Денис Владимиров – Стаф III: Отблески в зеркалах (страница 31)
Гримаса боли, затем недоверия, а потом радости озарила одухотворенное лицо.
Когда нас разделяло метров десять, активировал Кровопийцу.
Отпустил? Отпустил. Вот только я не обещал после этого не убивать. Первая же стрела поставила точку в жизни подонка. Кристалл стал завершающим аккордом, как и голова в мешке для отчетности и чтобы покойный не встал в виде мертвяка, а я пожелал местному зверью приятного аппетита.
Один из боковых дозоров встретил меня за сто пятьдесят метров от сбившегося в кучу основного каравана. Между ним и остальными людьми, повозками и всадниками, которые не принадлежали непосредственно «Снежным волкам» проходила четкая разделительная черта — около пятидесяти шагов свободного пространства.
Три наездника на боевых арсах зарысили навстречу, едва я поднялся по пологому склону очередного поросшего густым кустарником оврага. Одного из охранников я узнал, ему тоже продавал рыбу во время предыдущего похода: Линд Гринд, «серый». Обменялись приветствиями.
— Стаф, а эти куда делись? — показал тот нагайкой на лошадей, явно подразумевая предыдущих владельцев, — И сам откуда?
— Все потом. Никодим сейчас где? — не отвечая ни на один из вопросов, спросил сам.
Но собеседник не обиделся. Видимо, сочтя, что я выполнял какое-то важное поручение, просто ткнул волкобойкой, указывая направление. Проследив, я заметил небольшую толпу возле одного из фургонов, благодарственно кивнул, и, попрощавшись с дозором, направился также быстрым шагом дальше.
Сопровождать меня никто не стал. И даже подозрительно не косились. Да это и понятно, если бы я покинуть «расположение» попытался на чужих лошадях, тогда другой разговор и другие вопросы. Тут, наоборот, начальство искал, а, значит, ничего особенного не произошло и все шло по плану.
Как я понял из рассказа бандита, основную массу охранников колонны, а затем и лагеря в Проклятом Городище, составляли, так сказать «вольнонаемные» группы из приближенных к Волкам кланов. Или тех, кто доказал свою, нет, не верность, а надежность. При этом самые важные направления все же держали под контролем именно клыкастые. Остальные на подхвате.
Заметил десятка два боевых котов, держащихся чуть поодаль от центра колонны. И, конечно, прекрасных и недоступных синеглазых девушек на них — паства Ирии, сама она на панголине, и опять узнала даже издалека, мало этого, подъехала. Приветственно рукой помахала, да еще и улыбалась в тридцать два.
— Смотрю, ты уже двуконь, — пристроилась рядом, а ящер начал «строить глазки», на что получил матерный отлуп.
Мысленный, понятное дело, пси-атака вновь подросла на десятые доли процента. Вот животина — находка для прокачки, стоило денек другой ее покостерить — совершенствование в сотню. Одолжить у «подруги», что ли?
— Это точно, — все же ответил я, когда молчание затянулось.
Сам отметил, что постоянное сопровождение спутницы — две невозмутимые девушки, без всяких видимых команд, пристроилось метрах в десяти за нами. Связь имели сестренки или вымуштровала?
— Боюсь даже спросить, где их предыдущие владельцы. Они ведь из нашего охранения были? — спросила Ирия, улыбнувшись одними губами, а взгляд цепкий, ощупывающий.
— Да, точно. Из охранения. Были, — последовательно ответил на вопросы, нигде не соврав.
— И что с ними случилось? Где они? — не отставала та.
Ладонью похлопал по притороченному к седлу мешку с головами. Спутница, видимо, подумала, что это шутка такая. Поэтому вновь улыбнулась, на этот раз хитро. Она явно хотела что-то сказать или спросить, но в этот момент из-за ближнего фургона выехал Макс Северный тоже верхом на панголине.
— Ирия, нас Альфред вызывает! — крикнул тот, проезжая мимо.
— Ладно, до встречи! — попрощалась дружелюбно та со мной, напустив в голос чуть грудные нотки, отчего он делался желанным. Слушал бы и слушал. А я удостоил девушку прощальным кивком, про себя произнес: «Лучше, прощай». Нет, все же красивая она, еще и захотел вдруг мадам. Жестко, дико, здесь и сейчас. Даже головой встряхнул, прогоняя наваждение. Опять, сучка, свою магию использовала, как тогда при первой встрече?
Никодим сидел по-турецки рядом с нашим фургоном, вокруг расположилась половина группы, он о чем-то рассказывал энергично жестикулируя. Заметив меня, прекратил лекцию. Я спрыгнул и отозвал его в сторону, товарищи взирали с любопытством. Но молчали.
Сжато, кратко поведал о произошедшем по пути к лагерю. Еще точнее, после встречи с падшими подснежниками. Отредактированная версия выглядела следующим образом: хотели убить, завладеть имуществом. При этом я смог подслушать, что уроды более сорока человек отправили к праотцам за последние пару месяцев, а на Волков, Север и прочие материи им было плевать. Ложили или клали большой и толстый, как говорили в народе.
— Нам надо к Альфреду, он главный здесь, расскажешь все. Распустились… Все же хорошо идет! — сенсей выругался, — Раньше такое невозможно было даже представить! Потому что с каждым из сопровождения работали! И клятва верности через Систему, а не только чьи-то слова, засраное поручительство! Еще и сами пробивали: кто и чем дышит. Сейчас же… Все идет, как нужно, вот и пусть, а лишние телодвижения зачем совершать? Допрыгались. И это хорошо они еще на тебя нарвались, а на кого другого? Здесь убили, там… И ведь все от нашего лица идет. То-то последнее время земля слухами стала полниться, что мы занимаемся… — вновь непередаваемая игра слов, а затем Никодим сказал задумчиво, — Вообще, все сегодня напоминает хорошо спланированную диверсию. Федор ничего не говорил, кто это мог быть? Ведьмы, Пожиратель, трансы, уроды… Кто-то за всем этим стоит.
— Нет, не говорил, — отрицательно мотнул головой.
— Ладно, сейчас к Альфреду. Нет… Никак в башке не может уложиться, что под нашими знаменами творится всякое дерьмо! Лично бы с них тварей кожу снял! — патриот своей группы? И ведь реально переживал, вон даже лицо багрянцем налилось, кулаки сжимал и разжимал, — Буду ставить вопрос! Так дело не пойдет! Наберут по объявлению, чего раньше никогда не было, нараздают всем наших лейблов, руки бы отрубить, сукам! А шакалы, прикрываясь нами обделывают свои мерзкие делишки! Вот откуда столько грязных слухов про Волков последнее время. И сколько подобных деятелей еще в наши ряды затесались? Все к одному, четверо наставников обожрались какой-то херни, в результате сорок два человека из подопечных в минуса, не смогли вовремя среагировать и сами сдохли. Не так давно тела сожгли. Чуешь, мясом воняет? — и продолжил невпопад, — Кстати, знай, Стаф, у Альфреда имеется амулет Истины. Хороший амулет. Твоя защита от него не поможет, так как он не пытается проникнуть в мозги, а всего лишь выясняет: правду ты говоришь или нет. Это другое.
— Да, мне все равно, — ответил веско, — Хоть детектор лжи. Я перед Системой отвечаю. Она шуток не любит.
— Это да, — согласился тот, — Вижу ты демоноборца взял, — последнее произнес неопределенно, когда мы зашагали в сторону небольшой толпы возле головного фургона.
— Так получилось, — говорить о «подвигах» совершенно не хотелось. Даже усмехнулся, какие-то четыре дня назад взахлеб бы рассказывал, обсасывая каждую деталь. А теперь мысли другие, как не проколоться и не наговорить лишнего. Правильные, в общем, мысли.
Начальство стояло на холме и взирало куда-то вдаль. Высокий огромный мужик, гладко выбритый, с серыми колючими глазами. Взгляд у него был суровый, поневоле хотелось вытянуться в струнку и доложить по-армейски. А потом исчезнуть и больше не отсвечивать. Три шрама, пересекающие наискось лицо, не добавляли харизмы. Но смотрелись гармонично. Его вообще без таких «украшений» трудно было представить. Весь, будто из камня вырублен, и силой веяло, и не как в Звездных войнах, а реальной, животной и очень, очень злой. Серая анатомическая броня сидела, как влитая. За плечами полуторный меч.
Видимо, чтобы ни у кого не возникало лишних вопросов, он открыл информацию о себе.
Местный командир находился в окружении Ирии, Макса, «серой» девицы непонятного возраста, ей можно было дать и двадцать пять и сорок пять — Ни Кита. Та с любопытством мазнула по мне взглядом, а с Никодимом поздоровалась кивком. Еще серьезный молодой парень, если ему надеть очки, то легко его представить в отличниках где-нибудь в техническом университете, в читальном зале, обложенным со всех сторон учебниками и справочниками. Среднего роста, худощавый. «Серый». Андрей Смирнов. Он посмотрел заинтересованно и только. Взгляд его остановился на моем перстне идентификаторе, затем вновь на моем лице. Я же морду сделал невозмутимую, ко всему привычную.