Денис Ватутин – Легенда сумасшедшего (страница 16)
— Непохоже на нее. — Я задумался. — Когда мы с Сибиллой на кадавра напоролись, она въехала в ангар на верблюде, с бластером в руке, потом спешилась, потом ее стошнило… она не застегнула ножную кобуру… Надо проверить — у нее ли бластер…
— Не стала бы она, конечно, убивать, — вмешалась Сибилла, — да еще таким приметным оружием…
— Все равно она какая-то мутная. — Йорген сплюнул на пол и покосился на меня…
— То, что не все рассказывает, — это я согласен. — Я оглянулся на дверной проем холла. — Но если бы она была «кротом», это был бы самый корявый и непрофессиональный «крот» в галактике, а на Марс такого не прислали бы… Просто она как-то косвенно связана с этой историей…
— Да, Странный, похоже на то, — кивнула Сибилла, — но иногда необдуманные действия еще хуже злого умысла: ты ей нравишься — поговори с ней серьезно…
— Да… — Я затянулся сигаретой. — Поговорю, конечно, но человек сложный — вспугнуть легко…
— Ой, только давай без лирики… — начал было Йорген.
— Йорген, — спокойно сказал я, — давай пойдем и будем пытать всю группу, замкнув нагревательные элементы на стволы автоматов? А можно просто всех перестрелять или бросить здесь… Лирика тут если и есть — она нашему отряду угрожать не должна, я правильно излагаю, Охотник Йорген? Ты выбирал меня командиром, потому что не доверяешь мне?
— Ты не командир, а ведущий в группе… — огрызнулся тот. Йоргена бесило то, что он — урожденный марсианин, а им руководит пришлый с Земли умник.
— Да хоть папой римским меня назови! — Я пытался кричать шепотом. — Мы на добровольной основе вместе! Никто никого не держит! Хочешь — иди со мной, не хочешь — не иди!
— Хорош уже! — прошептала громко Сибилла. — Нам еще поругаться сейчас очень полезно: пусть туристы посмотрят, какие мы лохи по жизни, и вообще дисциплины не будет…
— Ладно… Согласен… — пробормотал Йорген. — Мне просто не нравится, как он с ней носится, с этой…
— Акмэ… я что-то тебя не поняла, наверное… — Сибилла опустила голову и глянула на Йоргена исподлобья.
— Все в порядке. — Йорген вновь сплюнул. — Все нормально, если командиру мозги подсказывают, а не член…
— Значит, все-таки «командиру»? — Сибилла хищно улыбнулась.
— Хватит, ребята! — вмешался я. — Вы помните, в какой мы заднице?
— Да… — Йорген рыкнул. — Хрен забудешь… итальяшка нас подвел…
— Не итальяшка, а крыса… — Сибилла взглянула на таймер. — Так… Что решаем?
— Сейчас вы с Йоргеном вход подержите, а мы с полковником у всех вещи перетрясем, — сказал я, — потому как баллончик этот армейский, может, еще чего из спецоборудования найдем: человечек-то подготовленный, однако… хотя вряд ли это поможет… но надо… проверить одну вещь…
— Ты что-то чувствуешь, Странный? — спросила Сибилла с тревогой.
— Чувствую, что расслабиться нам предстоит не скоро, а так вообще — нет… смутные идеи пока…
— Ладно… — Сибилла кивнула. — Надо туристов выпускать, а то они взбунтуются, и подстрекатель найдется…
— Да, Йорген, — я хлопнул себя по лбу, — и посмотри видеозапись с камер, хорошо?..
— Три, четыре, пять, я иду искать!!! — Со скрипом отворилась дверь второй комнаты слева, и оттуда с идиотской улыбкой на бледном веснушчатом лице показалась Аида Дронова. — Вы закончили?
Я молча буравил ее взглядом, а она продолжала разыгрывать радостную дурочку — непрошибаемая броня!
— Вообще-то, пани Дронова, — Сибилла поправила автомат на плече. — Охотники вас сами позвали бы…
— Вы и сказали: двадцать минут! — каким-то фальшиво-радостным голосом ответила та.
— Вот и хорошо, — ледяным тоном произнес я, — с вас и начнем.
— Что начнете?! — с легкой ноткой истерики произнесла она. — Пытать нас всех?
— Нет, — сказал я как можно сдержаннее. — Досматривать ваши личные вещи.
— Вы не имеете права! — Она отступила на шаг.
— Что?! — Йорген смачно сплюнул на пол. — Чего мы там не имеем?
— Спокойнее, Охотник Йорген, — сказал я уже мягко, — пани просто волнуется. Это естественно: ведь убили человека, члена нашей группы… правда, пани Аида?
— Делайте что хотите! — И она резко отступила в комнату, наткнувшись спиной на Аюми.
— А ты чего?! — воскликнула полячка.
— Я готова предостафить сфои вэщи, — тихо сказала Аюми.
— Вот и хорошо, — сказал я.
Двери начали с легким стоном приоткрываться, и оттуда выглядывали испуганные лица отдыхающих…
Из проема, в котором были Аюми и Аида, показалась Лайла — она была сама будто труп. Она медленно волокла свой рюкзак к столу в холле. Ирина резко подошла ко мне и взяла меня за рукав, глаза ее были темны.
— Его убили из моего бластера? — тихо спросила она.
— Ну, может, и не из вашего, — так же тихо ответил я. — А с чего вы взяли?
— По запаху. — Она внимательно посмотрела мне в глаза. — Запах горелого мяса… и потом… он у меня пропал… Я вчера, кажется, забыла застегнуть кобуру в ангаре… В общем, его теперь у меня нет… Вы будете подозревать меня?
— Ирина, — я также внимательно посмотрел на нее, — я не собираюсь подозревать вас ни в чем, просто вам придется мне рассказать все, что вы знаете и до сих пор не рассказали. Обещаю: это останется строго между нами…
— Хорошо, — она кивнула, — я поняла.
— Господин полковник, — позвал я, — мне нужна твоя помощь.
— Я готов! — тут же откликнулся он, выйдя из проема двери, в которой виднелась сгорбленная от ужаса фигура Криса, нервно покачивающаяся, вытянутая фигура Аурелиано, словно он проглотил маятник, и силуэт Азиза, который что-то бормотал, обхватив голову руками.
— Мы вынуждены с вами досмотреть вещи членов нашей группы на предмет подозрительного оборудования или иных элементов экипировки человека, который может оказаться агентом разведки какого-либо государства или организации, — произнес я официально. — Скорее всего, эта процедура нам не поможет, но мы обязаны сделать это в любом случае…
— И нижнее белье наше будете изучать? — Дронова начинала серьезно действовать мне на нервы…
— Охотник Сибилла проведет личный досмотр женщин нашей группы, — ответил я, стараясь следить за своим дыханием.
— Это же фетишизм, — неожиданно ляпнул Аурелиано, стоящий в дверях своей комнаты.
Я посмотрел на него как на ползущего по стене таракана, которого собираюсь прихлопнуть ботинком.
— Странные вам в голову приходят мысли, — ответил я ему, вскинув брови, — особенно учитывая, что произошло. Поверьте, нам это не доставляет ни малейшего удовольствия.
— Следите за своими разговорами и не мешайте Охотникам, — нахмурясь, сказал полковник.
— У нас теперь военный режим? — поинтересовался Аурелиано. Но его никто не услышал.
— Попрошу всех вернуться в свои комнаты, кроме пани Дроновой и, конечно, тебя, полковник. — Я подошел к столу.
Дронова подвинула свой рюкзак, и мы с полковником принялись за дело…
Чужой мир, чужие предметы — почти все они, согласно инструкции, сходны у всех, но с налетом характера… какой-то индивидуальности… Мне было неприятно трогать вещи Дроновой: она мне не нравилась, и эта индивидуальность мне мешала… Полковник быстро и, как мне показалось, умело прощупывал стенки рюкзака, осматривал карманы… Потом приступили к вещам Аюми — она была мне симпатична, но легче от этого не становилось: она — это она. Я с большим трудом сосредотачивался, заставляя себя вникать в суть предметов, их назначение, поиск каких-то отличий, скрытых швов, потайных карманов, фальшивых стенок, необычных рычажков, кнопочек, панелей… даже личные КПК я вскрывал с крышек и внимательно изучал. Потом заставлял владельца включать мини-компьютер и проверял программное обеспечение… Работа скучная, позорная и тупая… Краем глаза я следил за выражением лица человека, за его реакцией зрачков в тот момент, когда я беру ту или иную вещь. Изредка я косился на Йоргена с Сибиллой: не теряют ли они бдительности. Все шло гладко: отдыхающие, видно, все смекнули, что положение так себе и что среди них реально присутствует «чужой» — невидимый враг, безжалостный и коварный, хорошо обученный и хитрый, который использует всех в своих никому не понятных целях.
Ближе к концу я начал слегка нервничать, хотя и с самого начала догадывался, что ничего не найду, — агент не для того был подготовлен, чтобы его вычислили по тюбикам с ядом и набору черных очков в его рюкзаке. Обидно, но я даже слабо представлял, что ищу, — я искал что-то вроде куска проволоки для антенны или… Ну была же у него усыпляющая граната — это что, все спецоборудование, которое он нес с собой?
У меня появилось неприятное ощущение, что меня головой вытолкнули в темную комнату, где сидит маньяк с инфракрасными очками. Я представил, как один из здесь присутствующих смотрит на меня и злорадно в душе ухмыляется — ищи, мол, ищи, хрен чего ты найдешь, кишка тонка… твоя телепатия не сработает… я для тебя невидимка… воздух… тень… А ты, глупый и незадачливый инспектор, как в старинном фильме про Фантомаса… поймай призрака…
Внезапно мне действительно захотелось начать пытать всех по очереди, как еще недавно с юмором предлагал Йоргену, как сделал бы, наверное, отморозок Вальтер, его подельник, или паладины, или… Я вспомнил глаза нашего гида, большие, испуганные, и стиснул зубы: я тебя найду! Я найду этого оборотня! Только надо быть спокойным и внимательным… внимательным и спокойным…
У Криса я нашел серебряный портсигар, хотя Крис не курил, — он сказал, что это его талисман, который подарил ему отец. Внутри лежало несколько сигарет «Marlboro». Еще странной вещью мне показался освежитель воздуха. У Аюми — сплетенный из веревок и птичьих перьев индейский амулет для отпугивания злых духов и календарик с марсианскими пейзажами за текущий год. У Лайлы — томик Достоевского (я очень удивился и перелистал его на предмет скрытых контейнеров — вообще иметь с собой книгу было роскошью) и игровая приставка «Pioner». У Азиза — колода игральных порнографических карт и несколько коробочек с марихуаной (как он ее провез через космопорт?). У Дроновой, кроме вещей обычных, был этюдник с разноцветными бумажками и фольгой (для аппликаций), веревочки разных цветов и размеров, куча кнопок и зажимов для этюдника, бумажки с какими-то телефонами, заляпанные краской, и разные успокоительные таблетки. У Аурелиано — эзотерические брошюры секты «Последние Клирики», набор шприцов (сказал, что принимает лекарство, и предъявил какие-то ампулы с мутноватым раствором). У полковника было две бутылки шотландского виски «Колли» по ноль-семь литра. Когда подошла Ирина, я готов был провалиться сквозь бетонный пол. Я глупо развел руками и тут же подумал, что так выгляжу еще более по-идиотски. Кажется, я даже слегка покраснел.