Денис Золотов – Вышедший из леса (страница 1)
Денис Золотов
Вышедший из леса
Предисловие
Моё имя – Денис, некоторые зовут меня на английский манер – Дэн.
Родился я в одном из многочисленных городов Сибири во времена Советского Союза.
Воспоминания моего раннего детства начинаются где-то с пяти лет. Я помню, конечно, не всё чётко, что происходило в то время, но уже тогда я был не как все. Нет, я не был больным или каким-то ущербным. Я рос как и все дети: любил побегать, поиграть. Но уже тогда я ощущал мир по-особому. Я чувствовал, что есть нечто большее, чем просто то, что я видел вокруг себя. Это ощущалось как какая-то светлая, добрая энергия, которая наполняла меня, радуя каждый день.
Я был очень общительным для своего возраста, мог найти разговор с любым человеком. По этому у меня было очень много друзей, даже старше меня. И ещё я мог чувствовать эмоции других людей. Позже я узнал, что это называется эмпатией. Пользуясь этими способностями, я придумывал весёлые игры и розыгрыши, рассказывая взрослым разные, выдуманные мной истории, в которые они верили, за что не раз я был наказан родителями.
Учился я в первом классе на отлично, я впитывал информацию как губка. Все задания я делал быстро и легко, после чего на протяжении оставшегося времени до конца урока сидел, ничего не делая, пока другие ребята корпели над заданиями. Я мог во время урока поднять весь класс, призывая детей посмотреть в окно, как большая стая ворон, как будто по моему желанию, взлетала с деревьев, кружа в небе и создавая живой узор, из-за чего учительница не могла успокоить всех очень долго. И из-за этого меня отправили к детскому психологу, и он поставил мне диагноз – гиперактивность.
Летом, перед переходом во второй класс, мама сильно заболела, и мы по рекомендации врачей переехали в деревню на Алтай, на её родину. И у меня начался новый эпизод моей жизни. Я всё также бегал, играл и радовался жизни, но нет-нет, иногда возникало ощущение, что что-то невидимое, большое смотрит на меня с нежностью и добротой. Но скоро появилось чувство чего-то надвигающегося, плохого и враждебного. И вот это и произошло – пришла перестройка.
Жизнь, вроде бы, шла своим ходом. Но с каждым годом что-то чистое и светлое, что ощущалось в мире, стало тускнеть, истончаться. И это стало заполняться чем-то тёмным и плохим. От чего возникала какая-то грусть и тоска, словно кто-то очень близкий прощается с тобой. Светлые и добрые фильмы и сказки стали замещаться жестокими и злыми зарубежными фильмами, пропагандирующими насилие как норму жизни. Пределом желаний молодого поколения стали бандиты, которые ездили на крутых машинах и не знали проблем с деньгами. Люди, до этого добрые и честные, стали озлобленными и жестокими; нечто тёмное, что проникло в этот мир, изменяло их.
А так как я чувствовал всё это очень сильно, то у меня иногда возникала непонятная боль в середине груди, как будто какая-то ноющая пустота, которая вот-вот вырвётся из груди. И с каждым годом мне становилось всё больнее от негативных эмоций людей, которые я чувствовал очень сильно. И я стал притуплять, отстраняться от этих ощущений-эмоций, чтобы жить легче.
А жизнь в стране и на земле с каждым пройденным годом становилась хуже. Деньги и власть стали символом благополучия; люди отреклись от такого понятия, как доброта и сострадание, это казалось для них чем-то постыдным и ненужным. Появились олигархи, которые в союзе с властью захватили все ресурсы и основные отрасли страны и стали править некогда всеми любимой родиной. Бывшие воры и бандиты стали решать жизнь российского народа.
И на фоне всего этого у меня начали всплывать смутные воспоминания о прошлой жизни, где я жил и наслаждался жизнью, имел невероятные способности, недоступные в этом мире. Любил и был любимым…
Ещё подростком я открыл для себя мир книг жанра фантастика, и это стало моей отдушиной, которая помогала мне успокоить мои внутренние терзания.Я часто, читая о приключениях героев где-то внутри себя, ощущал, что-то, что происходит с ними, было мне очень близко. Но делало белой вороной, среди других людей, я не раз был избит толпой озверевших подростков, пытаясь объяснить им, что они ведут себя неправильно, не по-человечески.
Так, моя жизнь постепенно набирала обороты. Было армейское служение: вместо обещанной службы в МЧС – там, по словам призывной комисии, должна была быть помощь и спасение людей а— меня отправили служить в мотострелковые войска, в один из военных городов.
Хотя служба состояла из работ на полях, складах и ремонтов квартир и дач для начальства, отношение было как в рабовладельческом строе.
Дальше моя судьба меня тоже не радовала. Постоянные переезды с семьёй – в поисках лучшей жизни – не приносили результата. Потому что, чтобы стать богатым, нужно было обманывать, воровать, ставить себя выше других – а это было против моего внутреннего “я”.
Несмотря ни на что, я оставался верен тому светлому, чистому, что когда-то было во мне.
Так, жизнь постепенно набирала обороты. Была армия, где вместо обещанной в военкомате службы в МЧС, где, как мне рассказывали, была помощь и спасение людей в трудных ситуациях, меня отправили служить в мотострелковые войска, в один из военных городов нашей Родины. Хотя вся моя и моих сослуживцев служба состояла из работ на полях и складах, и ремонта квартир и дач для начальства, а отношение было такое, как в рабовладельческом строе.
Дальнейшая моя судьба меня тоже не радовала – переезды с семьёй с одного края страны в другой, в поисках лучшей жизни; работа в разных профессиях и организациях, пытаясь стать независимым и успешным. Но… я так и не достиг видимых результатов, потому что, чтобы быть успешным и богатым, нужно обманывать, воровать, ставить себя выше других. А это было против моего внутреннего «я». Ведь, несмотря ни на что, я оставался верен тому светлому, чистому, что когда-то было в моей жизни.
И… вот мне 47 лет, я с минусовым зрением, больными легкими (посаженными на работе в тяжелых и неблагоприятных условиях), диабетик, сидящий на ежедневных уколах инсулина, который не может долго физически работать, чувствуя невероятную слабость, граничащую с потерей сознания.
У меня нет ни жены, ни девушки, потому что, как ни старался, я не смог полностью заблокировать ощущения чужих эмоций. Поэтому я знал их настоящие чувства, которые не являлись чистыми и правдивыми. Поэтому я занимался с ними только сексом, предварительно выпив спиртного, когда естество требовало сброса возбуждения.
Я живу, можно сказать, на шее у родителей-пенсионеров, в селе, где нет работы и какого-либо заработка, так как все совхозы и фермы по всей стране планомерно уничтожили и так как все совхозы и фермы по всей стране планомерно уничтожили и разорили, а пенсия у родителей маленькая по сравнению с ежемесячными скачками цен на всё, этих денег едва хватает на жизнь. В стране полнейшее безумие: люди, желая заработать как можно больше денег, идут на всё. Безнаказанность и вседозволенность одних и выживание на грани полной нищеты других резко контрастировали на фоне общей жизни, разделив народ на бедных и богатых. Люди погрязли в негативе, как в трясине. И больше всех, почему-то, страдают от жизни те, у кого осталась что-то чистое внутри, сохранивших искорку света и доброты. Словно мир обернулся против них.
И на этом фоне всё моё существование, тупое и однообразное, казалось мне нереальным. А постоянные мысли и тоска о том, что когда-то, в другой жизни, было всё по-другому, заставляли меня в приступе непонятной боли в груди скрючиваться в потоке слёз и мольбы к чему-то неведомому, что должно быть выше всего этого и может в миг изменить мою жизнь.
И я часто ночами, во сне, воя и плача, желал вернуться туда, где я был по-настоящему счастлив.
И вот, в один из вечеров, после игры в компьютер – что стало моей отдушиной, когда не думаешь о бессмысленном существовании, – я засыпая, в очередной раз, мечтал о том, чтобы хоть что-то поменялось у меня в жизни.
И уже погружаясь в сон, на краю сознания, услышал очень знакомый, полный тепла голос.
– Мечты иногда сбываются… – и я провалился в сон.
Глава 1:Путешествие по лесу.
Я проснулся резко и, не открывая ещё глаз, понял: что-то не так. Углубившись в свои ощущения, я понял…
У меня ничего не болит, как было обычно в последнее время после пробуждения, когда что-нибудь болит или ноет. И ещё меня переполняла, можно сказать, бурлила во мне энергия, которую я помню только в детстве – в то время, когда ты просыпаешься и с радостью ожидаешь нового дня.
И нояющая, непонятная, фантомная боль, поселившаяся в моей груди, казалась, на постоянной основе в последнее время, исчезла, и вместо неё ощущался тёплый, нежный шарик тепла – словно ласковый, нежный котёнок.
Я открыл глаза и понял: я попал.
Да, я по-настоящему попал в другой мир.
Что-то, что я видел, не существовало в моей прошлой жизни. Меня окружал огромный лес с незнакомыми мне деревьями.
Своими длинными стволами они уходили далеко вверх и чем-то походили на тополя, но с более толстыми стволами, испещрёнными морщинистой корой, покрытые желтовато-зелёным мхом.
Листья имели продолговатую, чуть заострённую форму на конце и были шириной с две мои ладони, а деревья имели большую крону, сквозь которую слегка проникал свет утреннего солнца.