Денис Владимиров – Слезы Эйдена. Часть 2 (страница 32)

Он же невозмутимо осматривался, возвышаясь над всеми. Искажения от визави так и шарили вокруг, щупальца шевелились, сворачивались в кольца, расправлялись. Три раза мощные концентрированные потоки ударили в купол в разных местах. Вероятно, проверял прочность барьера.

Все события уместились в несколько секунд.

Увидев глазами Глока, как из портала вышагнул Кощей, ему одним пакетом отправил все целеуказания. Появившийся, с началом произнесения ритуальной фразы, Аттор молчал и не призывал козлоголового поганца к немедленному ответу, тогда я решил подбодрить тварь, выполнить попутное задание и ускорить процесс:

— Ты можешь отказаться, низший, и тогда ты сдохнешь здесь. Обессиленный. И никто не придет тебе на помощь. Потому что твои последователи сегодня умрут. Я Вестник Мары, она тебе передает: онгор рер те грантор эр рэрх! Однако, если ты победишь, то сможешь помочь своим почитателям, вооружившись вот этим мечом, имя которому — Хельминстэр, и напоив его впоследствии кровью бывшего хозяина, обретешь затем небывалое могущество.

Только сейчас шакал демонстративно перевел взгляд на меня, а затем вновь исследовав искажениями, посчитал абсолютно неопасным уже потому, что не потребовал уточнения во сколько раз я стану сильнее, а он слабее. Хотя… Уверен, все мгновенно просчитал.

Отлично.

Эту проверку эйденовское умение маскировать силу прошло. Иначе бы враг не осклабил волчью пасть и не проревел басом:

— Агрхам… Вонючий жалкий слизень! Живой, с горящей кровью! Вкусный! Лучшего подарка для меня сейчас не может быть в этой вселенной! Я принимаю твой вызов, мрок! Я буду рвать тебя голыми руками, а затем пожру твое тело! — заявил тот, но отчего-то в лапищах появился боевой двусторонний двуручный молот в рост хозяина. Еще сантиметров тридцать сверху добавляло широкое копейное навершие. А в следующую секунду, за мгновение до переноса, успел заметить, как на враге материализовался белоснежный полный доспех, за исключением шлема. На кончиках рогов возникли накладки, совсем как у Лаены. Костяные наросты на щупальцах остались неизменными, однако на месте оторванных возникли призрачные аналоги. Клинки духа… Еще один неучтенный никем фактор.

Интенсивность искажений от оружия и брони внушала уважение.

Оценил.

…Парящие острова черных теней — тысячи и тысячи левитирующих обломков, от небольших булыжников до многокилометровых каменных образований, висящих в воздухе на разной высоте. На некоторых имелась флора и фауна, как и водоемы. Растительность самая разнообразная, от представителей сугубо тропических широт до северных тундр. С некоторых даже совсем небольших падала вода в таких объемах, что любой фанат научного материализма поверил бы в магию. Имелись и безжизненные, зачастую покрытые острейшими каменными шпилями, достигавшими нескольких десятков метров.

Но самая главная особенность данной местности — тени. Во-первых, от различных объектов они падали абсолютно не повинуюсь законам оптики, да и светила на небе не просматривалось. Во-вторых, часть из них являлись коренными обитателями данной локации. Они, при появлении незнакомых существ, копировали их, пытались воздействовать психологически. Являя разнообразных монстров, пугали или, если могли проникнуть в разум, представали в виде самых близких или желанных разумных, тоже самое относилось и к врагам. Выглядели, тактильно ощущались и имели магический фон, как и реальные объекты. Высшие воплощенные иллюзии. Цель бестелесных монстров заставить жертву испытывать самые разнообразные эмоции, которыми они и наслаждались.

Здесь я надеялся на зрение от Оринуса, который самодовольно утверждал, что Проклятый не обладает подобным навыком, а имеющийся у него слабо приспособлен для распознавания. Поэтому врагу придется на сканирование тратить дополнительные ресурсы. И то, не всегда будет получаться вычленять со стопроцентной гарантией кто есть кто.

Дальнейшие тренировки показали верность его слов. И могло ли быть иначе?

Мы с Ригмаром оказались на одном из островов, радиусом шагов в сто и плоским как блюдце, с редкими вкраплениями из булыжников. Расстояние до врага около двадцати метров. Тот сжимал в руках чудовищный молот и кривил морду, как я понимал, в улыбке победителя. Тускло мерцали его белоснежные доспехи, щупальца расправлены на манер крыльев.

Усиливая голос, я проревел:

— Прежде, чем мы начнем, жалкий низший, передаю имена тех, кто заплатил за твое воскрешение… — перечислил, — Кто знает, вдруг Азалия встанет на твою сторону, и ты сможешь их впоследствии отблагодарить. Еще твой единоутробный брат Раонос, рожденный от падали, не пожалел десятков миллионов камней истинной силы, чтобы осуществились мои и его мечты. Он говорил много слов, вспоминая о тебе. Да, именно о тебе. А еще его раздирала и душила злоба, ненависть и зависть, ибо без них вы не можете жить, как и в мире. Цитирую: «Сейчас тебе кажется, что ты победил и выиграл, на деле это будет твоим самым горьким днем! Ты ответишь за все мои страдания! За все, что сделал мне плохого! За всю мою боль и потери! Ригмар…», — проговорил окончание фразы про себя: «тебя уничтожит, оставит без посмертия и сотрет память о тебе, будь ты хоть трижды воплощением Эйдена», маскируя все под многозначительную паузу или, как вариант, решаясь повторить перед адресатом. А потом начал чеканить, — «Ты жалкий эрмант! Ты гнилая…», — по мере перечисления всех ругательств в мой адрес, которые собеседник воспринимал отчего-то на свой счет, маленькие черные глаза наливались и наливались кровью, затем они зажглись багряным огнем. Звериную морду перекосило.

— Ты лжешь! Он не мог так сказать! — наконец выдохнул визави.

— Это его слова, клянусь кровью! — ревущее пламя подтвердило лучше всяких других аргументов кто и что произносил, — Он лжив и порочен, стремится нарушить любые обязательства. И ты это знаешь. А я с ним недавно заключил выгодную сделку. Клянусь кровью! Затем он мне отдал десятую часть своих сил. Догадываешься для чего он это сделал? Догадываешься... И поэтому твоя участь предрешена. Ты сдохнешь страшно, но даю тебе возможность передать ему послание перед своей неминуемой гибелью. Воспользуешься ли ты, низший, таким шансом?

Не такого ожидал Проклятый.

А вокруг возникало все больше и больше теней, которые принимали облики Раоноса в эльфийской ипостаси и в ящеровской, появлялись команды белоголовых, — это я транслировал отчетливо мысли одной из местных гадин, как при общении с мертвецами. Проверка показала, что с призраками такие финты тоже работали, но на Арене Оринуса я использовал собственную голограмму, в результате генерировались сотни и сотни ложных целей. Иногда враг ловился на них. Сейчас все воплощенные иллюзии тыкали пальцами в божество, хохотали, повторяли и повторяли голосом Кровавого: «Ты сдохнешь!». И, конечно, ругались на все лады, а белогривые эльфийки иногда сбрасывали доспехи и демонстрировали прелести: «Никогда тебе больше не познать женской ласки, эрмант! Погибнешь, не успев сделать ничего!».

В общем, надавили психологически.

Время шло, играло в мою пользу, потому что вампиризм работал, как гоблинские часы.

Глазки визави забегали.

Он, полностью прикрытый от ментального воздействия и проникновения в свой разум, сейчас шарил по мне сканирующими заклинаниями, я же понял свою ошибку. Нужно было сразу, едва появился на Арене, вновь скрывать свои силы, которые, уверен, абсолютно предполагаемо для божка, увеличились в девятнадцать раз. Но первым стоял не тот множитель, который тот видел изначально. И сейчас это стало ясно.

— Ты лжец! Ты обманул меня! Ты не аристо! Они не лгут! Если твоя кровь горит, то ты должен…

— Ты будешь пользоваться своим правом передать послание? — перебил я, не желая слушать влажные фантазии, — Или начнем битву?

— Впрочем, тебе это не поможет... Учитывая, что ты сдохнешь уже сейчас, то, пожалуй, поделюсь, что я думаю о лживой млети по имени Раонос, которого считал братом… — говорил он долго, а я из множества ругательств вычленял события, где так или иначе пакостил родственнику Кровавый. Для работы пригодится. Минут пятнадцать самозабвенно ругался божок, вероятно, отводил душу перед благодарным зрителем и слушателем, — А затем и твой наниматель отправится в небытие! Потому что…

С огромным молотом я разминулся в сантиметрах, уходя в сторону и взмывая вверх, активируя невидимость. Здесь же интуиция заставила сформировать сразу твердь и метнуться влево. Противник успел отследить начальную траекторию, да он не мог остановить страшное оружие, но успел вслед мне отправить сгусток темно-багряного пламени. Тот пролетел мимо, врезался в висящую скалу, проплавил ее и унесся дальше.

— Сука какая коварная! Бдительность усыплял, — пронеслась восхищенно-шалая мысль.

Если бы не готовность, а также запредельно сверхускоренное восприятие и усиление всего на Арене, то там бы и остался. Размазал бы в блин.

Огромный же боек ударил в место, где я находился во время нашего диалога. Искажения запредельные. Брызнуло во все стороны крошево камня, рванула круговая волна темно-синего пламени и по поверхности пошла огромная трещина, расколовшая блюдце напополам.

Согласно местным законам гравитации, потеряв целостность, данная конструкция сразу же устремилась вниз, набирая и набирая скорость. Сбивала другие каменные обломки.