Денис Владимиров – Легионы во Тьме. Часть 2 (страница 55)

— Глэрд! — прервал мой спич раздосадованный Кронос, он думал, что я позволю ему вколотить установки, как все вокруг ему должны? Нет. Все обязаны только мне.

— Что я сказал неверно, Верховный⁈

— Ты прав во всем! Просто у нас мало времени! А вы готовьтесь терпеть! Ибо без боли нет величия!

И взмахнул моргенштерном. Мои соратники свалились, забились в конвульсиях, заорали не хуже меня. Так продолжалось секунд десять, у Лаены около двадцати. Затем вперед выступил Ситрус — мучения продлились еще столько же.

— Вы как? — спросил у обоих, когда экзекуция закончилась, и они пошатываясь встали на ноги.

Дорожки крови из носа и ушей, слез из глаз. Знаю, больно. Впрочем, не так, как при манипуляциях с алтарем. Те в имперском приветствии сообщили, что все у них хорошо. К моей радости молчали, не обменивались никакими сообщениями.

Молодцы.

Порадовали. Действовали, как будто, так и должно все происходить.

Верховный был бы не Верховным, если бы не заявил с пафосом:

— Что же смертные, радуйтесь, и всегда помните, кому вы обязаны новыми возможностями, часто недоступными для других! И не могут их дать иные боги! Я — Кронос! И мое слово адамантит, — хотелось русским матом засвидетельствовать «честность» и приверженность к клятвам божка. Достаточно вспомнить персональный Гратис, — Славьте мое имя, не забывайте о моих заветах и тогда, я не забуду о вас!

— Почтенный Кронос! Мы запомним твои слова и этот радостный миг! И станем гордиться, что сам Отец битв благословил нас на подвиги! — заявил дер Ингертос, — Благодарим и тебя, Мудрейший!

— Благодарим тебя, Великий! И будем славить твое имя! Никогда не забудем заветов, как и не нарушим их, как и твоих, бог Мудрости!

Да. Работы с соратниками предстояло много. Подобострастие перед бородатыми млетями мне не понравилось. Глаза Лаены горели, когда она смотрела на меня, стоящего скрестив руки на груди.

После процедур, не давая никому опомниться, божки сразу перенесли обратно девушку и мага. Представил радость демонессы и сдержал довольную улыбку. Обещание перевыполнил не на одну тысячу процентов — она получила не только крылья. И защита разума — вещь незаменимая. Еще весь ближайший круг нужно такой обеспечить, как и отключением боли и переходом к Маре.

— Глэрд Райс, наш договор завершен⁈

— Если ты выполнил все требуемое… — перечислил все и вся, добавил и обязательства Ситруса, основную часть на пятнадцать минут занял список предосторожностей в виде дополнительных меток и прочего возможного непотребства, которым могли под шумок наградить боги. Да, второй раз… Но лучше так, чем потом кусать локти.

— Мы сделали все именно так. Так наш договор завершен⁈

— Да, и пусть Весы засвидетельствуют! — с пафосом проговорил я, протягивая жезл Кроносу, который взял его в руки весьма неохотно. Отчего такая фобия?

— Что же, теперь поговорим о главном, — начал тот разговор по душам, — Ты выказал мне огромное неуважение! Получив у Раоноса набор Марка дер Тиона, весь его преподнес другим богам, начиная от Мары и заканчивая Азалией. Не забыл ни Иргуса, ни даже Истеллу. Но отчего-то не стал отдавать мне мой артефакт! — ага, проняло, сука? На это я рассчитывал, так как не страдал беспамятством, когда тот же аватар — плоть от плоти злобного дедули, взвился, когда я преподнес Азалии трость вампира-суицидника, а Кроносу возложил на алтарь рукоять меча самоубийцы-Паскля, — Твоя дерзость безмерна, и она должна быть наказана. И не думай, что тебе поможет Однорог. Он теперь сам себе помочь не может… Хотя можешь в мольбах обратиться к нему… Посмотреть.

— Ты меня с кем-то путаешь, я никого никогда не молил. Да и будь даже ты прав, кроме Оринуса есть и другие боги, — вклинился в паузу. Приблизительно догадывался, что сейчас начнется запугивание и принуждение меня сделать что-то либо паскудное, либо бесплатно.

— Кто? Вертихвостка Азалия, которую каждый второй называет «шлюхой»? Продажный Иргус, которого я куплю, продам и снова куплю за жалкое золото! Тупая сучка Истелла, у которой кроме дум о плотских утехах нет ничего в голове? Они все склонились и будут выполнять мою волю! Мара? Вот у кого-кого, а у нее искать утешение — последнее дело. Она живет в страхе и издревле не вмешивается в наши дела, и только поэтому еще на своем месте! Стоит ей только изменить правилам… И это место займет другой или другая!

— Кронос, Кронос… Вроде бы ты Верховный, но Ситрус на тебя действует плохо. Не зря же другая его ипостась Безумие, — покачал я головой, а затем продолжил, потому что как бы не повернулась беседа, но такие козыри мне раздать. Дружба с Раоносом до добра не доводила… — Азалия всегда ценит тех, кто может оценить ее дары. Не перепутать их. Мара многим миллионам, если не миллиардам, подарила покой. И да, я видел своими глазами, когда она выказывала человеколюбие, к которому неспособны порой сами люди. Иргус — торговец, но у каждого из них есть своя честь, которой он не пропустится ни за какие деньги. Истелла часто дарит то, ради чего живут смертные и совершают подвиги, а плотское — пусть и важный аспект, но не всегда обязательное дополнение к ее подаркам. Может все так и есть, как без уважения к ним говоришь, но ты забыл про десятки и сотни других богов, например, про Эйдена или…

— Эйден — жалкая лирнийская слизь! Где твой Эйден? Его ненавидят все, а статуи были убраны из каждого храма в Империи и разрушены! По моей воле! Да, ему тайком молятся наемники всех мастей, но что-то не приносит покровитель им удачи… Потому что клинки нужно обнажать за убеждения, а не за некие блага! Он клятвопреступник!

— А мне говорили иначе… — многозначительный ответ знающего некую тайну разозлил Кроноса еще сильнее, голос загремел над морем.

— Те слова яд! И вранье! Да, он не стал поддерживать врагов, но и не встал рядом со мной во времена битв, так как требовал за свое участие слишком многого! Я же…

Вот как? Интересно.

— Так он же выполнил свои обязательства, предлагал тебе другой контракт, но ты в гордыне не согласился, — сказал я тоном, будто не моделировал сейчас, а досконально знал ситуацию, — Считал, что тебе все должны служить за твои красивые глаза, не так ли? Но то, что он не встал рядом с твоими врагами…

— Все это ложь и отговорки! — перебил тот меня с гневом в голосе. Может быть, может. Но произнесенного мне для начального этапа работы хватит с лихвой. Я нигде не забыл божественную обидчивость и нервность, — Те, тоже просто не смогли найти плату! Но это дела давно минувших дней. За тебя он не вступится! Так вот, слушай мою волю! Условия простые. Ты оставишь в покое Раоноса. Вернешь его белоголовую. Передашь мне его кинжалы, жезлы и фолианты, как и мою «Ярость». Затем ты возьмешь жезл Антонио де Тисса, и в мире Рантора доставишь его в разлом с первозданным огнем в Ильсхлемлских пустошах. Только так можно уничтожить этот зловредный артефакт, ему же не место в нашем мире! Он несет угрозу всему! Весь путь пройдешь с Кронгом, которого упокоишь в Бездонном колодце! — дед, ты сериалов про бодрых хоббитов и светлых эльфов пересмотрел?

— Это все пожелания? — задумчиво посмотрел на Кроноса, представляя на его месте порождение Синеликой Архи, ее разнокалиберные, сочащиеся слизью сиськи, что гораздо убойное, нежели куча какого-то банального дерьма.

Мое презрение и некая жалость к уродству заставили яростью полыхнуть глаза божка, синий лед и ярко-красный огонь замешивались в них молниями.

— Нет! — влез Ситрус, — Ты отзываешь свое требование у Серых Драконов, тебе ящеры не понадобятся. Затем ты отдаешь тем, у кого взял плату за двадцать два камня душ, все полученное за них и присовокупляешь еще сотню — вира за обман, и среди них не будет ни одного от Эйдена. После не лезешь в земли Хаоса, не преследуешь Синеликую и других Позабытых богов, — мудрый бородач задумался, чего бы еще ввернуть.

— А как я различу, есть ли там Эйдена или нет?

— Призовешь меня!

Слово взял вновь Верховный.

— Мы не знаем, какие дела связывают тебя с Марой, но прекращаешь с ней в одностороннем порядке любое сотрудничество. И не вздумай ссылаться на нас!

— Ты перестаешь преследовать эльфов и гномов, как и других нелюдей. И не вмешиваешься в их дела. Не мешаешь им в Империи! — подхватил Ситрус.

И где только смелости набрались? Неужели паскудные силы, которые надавили на Оринуса, внушили им уверенность в себе или это сами божки нажали на Однорога? И теперь пребывали в эйфории от той победы? Да, я понимал, они привыкли приказывать, ни капли не сомневаясь, что смертные лбы разобьют, но выполнят требуемое. И их маневр, когда пришлось договариваться со мной — крайне вынужденная мера. И от чего они подумали, что могут сейчас меня прогнуть?

Впрочем, пока все совпадало с моими мыслями, единственное из-за проделок Шумара ускорились процессы — так как в его существовании нужно было ставить точку. И полагал изначально, что именно с завершением задания по поиску жезла начнут показывать характер оба деда. Что и произошло. И абсолютно поступил верно, не став сразу выполнять задание Мары.

Мозг же разгонялся и разгонялся, просчитывая варианты и на чем играть.

А еще собеседники ничего не знали о мертвецах под моей рукой. Впрочем, о легионах, начавших выходить на свет, не было известно никому даже из ближайшего окружения. Вот еще один плюс, не рассказывать всем и каждому о замыслах, о собственных силах и любых других козырях, что происходило в каждом дебильном сериале. Даже если все всё сложат, получат только часть картины о моих возможностях. Мара же… Вполне возможно знала про мертвых колдунов, но не спешила делиться информацией ни с кем.