Денис Ватутин – Легенда сумасшедшего (страница 27)

Из задумчивости и бездны воспоминаний меня вывел глава клана Харлей. Он подъехал ко мне почти вплотную. Его бык был ниже моего дромадера, поэтому глядел он снизу вверх.

— Вот будет наш поселок — мы хотим, чтобы вы пришли на нашу тусовку, у нас будет хороший праздник, слышит Великий Гребень мои слова!

Черт, подумалось мне, от них теперь не отвяжешься: по негласному закону, отвергнуть гостеприимство дружественного клана — это очень невежливо, может до драки дойти, к тому же они участвовали в нашем спасении от танка. Да… вариантов нет — почти половиной ночного маршрута придется пожертвовать ради соблюдения приличий.

Я попытался искренне улыбнуться:

— Охотники Марса и их спутники будут рады разделить с вами ваш праздник!

— Это большой кайф для нас — тусить у себя храбрых воинов и людей с Земли!

А он не дурак, этот Харлей: смекнул с полувзгляда, что с нами не местные. Надо быть с ним повнимательнее тоже…

Он пришпорил быка и поехал догонять свое факельное шествие, которое сворачивало в сторону небольшого ущелья, врезавшегося в плоскогорье и напоминавшего промоину древней реки. Только бы недалеко они жили…

— Йорген, — сказал я в шлемофон, — нас пригласили на танцы. Ты пойдешь?

— Не знаю! — заорал Йорген в наушники, аж в ушах зазвенело: боже, я совсем забыл, что его контузило! — Я спрошу у Сибиллы, — вновь донесся его громогласный голос в наушниках, но я все же успел прикрутить громкость. — Сиб, дорогая, отпустишь меня на танцульки?

— Только со мной за руку. — Сибилла тоже переключилась на мой канал.

— В общем, — сказал я, — как говорят у нас в деревне: фаллоу ми! Андестенд?

— Йес, ай ду, — ответила за него Сибилла.

Я повернул поводья в сторону Ирины. Пора было прервать ее одиночество и плодотворную работу с планшетом.

— Ирина, как вы? — спросил я, подъехав поближе.

— Хорошо, — ответила она ровным голосом.

«Злится», — подумал я. Ну и пускай, ничего плохого я не сделал… И нечего на меня так равнодушно и отстраненно смотреть — еще недавно она смотрела на меня совсем по-другому. Вот не поймешь этих женщин: ты ей нравишься, подходишь к ней, целуешь — а она нос в сторону! Только что под танк чуть не полезла… и теперь: «Хорошо»… Да ну ее, что я в самом деле! Даже от своего планшета не оторвалась!

— Извините, что отвлек. — Я пришпорил дромадера.

— Ничего, не страшно, — рассеянно произнесла она.

Да что она о себе в конце концов возомнила? Не хочет разговаривать — не надо!

— Вы какой-то задумчивый всю дорогу, — внезапно обратилась ко мне вослед Ирина.

Вот тебе раз! Это я, значит, задумчивый! А она, можно подумать, едет и травит анекдоты!

Я придержал поводья.

— Да вот… — произнес я слегка растерянно. — У меня из головы не выходит это дело, и я продумываю разные варианты…

— Интересно, — сказала она, — поделитесь мыслями? Вы так увлекательно рассказываете…

— Конечно, поделюсь, — сказал я, в тысячный раз поражаясь ее непредсказуемости. — К тому же наш маршрут на сегодня оканчивается…

— Почему? — Из-под шлема было видно, как она удивленно вскинула брови.

— Потому что наши провожатые пригласили нас в свой поселок на праздник, — ответил я, — а отказывать в таких случаях не принято.

— Так это же так интересно! — воскликнула Ирина, сверкнув глазами в свете нашлемных фонарей. — Я с удовольствием посмотрела бы на их жизнь, на их… как бы это выразиться… повадки… нет… ну, праздник — отражение быта.

Я улыбнулся:

— Не думаю, что вам понравится: грязь, нищета, дикость. Что, вы думаете, мы сможем увидеть в поселении этих несчастных дикарей? Или вы увлекаетесь этнографией?

— Не то чтобы увлекаюсь, — произнесла она задумчиво, — просто это, наверное, тяга ко всему необычному. Так что вам пришло в голову, пока я пыталась прийти в себя после этой жуткой сцены с танком?

Мне показалось, нечто похожее на упрек просквозило в ее интонациях. Ну как вам это нравится? Я ехал и дулся, что она не разговаривает со мной, а она ехала и дулась, что я не разговариваю с ней… Да уж — поотвык ты, Странноватый, общаться с женщинами, а вот с такими — даже и не привыкал.

— Простите. — Я отвесил галантный полупоклон. — Я настолько углубился в размышления, что невольно отвлекся. Вы чувствуете себя нормально?

— Теперь — да. — Она слегка улыбнулась. — Ну не томите…

— Я пришел к выводу, что у нашего «крота» есть на орбите, там, — я зачем-то махнул рукой в небо, совсем как Диего тогда в городе, — есть группа поддержки. На важное задание нельзя посылать даже опытного разведчика без дублера. Связь с Землей напрямую, с поверхности планеты, почти невозможна. Да и во время обыска на заводе я ничего не нашел. А планетарных передатчиков размером с горошину не бывает. Но резидент должен корректировать свои действия с неким «центром». Вот уже две довольно веские причины, почему на орбите планеты должна быть какая-нибудь посудина для вспомогательных целей. Идею обыкновенного спутника ретрансляции я отмел, так как спутник не придет на помощь, если что, и Марс сейчас не в самой выгодной позиции для связи.

— А вы не думали, что эта группа поддержки под видом каких-нибудь лаборантов или техников может оказаться в числе персонала станции? — спросила Ирина.

Бог мой марсианский! А я и не подумал об этом даже! Ну и умница же она!

— Вряд ли, — ответил я со скептическим видом, закуривая сигарету и лихорадочно соображая, что ответить. — В случае экстренной ситуации эти техники должны будут просто угнать со станции шаттл: а это рискованно и не так-то просто. Надо проникнуть в ангар, договориться с диспетчером, заправить ракетоноситель для возвращения: шаттлы ради безопасности стоят с пустыми баками. Потом открыть шлюз, пройти предстартовую подготовку. И не факт, что станция и мы будем в этот момент в одном полушарии. Придется сделать минимум полвитка по орбите — а реагировать надо оперативно, иначе важная операция, в которую наверняка вбухана уйма бабок, провалится, к примеру.

— Ну, убедили, — сдалась Ирина. — А как вам кажется?

— Я бы на их месте прислал на орбиту какой-нибудь научный корабль, типа для новой программы изучения Марса и его аномалий, а для оперативности имел бы на борту парочку субатмосферных истребителей. Корабль меньше станции и более мобилен, а истребители превосходят шаттлы по скорости во много раз. Если нужно срочно сбросить на Марс дублера или поддержку в виде небольшого отряда — отстрелил от истребителя парашютную капсулу, и даже приземляться на планету не надо. А тяготение маленькое, и топлива много не истратишь. По-моему, это оптимальный вариант для мобильной переброски живой силы. Да и сами истребители — хорошая огневая поддержка с воздуха.

Ирина смотрела на меня с искренним восхищением, а я, гордый как индюк, чувствовал, что импровизация — это моя сильная сторона.

— Да… — протянула Ирина. — Да вы стратег.

— Ну, — скромно улыбнулся я, — без этого здесь нельзя.

— А как вы собираетесь это проверить, будучи здесь, внизу? — Она махнула рукой вниз, словно копируя мой предыдущий жест, но с точностью до наоборот.

— Есть у меня в Персеполисе один человек, — сказал я загадочно, — у него связи на станции.

— Обалдеть! — Ирина была поражена. — Везде связи у вас!

— И без этого тут не обойтись, — сказал я назидательно.

— Ну хорошо. — Ирина внимательно посмотрела на меня. — Если мы найдем корабль группы поддержки, что это нам даст?

Вот к этому вопросу я оказался совсем не готов! А действительно? И что мы будем с этим делать? Найдем на заброшенной военной базе ракету класса «земля — космос» и долбанем по врагу? Да… очень смешно… Или свяжемся со станцией и попросим выпустить по научному кораблю пару ракет, потому что твердо уверены: там находятся плохие парни? С Ириной расслабляться нельзя: она видит и чувствует многое, и эта ее эмпатия чем-то сродни моему чувству опасности.

— Ну как же! — Я сделал удивленное лицо: надо было выкручиваться. — Во-первых, это лишнее косвенное доказательство присутствия среди нас «чужого». А вдруг Лайла или Аида — одна из бывших любовниц Джованни, которые решили ему отомстить за то, что он их бросил, а стихи — бред воспаленного воображения итальянца, который слишком много времени уделял глюкам? Это, конечно, маловероятно, но прямых доказательств разведигр у нас пока нет, кроме вашего мужа.

— Логично, — подтвердила Ирина, и на моей душе потеплело.

— Во-вторых, — продолжил я, — в городе я хочу прикупить аппаратуру спутникового слежения, чтобы ориентироваться, где в какой момент находится корабль, — это может косвенно предупредить о нападении.

— Вы очень предусмотрительный человек. — Ирина вновь смотрела на меня как-то по-особенному. — Таким и должен быть настоящий мужчина, как мне кажется.

Мне показалось, что моя довольная физиономия осветила марсианскую ночь на десятки метров вокруг: эта девушка заставляет меня соображать за считаные секунды! Даже моя мама не могла от меня добиться таких результатов!

— Я просто беспокоюсь о нас… в смысле, о группе… — Я начинал чувствовать себя неловко.

— Я понимаю, — кивнула Ирина, — это ваша работа.

— Нет, — вдруг сказал я, — это уже больше, чем просто моя работа…

— Вы имеете в виду, что никогда не сталкивались с такими происшествиями? — каким-то настороженным тоном спросила она.

— Я имею в виду, что никогда не сталкивался с такими странными гидами. — Я резко дал дромадеру шпоры.