Денис Владимиров – Тихие ночи (страница 59)

Это мне рассказал самоубийца. Вот тоже недоработка с любимого сына никто не взял клятву верности роду, иначе бы тот ничего не смог бы сообщить. Сдох бы на месте.

Забрался на кречета в любую секунду готовый прыгать вниз и убегать, но тот никак не отреагировал. Я, не затягивая, вонзил между крыльями ближе к шее родовой кинжал медведей, до фиолетового энергетического сгустка, горевшего мерно именно там, клинок должен был добраться.

Если сначала оружие испытывало сопротивление, то через пару ударов сердца с тихим хлопком, утонуло по самую рукоять, а я едва удержал равновесие. По телу твари, на создание которой пошли сотни и сотни душ, прошла дрожь. И магобиомеханическое чудовище на глазах стало превращаться в обычный камень. Процесс начался с когтистых лап и за несколько десятков секунд добрался до кончика мощного хищного клюва. А из груди твари неожиданно вырвался белый шар, завис напротив меня. Мысль-вопрос только одна, я освободил плененные ранее души? Неизвестно. Линий про такое не рассказывал. Сфера раскачивалась довольно угрожающе, затем медленно, но неотвратимо двинулась в мою сторону. Кинжал продолжал оставаться в «ране» птицы, попробовал его выдернуть. Однако не получилось. Я даже не смог его пошевелить. Меч в камне, мать его.

Рефлекторно рванул клевец, острие которого без всяких раздумий вонзил в центр непонятного образования, готовый его отбивать левой рукой. А тот вдруг, как капля воды, попадающая на твердую поверхность, брызнул в разные стороны световыми осколками. И они тут же стали пропадать, гаснуть.

Не скажу, что происходящее входило в мои планы, но продолжал действовать, как задумал.

Мощными ударами секиры снес в мохнатых штанах сначала правую лапу голема, затем подрубил левую, и пока тот заваливался на бок, прыгнул подальше с разбега с барбакана на улицу, возле поверхности активировав левитатор. Приземление вышло мягким, в отличие от статуи птицы. Какая с грохотом рухнула на мостовую перед вычурными воротами, разбиваясь на куски. Из двери через секунд тридцать выскочил Брогс, сжимая в руках короткое копье.

Я подобрался к нему вплотную, пока тот стоял, открыв рот и глазел на обломки главного защитника родового гнезда. Переводил взгляд наверх, затем вниз. Видимо, мозг давал сбой в осознании реальности увиденной картины. Вот он потряс головой… Отличная вещь — секира. Правую чуть отставленную вперед ногу, перерубил с легкостью в один удар. Резким толчком в спину отправил мужика вперед на землю.

Только когда он ударился лицом о камни мостовой и перевернулся, дико взвизгнув, наконец-то сделал то, что от него требовалось:

— Тревога! — заорал истошно, — Тревога, мрочьи дети! Тревога!

Видимо имелся какой-то амулет, впрочем, на такое рассчитывал изначально, потому что Кречет больше не голосил. А подвывая зажимал руками пострадавшую конечность чуть ниже колена. И смотрел широко распахнутыми глазами на отрубленную на два пальца выше щиколотки ступню в мягком кожаном ботинке. Я же с первыми его воплями отскочил на несколько шагов назад, чтобы тот меня не заметил, отключил «Пелену» и шепотом, меняя голос — не зря тренировался, «прокричал» глухо:

— Анк! Брат! Уходим, уходим!

И тут же метнулся метра на четыре вперед, оттуда проорал так же, но с другими интонациями.

— Мы почти отомстили за Юну, брат! Артульт — навсегда! Подожди, мерзкого старикана прикончу, но сначала его нужно обоссать, всегда хотел…

— Уходим! Мрок! Быстро! Через пост! Нас там прикроют! Бегом… Да, брось ты ее!

И в густой тени от стены затопал в направлении стражников, здесь зашвырнул в сторону секиру. Она звякнула где-то в отдалении. Пять шагов, шесть. Скрыт и метнулся обратно к отрытым дверям, проник обратно внутрь охраняемой территории, затаился рядом в живописных кустах.

Мимо пробежало пятеро человек, затем еще четверо. Все злые и вооруженные. Несколько птиц сорвались со стен и взмыли в воздух. Забил тревожный колокол где-то в стороне особняка, кто-то кричал и отдавал команды, но через все звуки пробивалось верещание безногого:

— Это Медведи! Мрочьи медведи! Я все слышал, один из них Анк! Я его узнал! С ним брат! Они не успели меня добить! Они хотели меня обоссать! Они мстят за Юну! Побежали к посту! Там их должны прикрыть! Их двое или трое! Подло напали из-за спины… Неожиданно! Разрушили главного голема!

— Да, заткнись ты! С тобой мы еще разберемся… — заявил кто-то.

И топот многочисленных ног в тяжелых сапогах со всех сторон. Ночью звуки далеко разносились. Через минуту от центральной улицы, до какой здесь и не было тридцати метров, донеслось громогласное, приказное:

— Стоять! Всем оставаться на местах! Приказ лэрга! Комендантский…

— Пошел ты! А ну с дороги, стража дырявая!

— Отвечайте, мрочьи выкидыши, куда, куда они побежали?!

— Кто?! Что?! Ах ты падаль! Стоять! Или…

— Вали отсюда… Аргхх! — скрежет металла, хрип говоруна и…

— Люди лэрга убили Стилла! Мрочье семя!

— Отомстим!

— Рази их!

— Тревога! Нападение!

— Они с Медведями заодно!

— Ааааа!

— Ах ты слизень!

— Вали его! Вали… архгхгррр…

— Ублюдки! Кречеты, на помощь! Род зовет!

Звон клинков, гудение арбалетных тетив, сдавленный мат, крики, чей-то визг. Нормальное начало. Я же рванул к первой заготовке. Раскрутил пращу, не заходя на охраняемую шарами территорию, запустил первый начиненный огненным припасом снаряд в сторону особняка, он еще был в полете, как взялся за второй. Перебежал к следующей позиции. Третий, четвертый…

Полыхнуло знатно. Осветило мечущихся по двору людей.

А быстро сто ударов сердца пролетели.

И еще два последних подарка со стороны ворот.

Теперь бегом к складу.

Никто ничего не понимал, две светящиеся сферы хаотично носились по двору, затем кто-то сориентировался откуда был последний прилет. И к главному входу пронесся настоящий огненный вал высотой около трех метров и шириной в десять, заорали сразу несколько голосов, а за пламенем последовал такая же ледяная волна. Проморозила и остудила все вокруг. Затем неподалеку от моей бывшей позиции из-под земли взметнулись ввысь каменные шипы образую окружность около десяти метров в диаметре, перепахивая мощенную дорогу и кусты. Все это отмечал на бегу, скорее всего, видел лишь часть общей картины бардака и урывками.

Как они это сделали? У них же нет волшебников… Тьфу ты! А артефакты на что? Вот их действие мне и довелось лицезреть. Что сказать? Внушало. Нужно обзавестись такими же.

Последний штрих. Приготовленные два здоровенных шара с огненными зарядами, закатил в склад.

Бегом!

Сто ударов сердца.

Девяносто девять… девяносто три…

Быстрее!

Еще ускориться!

Воздух, как обычно в такие моменты сделался плотным и вязким, он, казалось, пытался остановить, замедлить человека.

В один прыжок, помогая себе руками взлетел из ливневки, преодолел несколько десятков метров в направлении лодки, а за спиной ухнуло, и земля с силой ударила по ногам. Меня подбросило, а ударная волна догнала сзади. Пусть и считал про себя, но чуть-чуть ошибся, однако успел сгруппироваться при падении после полета. Перекувырнулся, гася инерцию. И распластался на мостовой. Оглушило до мерзкого звона в ушах. Какой продлился недолго, это «Исцеляющее дыхание» справилось с контузией. А еще немалая заслуга «Кольчуги Дорна», какая приняла на себя основной удар, именно ее заряд просел на треть.

Вновь взрывы. Но на фоне прошлого, выглядели рождественскими хлопушками по сравнению с детонацией плазменного тактического боеприпаса.

Кто-то истошно и страшно орал на одной ноте, заглушая все звуки. Затем снова ухнуло, земля, казалось, просела под ногами, но я уже был на пристани. Здесь, видимо, действовали магические силы блокирующие воздействия извне. Потому что даже вода в канале не шла волнами, а лениво и неспешно несла воды в море.

Еще раскаты.

Легкие обжигало, дышал глубоко через нос, хорошо в боку не кололо.

Здесь отцепил веревку и отталкиваясь шестом от дна, погнал караван против течения. Впрочем, оно было слабым, поэтому плыть было относительно легко. Хотя в крови столько адреналина, что пока мог и горы свернуть.

Позади полыхало.

Зарево пожара, начинающего набирать обороты, освещало все вокруг. Гудело пламя.

Я надеялся на «Пелену Найта», если незадачливые свидетели вдруг решат посмотреть на канал, то увидят всего лишь пять лодок, какие вероятней всего оторвало от причала во время беспорядков. Плащи-хамелеоны надежно маскировали груз.

Несмотря на произошедшее на участке Кречетов, в стороне главной улицы где-то возле исчезнувшего моста, ночное небо раскрашивалось всеми цветами радуги, а звуки сражения неслись над Черноягодьем. Летали огненные шары, будто из ниоткуда с грохотом прорезали тьму молнии, что-то взрывалось, какие-то красные, желтые и зеленые лучи вонзались в небо и в стены.

Крики, ор, вой, скрежет железа, заполошно клекочущие хищные птицы метались по небу, падали вниз, взмывали…

А я без всяких приключений добрался до «распределительного» водоема. Здесь запустил пустые лодки вниз по течению в каждый из каналов. В крайний зарулил сам. Сейчас до меня доносился только звук тревожного колокола на башне Канцелярии, едва слышимый отсюда. Остановку сделал возле дома Джастина, где быстро перетаскал добычу в подготовленный сарай.

Привел саму посудину в первозданный вид, как и убрал все следы причаливания и разгрузки на берегу. Затем спустился ниже по течению, миновав дом Санти, возле которого сейчас никто не дежурил. Оно и понятно, все силы стягивались в центр, где опять лютовал Артульт и бесчинствовали мстители. Надеюсь, теперь не удастся все решить миром.