Деннис Уитли – И исходит дьявол (страница 63)
— Рекс, — хриплым голосом позвала она, — ты у нас еще не сказал ничего. Оба варианта кажутся для меня страшными. Что ты посоветуешь?
— А? — быстро поднял голову Рекс. — Это так трудно, и я сейчас как раз думал над этим. Мне ненавистна любая мысль о бездействии, когда ты просто сидишь и ждешь чего-то с полным карманом проблем. Я бы и сам хотел поохотиться за этой птичкой. Но Саймон так уверен, что если мы это сделаем, то для Флер все будет кончено! Да и герцог думает так же. Не забывай, они оба знают, а Ричард нет, и это говорит в их пользу. Но у меня такое чувство, что мы ходим вокруг не того дерева, которое нам нужно. По-моему, это тот случай, когда, как хорошо это определяет Сероглазка, нужна политика инициативного бездействия. Старое правило гласит — дразни врага свободной веревкой до тех пор, пока он за нее не схватится.
Не терплю компромиссов! Но клянусь, что сейчас это единственный выход. Если мы будем пока оставаться здесь, выполняя предписание Мокаты, мы по крайней мере будем уверены в том, что не сгущаем опасность над Флер. Но давайте не ходить дальше этого. Мы все знаем, что Саймон рвется заплатить по своему счету, но я думаю, мы не должны это позволить. Наоборот, мы удержим его здесь. Это заставит Мокату как следует поскрести свой затылок. Он ничего не сделает Флер, пока не испробует новой попытки заполучить Саймона. Так что без новых ходов ему не обойтись и придется приоткрываться заново. Хуже, чем теперь, положение не окажется, но если он высунется, у нас появится возможность переломить ситуацию в свою пользу.
Де Ришло, похоже, первый раз за последнее время улыбнулся от души.
— Дружище, поздравляю тебя, — сказал он прочувствованно. — Видимо, я уже старею. Мне надо было самому до этого додуматься. Это самое разумное из всего того, что предлагали.
Облегченно вздохнув, Мэри Лу подошла к Рексу и поцеловала его в щеку.
Он ободряюще улыбнулся в ответ.
— Все нормально, дорогая. Ничего сверхумного здесь нет, но это даст нам время, а ты постарайся успокоиться на мысли, что время и ангелы на нашей стороне.
Даже решительное побуждение Ричарда немедленно ринуться на поиски его любимой дочурки улеглось от такого разумного предложения. В этом нервном напряжении ему было не до еды, и теперь, когда оно немного спало, он подошел к подносам, приготовил несколько сандвичей и предложил их Мэри Лу, чтобы и та подкрепила силы.
Затем он обратился к герцогу.
— Я оставил записку для Малина у него под дверью. Он наверняка должен ее там обнаружить, так что нам здесь не станут мешать. Что еще мы можем сделать?
— Да ничего, пожалуй. Сейчас главное — набраться терпения, но мы ведь на пределе физических возможностей, поэтому должны попытаться немного поспать. Если Моката предпримет новый ход вечером, то ночь нам опять придется провести на ногах.
— Я принесу подушки, — вызвался Саймон. — Полагаю, что теперь-то это можно?
— Можно. И будет лучше, если вы принесете еще и матрацы, чтобы можно было устроить здесь на полу постели.
Саймон, Ричард и Рекс вышли и вскоре вернулись с постельным скарбом. В камин подбросили охапку дров и все пять мест отдыха устроили поближе к нему.
Когда приготовления были закончены, все легли, и Ричард выключил свет.
Наконец-то пришел и день, но пользы от этого было мало — туман за стенами дома по-прежнему клубился густыми, вязкими завитушками, скрывая жизнь остального мира, лишь изредка напоминавшего о себе отдаленными звуками из проснувшейся деревни.
Вначале каждый чувствовал, что будет не в состоянии уснуть. Рексу разрывали сердце печальные мысли о Танифь. Других охватывала тревога за Флер, и они беспрестанно ворочались на своих подушках. Время от времени они слышали, как Мэри Лу пытается приглушить приступы рыданий.
Но напряжение ужасной ночи и лавина утренних потрясений полностью истощили их силы. Рыдания Мэри Лу становились все тише и, наконец, прекратились совсем. Ричард погрузился в тяжелое забытье. Ровное дыхание де Ришло и Рекса перешло в тяжелую дрему.
Мэри Лу увидела сон, как сидит она в старинной библиотеке и читает огромную древнюю книгу в мягком и волосатом, как шкура волка, переплете, а на голове у нее покоится металлический обруч. Затем сцена сменилась. Она снова была в пятиугольнике, а это железобетонное Существо нападет на Флер. Женщина в страхе закричала и проснулась.
Пробуждение было ненамного лучше приснившегося кошмара. Реальность походила на продолжение страшного сна. Вместо уютной библиотеки — пустая огромная комната, посредине которой лежит мертвое тело Танифь, и все это освещено серым неполным светом. Было трудно отделаться от мысли, что это не осколки разыгравшегося воображения.
Мужчины сразу же вскочили и собрались вокруг нее. Де Ришло включил свет. Они сонно оглядывали друг друга. Затем взгляды обратились к тому месту, где лежал Саймон.
Потом все посмотрели на окно и поняли, что, когда они уснули, их друг ушел в эту белую пустоту на свое невеселое свидание.
ВЫХОД В ТУМАН
Рекс был первым, кто заметил, что на полу что-то написано мелом. Он подошел и увидел, что Саймон за неимением карандаша и бумаги использовал такой способ оставить им короткую записку. Он с трудом разобрал написанные слова и прочитал их вслух:
— О, черт! — воскликнул Рекс, едва закончил читать. — Ушел, как самый последний простофиля. Думал, что совершает героический поступок, а на самом деле разрушил весь план. Теперь у Мокаты и он, и Флер, и убитая Танифь в придачу. Спроси меня сейчас, и я отвечу, что мы идем ко дну. Теперь-то уж точно.
Де Ришло застонал от досады.
— Это так на него похоже! Мы должны были догадаться, что он так поступит.
— Тут вы правы, — печально согласился Ричард. — Я знаю его дольше, чем любой из вас, а ничего не сделал, чтобы предотвратить это пустое самопожертвование, но мне кажется, что он сделал то, что входило в твои планы?
— Это не совсем так, — мягко возразил герцог. — Я тогда оговорил, что это возможно, но в определенном смысле. Я имел в виду, что мы будем следовать за Саймоном на расстоянии, а на место встречи прибудем раньше, чем Моката обнаружит наше исчезновение отсюда. Так думал я, но Рекс предложил другой вариант, и я отбросил свой.
— Извини, — осипшим голосом сказал Ричард. — Но Саймон мой старейший друг, как ты знаешь, и это самое главное…
— Ты думаешь, Сероглазка прав и его сдача совершенно бесполезна? — прошептала Мэри Лу.
Ричард подавленно пожал плечами.
— Да нет, ненавижу неблагодарность, и вы знаете, как я предан Саймону, но в своем стремлении сделать доброе дело он отдал Мокате нашу козырную карту. Теперь можно сидеть здесь хоть до Второго Пришествия, но уже ничего не дождешься. Мы потеряли бог знает сколько драгоценных часов и завязли еще больше, чем прежде. Я собираюсь осуществить свое первое намерение и связаться с полицией.
— Я бы не делал этого, — Рекс взял его за руку. — Хочу только сказать — по-моему, мы потеряем еще больше времени, пока целая куча полицейских будет входить в суть дела. К тому же, думаю, мы все ошибаемся, полагая, что из теперешней ситуации нет выхода. Мы поспали, что нам было крайне необходимо, да и Моката чувствует себя спокойным. Все идет как ему надо было. Теперь он думает, что у него все в порядке и, может быть, снял свое наблюдение за нами. Давайте-ка лучше не будем беспокоить полицию, а сию же минуту сами отправимся на поиски.
Мэри Лу слегка поежилась и поддержала.
— Рекс прав. Но как ты это себе представляешь — найти его?
— Мы отправимся прямо в Париж, — объявил де Ришло в своей старой манере уверенно и решительно. — Вы помните, как Танифь сказала нам, что к сегодняшнему вечеру он должен быть там и разговаривать с человеком, у которого нет верхней части левого уха. Это Кастэлно, банкир, я уверен. В таком случае нам остается только одно — выехать в Париж и найти его там.
— Как ты думаешь туда попасть? — тут же выпалил практичный Рекс.
— Самолетом, конечно. Моката ведь тоже добирается таким способом, иначе к вечеру там быть невозможно. Ричард, твой четырехместный в рабочем состоянии?
— Да, самолет в порядке. Он в ангаре, там, в долине. Мне, правда, не очень нравится этот туман, хотя он, возможно, держится только у земли.
Они все снова выглянули в окно. Сероватая завеса все еще висела над террасой и скрывала за своими клочьями почти весь сад.
— Пошли, — нетерпеливо заговорил Рекс. — Де Ришло прав. Переоденемся и вперед, в Париж, не откладывая ни секунды.
Остальные последовали за ним в холл и поднялись наверх. Дом был молчалив и, казалось, совсем обезлюдел. Слуги, со всей очевидностью, восприняли указания Ричарда в самом буквальном смысле и освободились от своих повседневных обязанностей, наслаждаясь неожиданным выходным.
Мэри Лу заглянула в детскую и едва не разрыдалась, увидев пустую кроватку дочери, но, пересилив себя, поспешила в комнату няни. Женщина все еще крепко спала.
В комнате Ричарда мужчины быстро переоделись. Рекс был в костюме, который он надел накануне в квартире де Ришло, но Ричард и герцог все еще были в пижамах. Когда они переоделись, Ричард, как мог, обеспечил каждого верхней одеждой.