Денис Юрин – Новый стандарт (страница 23)

Аламез успел удалиться на безопасное расстояние, прежде чем появилась полиция. Стоя на ступенях эскалатора, он с профессиональным злорадством частного сыскаря наблюдал, как не успевших вовремя скрыться с места преступления ротозеев-очевидцев выводили из зала. Некоторые из них эмоционально размахивали руками, объясняя, что ничего толком не видели, кто-то показывал на часы и утверждал, что опаздывает на самолет, большинство же невинно пострадавших от формальных процедур находились в шоке и покорно брели за блюстителями порядка в припаркованный прямо возле входа спецфургон.

Последнее, что смог увидеть Дарк, были трое мужчин, подошедших к лежавшему на боку с запрокинутой назад головой трупу. Моррон не переживал, что не смог дальше любоваться работой следственной группы. О первых результатах расследования он узнает уже в Полесье из утренних газет. Интерес к этому, казалось бы, случайному происшествию был далеко не праздным. Аламез теперь точно знал, что именно убитый мужчина был причиной его беспокойств. Преследователь поджидал его у выхода из кафе, потерял бдительность и, как это часто бывает на охоте, внезапно сам превратился в жертву, стал добычей более хитрого и опытного хищника.

Мысли о странной череде событий, происшедших с ним в течение всего лишь одного дня, не выходили из головы Дарка. За иллюминатором самолета виднелось звездное небо. Маленькие яркие точки, пылающие во тьме, успокаивали, притупляли пробудившиеся ни с того ни с сего в недрах сознания эмоции и заставляли смотреть на вещи философски, без сетований на злодейку-судьбу.

С момента начала злоключений прошло чуть менее суток. За это время Дарк успел проверить на боеспособность троих членов клана, отправить на вечный покой двоих убийц полицейского, заполучить абсолютно ненужный ему диск, попасть под колеса энергомобиля, выжить в перестрелке, совершенно незаслуженно попасть в ряды террористов-разрушителей памятников старины и, наконец, стать свидетелем убийства, косвенным виновником которого сам же и являлся. Конечно, на эти прискорбные факты можно было смотреть и по-другому, воспринимать события с точки зрения заядлого оптимиста. Уже более двадцати двух часов ему удавалось морочить преследователей, попутно получая маленькие радости жизни. Он чуть было не соблазнил очаровательную эфиолку; увеличил свое материальное благосостояние, позаимствовав денег без спроса у своих старых друзей; убедился, что старый ворчун и зануда Мартин Гентар еще жив; сменил имидж, что тоже было немаловажно для укрепления боевого духа и улучшения самочувствия.

Однако вопрос: «Как воспринимать этот чертов мир?» — был далеко не единственным и не первостепенным. Дарка волновало, как выжить. Он чувствовал, что происшедшие с ним события как-то взаимосвязаны, но не мог осмыслить эту связь. К разряду случайностей можно было отнести только грязевую ванну на привокзальной площади, да и то только при большой степени допущения.

Причины перестрелки в соборе и смерти мужчины, с которым он даже не говорил, оставались загадками. Единственно возможное предположение, которое пока не подтверждалось фактами, сводилось к тому, что жизнь ему осложнял проклятый компьютерный диск. Повинуясь воле умершего, Дарк носил его повсюду с собой, даже не зная, что на нем было записано, какие секреты таили в себе намагниченные дорожки тоненькой круглой пластинки.

Однако догадка, что какая-то неизвестная ему группа лиц хотела силой заполучить диск, пока оставалось лишь гипотетически возможной версией. Уж слишком много было «но», много несуразиц и противоречий, чтобы проводить мозговой штурм именно в этом направлении. Как преступники из группировки «X» узнали, где он находится? Почему каждый раз, когда они почти достигали цели и были от него в непосредственной близости, неожиданно разменивались по мелочам: затеяли перестрелку с полицией, ликвидировали ненужного свидетеля, конкурента, а может быть, и сообщника на глазах у толпы…

«Нет, нужно прекратить мучить себя! У гадания на остатках капустного супа и то больше шансов на успех, чем у той ерунды, которой я сейчас занимаюсь!» – поставил точку в тщетных размышлениях Дарк и закрыл глаза, пытаясь заснуть.

Была ночь, за иллюминатором простиралась великая чернота неба, в салоне самолета горели лишь тусклые лампочки аварийного освещения. До Урвы оставалось еще целых три часа полета, вполне достаточно времени, чтобы выспаться и восстановить силы, впустую потраченные на разрушительные эмоции и напряженные, но бесплодные мыслительные процессы.

Дарк провел в полудреме около часа, монотонное гудение тиниловых двигателей помогло ненадолго забыться, но так и не смогло усыпить жаждущий деятельности мозг моррона. Сопротивляясь воле хозяина, надеявшегося проспать в мягком сиденье до самого прилета, противное серое вещество пошло на решительный шаг, отключив контроль над некоторыми весьма пикантными функциями.

Прошипев спросонья пару крепких проклятий в адрес чудака, изобретшего растворимый кофе, а также предприимчивых хозяев ресторанов, кафетериев и прочих забегаловок, травящих им посетителей, Аламез поднялся с сиденья и направился в хвост самолета, где по его прозорливому предположению должна была находиться дамско-мужская комната, деликатно обозначенная буквами «Д/М».

Когда Дарк, сонный и злой, брел по проходу, его взгляд нечаянно упал на парочку молодых девушек, распивавших бутылочку филанийского вина и тихо щебечущих о чем-то своем, о женском. Остаток пути моррон почти пробежал. Быстро задвинув трясущимися руками заслонку, беглец включил холодную воду и засунул под кран наголо остриженную голову. Благодаря такому неординарному способу приведения себя в чувство, моррон с удивлением обнаружил, что в отсутствии волос на голове есть свое преимущество: их не надо сушить, достаточно протереть лысину салфеткой. Только после принятия водной процедуры, заменившей в походных условиях ледяной душ, Дарк пришел в себя и был способен снова соображать.

«Я испугался, да, действительно испугался, по-настоящему, – усмехнулся моррон, когда кровь перестала бешено стучать в висках. – Эти девицы, шатенка и блондинка, как они меня нашли?»

Вопрос был интересным и далеко не праздным. Дело в том, что в мирно попивавших молодое вино красотках Дарк узнал вампиров, которых он сумел обмануть на фальтенбергском вокзале. И вот теперь они летели с ним на одном самолете в Полесье, продолжали следить, чтобы дождаться удобного момента и устроить при помощи полесских дружков-кровососов изысканную и вероломную западню.

Окончательно успокоившись и избавившись от эмоциональной составляющей в размышлениях, Дарк поставил перед собой три важных вопроса: как вампиры вышли на его след, как вести себя сейчас и что делать по прилете в Урву? Как ни странно, но ответ на первый вопрос нашелся мгновенно. Опыт и логика – могучие силы, если, конечно, им не мешаются под ногами страх и жалость к самому себе.

«Наверняка поисками руководит кто-то из Лордов-Вампиров, – пришел к заключению Дарк, – старый и опытный кровосос, привыкший, как шахматист, выстраивать сложные, многоходовые комбинации. Когда девушки не обнаружили меня в поезде, он приказал им немедленно ехать в Мальфорн. Только оттуда каждый день летают самолеты до Урвы, остальные аэробазы не видят смысла гонять наполовину пустые самолеты туда-сюда через границу КС и ограничились всего одним рейсом в неделю».

Лучший охотник тот, кто знает повадки дичи, способен думать, как матерый волк или свирепый кабан. Лорд-Вампир явно раньше встречался с Дарком, знал его деятельную натуру, привыкшую, если враги приперли к стенке, не прятаться в темном углу, а идти напролом, пробиваться с боем сквозь ряды окружения. Именно поэтому он и приказал слугам срочно лететь в Полесье, а не обыскивать южную часть Континента.

Ситуация вновь стала ясной и простой, Дарк повеселел и даже улыбнулся, хотя, увидев свое отражение в зеркале, тут же стал серьезным и клятвенно пообещал никогда не повторять такого впредь. Отсутствие волос на голове в корне изменило внешность. Когда губы были плотно сжаты, а брови и лоб чуть-чуть нахмурены, он походил на молодого, талантливого ученого или на преуспевающего коммерсанта. Стоило же краешкам губ хоть немного расплыться в улыбке, светлый лик мгновенно преображался, и из зеркала смотрела физиономия душевнобольного, страдавшего к тому же полнейшей атрофией лицевых мышц.

Одна проблема была решена, Аламез убедился, что не совершал тактического просчета, а у вампиров не было секретного, известного только им способа находить потерянных беглецов. Последующие вопросы были вычеркнуты из повестки нервных бдений в туалете. Дарк знал, что как минимум два часа он будет находиться в абсолютной безопасности. Лорд-Вампир явно запретил слугам предпринимать активные действия. И правда, вряд ли парочка вампириц не старше сотни лет решилась бы атаковать опытного моррона, да еще в самолете, на высоте одиннадцать с половиной тысяч метров, когда маленькая дырочка в обшивке может стоить жизни всем пассажирам и экипажу. Конечно, некоторые «дети ночи» умели трансформировать свое тело и превращаться в мерзких, отвратных летучих мышей, но любая мышь, будь она хоть сто раз летучей, мгновенно превратится в сосульку за бортом, где температура была не выше минус сорока градусов по Фареллу. Перспектива скорой встречи с кланом полесских кровососов тоже не пугала моррона. Он был уверен, что собьет девиц со следа еще при проходе таможенного контроля, а их хозяин хоть опытен и мудр, но не всесилен, он не сможет предвидеть все. «Самбина. – Дарк был почти на сто процентов уверен, что слежкой за ним руководила его старая знакомая, аристократически утонченная и томная графиня, любительница светских развлечений и полуночного созерцания луны. – Она не сможет руководить поисками издалека, она не сможет сказать своим деткам, какой я сделаю шаг сразу по прилете… по крайней мере я сам этого еще не знаю!»