Денис Владимиров – Целеполагание (страница 19)

— Да! Все верно! — пусть и не рев тысячи глоток, но с пяток одобрительных выкриков раздались, а староста покраснел еще больше. Теперь растащат слухи, что даже находясь в шаге от смерти, я радел о поселении, благополучии не богатеев, а простых граждан, за которых Кронос горой.

— Далее, все принадлежащие мне артефакты, оружие и книги надлежит передать мэтру Нессеру дер Вирго! Имущество доставшееся от Деймона и семейства дома Пасклей в Демморунге — продать. Здесь веря и зная честность лэрга Турина, отдаю ему все права. Но он должен организовать из этих денег фонд. И выплачивать награды всем, кто очищает дороги от разбойничьей братии, неважно дикий станет их истреблять или же подданный Империи. По золотой монете платить за хольк гобла, по десять серебряных за хумана. И пять тысяч золотых — за вождя племени Четвертой Окровавленной Руки, за шаманов от десяти до сотни. Почему? Не дело это, когда подлые твари чинят непотребства рядом со ставшим домом мне Черноягодьем! И еще, дважды меня чуть не похитили зеленомордые, а я обязан им отомстить и даже после смерти дотянусь до тварей! — вскинул сжатый кулак.

Вот здесь многие и многие из простых горожан вернули мне жест, заорали, загомонили радостно, представляя сколько можно денег заработать на охоте за головами. Имелась и обратная сторона у медали — все они сейчас жаждали, чтобы меня поскорее разделала Лидия.

— Дом, купленный сегодня, передать моему десятнику Кевину, как и трофеи, полученные в дороге. И последнее, лирнийских варсов, измененных на Кровавых островах, общей стоимостью в семьсот сорок тысяч золотых, отдать тому, кто принесет лэргу Турину голову лэргессы Лидии главы дома Рург! Я закончил!

Внезапно стало тихо-тихо. Девка сглотнула, глаза ее округлись. В них появился пусть не испуг, но какая-то заторможенность, что ли. Она изумленно посмотрела на Андриана, так и читалось постепенное, но необратимое осознание светлого будущего. А еще, она будто кричала Ломатье, мы так не договаривались!

— Ты не имеешь права так поступать! — зло проговорил длань наместника, он тоже растерялся. А еще, по игре в гляделки между девушкой и ним, понял, что передо мной или любовники, или очень близкие друг другу люди. «Читали» друг друга легко, понимали с полувзгляда.

Я же не собирался сдавать назад. А почему нет? Если выживу, все будет говорить в мою пользу, а если проиграю, то какая мне разница? Даже за наглость и дерзость пока меня никто не посмеет тронуть, тем более смерть моя предрешена. Заочно приговорен к высшей мере.

— Глэрд Андриан, ты лучше меня знаешь, что я имею такое право, как и объявить награду за всякого другого преступника. И прежде, чем ты скажешь хоть слово, ответь на вопрос, даже не передо мной, а перед честными аристо, что собрались вокруг, — я обвел рукой толпу, — Перед обычными людьми, гражданами герцогства и империи. Так вот, можешь ли поклясться кровью здесь и сейчас, что ты уверен в невиновности Тиниса из дома Рург?

Пусть и трехсекундная тишина вмиг обрела все признаки зловещей.

— Я на службе! Тебе об этом известно! Пусть боги скажут свое слово! Затем мы и собрались! — вот и еще одного последователя Ситруса вывел из равновесия.

— Я так и думал, — досадливо с разочарованием покачал головой.

— Ты хочешь обвинить меня? Я — длань наместника…

— Тебе напомнить, сколько твоих коллег закончили свои труды во благо герцогства на кольях и плахах? — перебил я, хоть и не знал про такие факты, лишь предполагал, исходя из монологов Турина, например, его предшественника повесили. Краем глаза отметил, как попытались шагнуть ко мне чернодоспешные, но им преградила путь четверка личных гвардейцев лэрга, сам он и маги готовы были к любому развитию событий. Я же пока провоцировал, в надежде, что враг совершит ошибку.

— Клянись кровью, смой ею позор! — брызнул слюной я. Андриан, как всякий человек, который никогда не сталкивался с запредельной наглостью, а только лишь с почтением и раболепством, был ошарашен, не мог выдохнуть даже слова, открывал и закрывал рот, — Ты думаешь, что приговорил меня к смерти? На деле, ты подарил Маре ее! — палец показал на Лидию, — И знаешь почему? Потому что лэрг Турин прав, когда говорил про справедливость в глазах богов. Не нужно было их вам призывать! А действовать в духе ее беспутного братца, стреляя подло в спину! Тогда был шанс! А учитывая поступки сестры, которые я увидел, то видимо весь род такой… Хотя, о чем я говорю? В нем верховодит баба, не достойный муж! — смешки от аристо, некоторые робкие и хохот от черни, — Выродились Рурги, да, выродились, а ведь с их предками не страшно и против легионов Тьмы выступать, эти же готовы на любое паскудство. Их самих можно в войско Эйдена без конкурса принимать… Посмотри мне в глаза, лэгресса, тебе не стыдно?..

— Ты! — взвизгнула Лидия.

— Да я тебя… — поддержал ее, сжимая кулаки Андриан.

А я продолжал настойчиво, на нерве, гнуть свою линию, громко, но не заходясь в крике:

— Поклянись кровью! Поклянись! Сейчас! Потому что я клянусь, если Кронос будет на моей стороне, и я убью твою подругу, то за ней последуешь ты, потому что боги четко скажут, что Андриан из дома Ломатье — преступник! Пособник Эйдена! Свившая на груди наместника гнездо змея! Позорящая его и бросающая тень на власть великого герцога и Императора! И я тогда возьму твою силу и кровь! Согласен? Ты согласен, глэрд? — что это такое «сила и кровь» я абсолютно не знал, но раз Лидия напирала на важность данного аспекта, то почему бы и нет? И «возьму» это не «отдам». Оставалось только выжить.

— Я на службе…

— То есть, ты боишься! Боишься! Прикрываешься! И вместо того, чтобы признать свои преступления, упасть в ноги к наместнику, раскрыть подлые замыслы в надежде, что повинную голову меч не сечет, упорствуешь в ереси? До чего дожили, ни смелости, ни чести… — горестно вздохнул в конце речи я.

Толпа молчала, боялись даже выдохнуть.

Но смотрела очень нехорошо. На Андриана и Лидию. Во взглядах почтенных и не очень аристо, как и простых людей множество вопросов. Они требовали ответов. И так просто от подобного не отмахнешься. Приходилось считаться.

Парочка обменялись взглядами, скорее всего, мысленно связывались. Общались. Наконец тот гордо вскинул подбородок и сообщил:

— Я, глэрд Андриан из дома Ломатье, говорю прилюдно и при свидетелях, если глэрд Райс Сумеречный победит в поединке с лэргессой Лидией Рург, то он вправе убить меня, забрав мою силу и кровь!

Отлично.

— И ты не будешь противиться! — добавил Турин, злорадно ухмыльнувшись.

— И я не буду противиться, но считаю назначение награды за голову лэргессы в случае проигрыша глэрдом неприемлемым и незаконным!

— Справедливо, если я проиграю, значит, она невиновна! Следовательно, пусть живет, — перебил его я, — Тогда пусть после Сумеречной ночи, если я сейчас погибну, объявят состязание в воинских искусствах и проведут его в последний день лета среди юных аристо во славу Кроноса, деньги на организацию пусть возьмут из моего фонда под руководством лэрга Турина. Кто победит, получит варсов в награду, чтобы доказывать всем делом силу Кроноса и что кровь аристо не выгорела, не стала мрочьей слизью! Так устроит, глэрд Андриан?

— Устроит!

— Тогда, лэргесса Лидия глава дома Рург, согласна ли ты на озвученные условия или снимешь с меня все обвинения и заплатишь за деяния родича справедливую виру? Помни, сейчас ты отвечаешь не только за свою жизнь, но и за жизнь возлюбленного!

— Возлюбленного⁈ Возлюбленного⁈ — пусть и тихо, но услышали многие, особенно я с моим слухом, это произнесла ошеломленно довольно симпатичная на лицо тетка из аристо, светящаяся полностью от магических артефактов и стоящая в первом ряду, — А я-то думала… — это почти беззвучно.

Лицо ее мгновенно заострилось, глаза метнули молнии в Андриана и девушку, затем она резко развернулась на месте, едва не снеся двух служанок рядом, и зашагала прочь с площади, даже не замечая толпы, которая расступалась перед ней с почтением, некоторые склоняли головы.

У Лидии даже чуть подрагивать пальцы начали, такой же эффект, если не сильнее, оказал уход женщины на глэрда.

— Я согласна на условия! Хватит этого фарса! Подготовьте стелу и купол!

— Да будет так! А вы готовьтесь к Поединку чести, и пусть боги помогут правому! — сказал верховный жрец, с ним согласились и дер Вирго с дер Ингертосом, из толпы вышло еще трое волшебников.

— Почтенные аристо и простые граждане герцогства и Империи, — от голоса Турина, казалось задрожали стекла в окнах Канцелярии, и внимание он завоевал, как и тишину, — Пользуясь случаем, я хочу объявить здесь и сейчас, что глэрд Райс Сумеречный, глава дома, с этого момента официально может считаться моим учеником! Райс, ты согласен принять мое наставничество? — я сразу понял, что это важно. И, второе, пока никто не требовал от меня клятв верности. Просто «принять». Задумался, на несколько секунд, но и этого хватило, чтобы лэрг проревел вновь, — Так ты согласен? — и опять, как с клерком закрыл и открыл медленно глаза. Но решающим фактором послужили очень и очень недовольные лица тех, кто радовался, что меня разделает Лидия под орех.

— Я согласен принять твое наставничество! — не вышло бы мне это боком, но риски счел приемлемыми. В первую очередь исходил из того, что нужен сотнику, и данным шагом он купировал некие угрозы для меня.