – дожить до конца событий. Сколько длилась вся сюжетная линия? Примерно год? Даже меньше. Тогда я просто отсижусь где-нибудь, Ки Монкут совершит своё злодейское колдовство, превратится там в токкеби или в кого, игра закончится, и я вернусь домой в свои прекрасные ленивые и безопасные будни. Но сейчас мне надо как-то выбраться из города. Сначала доберусь до оставленных в кибитке вещей, а потом… помнится, скоро должен начаться квест со спасением Минхо из тюрьмы. Но ведь его можно было не брать. Так и поступлю. Я просто попробую сбежать. Минхо выберется сам, я уверена. Он из тех, кого даже за десять дней тигр не сможет загрызть (о, это выражение само всплыло у меня в голове!).

Фу, какая мерзкая улица. От вони в воздухе до грязи под ногами. Мимо пробежала крыса, и меня передёрнуло от омерзения. Надо поскорее выйти отсюда. Какой-то пьяница, заметив меня, дёрнулся, но лишь только свалился на землю, пробурчав что-то невнятное. Точно надо выбираться и поскорее, кто знает, что тут вообще может произойти. Прикрывая лицо шляпой, я вышла на более людную улицу. Пытаясь примерно прикинуть, как я бежала от постоялого двора, я пыталась выверить направление. Иногда приходилось резко заворачивать, чтобы спрятаться от искавших меня стражей. Наконец я стала узнавать район. Крепко сжав челюсти, я прошла через площадь и вышла к кибитке театралов. По сценарию этот наш саджанним крутился на улице. Я прошла мимо, но он всё равно меня нагнал, когда я уже схватила свой заранее упакованный мешок.

– С ума сошла? – прошипел он. – Хочешь беду на нашу семью накликать? Знаешь, какие о тебе слухи ходят? Ты убила помощника Ли Борома.

– Я заберу вещи и уйду, – холодно ответила я.

Не мешкая, старик достал увесистый мешок с монетами и всучил его мне. Честно говоря, меня это удивило. Когда я проходила игру, эта сцена показалась мне однозначной. Руководитель театра сердился на Суа, беспокоясь лишь о собственной шкуре, а она умоляла названного отца не выгонять её. Я точно определила, что этот саджанним – типичный жадный делец, но, кажется, у него были какие-то чувства к Суа. В конце концов, почему он крутился у кибитки, будто кого-то высматривал? Почему он не сдал Суа сразу же, а отдал ей немалые деньги, когда мог просто выгнать? Я ничего не просила, но он…

– Я скажу, что не видел тебя.

Пожалуй, кроме страха и злости на лице старого руководителя можно было заметить беспокойство. Для меня этот персонаж был никем, но для Суа он был важным человеком, поэтому я постаралась улыбнуться.

– Не бедствуйте, – сказала я на прощание, – и следите за здоровьем, саджанним.

Мне больше здесь делать было нечего. Я выскочила из кибитки, оставив старика одного. Теперь надо где-то спрятаться и загримироваться. Я зашла в очередной переулок и втиснулась в узкий проход между домами. Тут была лужа, которой я решила воспользоваться как зеркалом. Разложила косметику, запудрила волосы, чтобы было похоже на седину. А когда взяла в руки тушь для бровей, поняла, что вся трясусь. Мне было страшно. Пожалуй, в своей жизни я ещё не испытывала такого животного ужаса. Моя жизнь висела на волоске, я была совсем одна в чужом мире с незнакомой культурой. И это был не радужный прекрасный мир. Здесь были нищета, голод, сословное неравенство, смерти, пытки и даже призраки. Нет, об этом не стоит думать. Я смахнула слёзы и принялась рисовать себе складки и морщины. Я хотела загримироваться под бедную старушку. В конце концов, здесь развито псевдоконфуцианство, а значит, уважают старших. Быть может, так мне удастся выжить. Я постаралась думать о чём-то приятном. Во-первых, мне удалось избежать сцены погони после кражи вещей. Во-вторых, я пропустила почти весь прощальный диалог с руководителем и сэкономила для себя время, так что стражники ещё даже к кибитке не подошли. Это всё значит, что у меня есть свобода воли в этой игре. Значит, я действительно могу подождать год и спокойно вернуться в свой мир. В-третьих, у меня есть вещи, благодаря которым я смогу прожить какое-то время. И в-четвёртых, я знаю, как выйти из города.

Как раз когда я заканчивала, я услышала знакомый диалог про Минхо, попавшего в тюрьму.

– Говорят, убийца прятался среди актёров. Убил помощника господина Ли Борома и скрылся. Схватили его подельника. Но этот не признаётся, кто заказал убийство. Отрицает всякую вину.

Сердце защемило. Нехорошо, конечно, бросать Минхо, но я не готова идти по сюжету. Более того, чем меньше взаимодействия с Минхо, тем лучше. Я не должна начинать с ним любовную ветку. Когда в панике бежала от Ли Борома, наверное, я свернула не туда на лестнице, поэтому и запустился квест с Минхо. Было бы лучше, если бы я смогла отыскать Донхёна, раз он где-то в городе. Но, боюсь, если я буду везде шататься, то попадусь стражникам. Тем более и Донхён, небось, не сидит на одном месте. Несмотря на эти мысли, сердце не унималось. Быть может, это тело всё-таки нездорово? Ладно, в любом случае Минхо из «змей», у него есть отмычка в ухе, да и выбирался он из передряг похуже. С ним ничего не случится. Он один из главных персонажей, как-никак. Аня, ты должна позаботиться о себе!

Я поднялась. Перспектива снова рисковать жизнью вызывала во мне апатию. Я заставила себя думать, что раз по сценарию меня не должны поймать, то и не поймают. С этими мыслями я согнулась и поплелась подобно старушке по улице. Надо было подняться в верхние районы и среди всех отыскать дом контрабандиста. Проходя в стороне от городских ворот, я вновь ощутила дрожь. Всех выходящих внимательно досматривали, сверяясь с портретом.

«Надеюсь, портрет хотя бы красивый нарисовали» – подумала я, стараясь посмеяться над собственной шуткой, но не вышло.

Вдруг ко мне кто-то приблизился. Я инстинктивно сжалась и сильнее прикрыла лицо соломенной шляпой.

– Вам помочь, бабушка? – послышался молодой мужской голос.

Я заставила себя взглянуть на говорящего. Вдруг Донхён? Но я ошиблась. Это был какой-то воспитанный аристократ. Я поспешила снова скрыть лицо, сильнее сгорбиться.