Денис Ватутин – Красное Зеркало. Легенда вулкана (страница 43)

Понимаешь? А ты имеешь все качества настоящего воина – ты идешь до конца, но не настолько глуп, чтоб встать из окопа во весь рост, – просто смелым быть скучно, а главное – не полезно, и ты это понимаешь…

– Я знаю, что я очень классный парень, Дарби, давай без лирики, – промямлил я, постепенно приходя в себя. – Чего ты от меня хочешь?

– Ты тоже прагматик, Странный, и это нас сближает, – кивнула голова, уйдя подбородком в тумбу на добрый сантиметр. – Скажу тебе прямо: я хочу от тебя сотрудничества.

– А может, сделаешь меня своим садовником или шофером? – не удержался я. – Хотя лучше поваром: я люблю готовить!

– Значит, твой ответ – «нет»? – спросил Дарби, подавив зевок. – Прости: не сплю уже третьи сутки…

– А ты ожидал, что я захочу тебя обнять? – поинтересовался я.

– Значит, «нет», – вновь кивнул он. – Даже ценой жизни любимой женщины?

– Что с Ирой? – вырвалось у меня.

Я почувствовал холодок в животе, будто перед самым важным экзаменом в жизни.

– Ты знаешь, – Дарби добродушно прищурился, – из симпатии к вам обоим и в ущерб собственной безопасности я пока сохранил ей жизнь, но…

– Подожди, – перебил я, – где она?

– Поверни голову, – посоветовал Дарби.

Я попытался повертеть головой, но на ней было что-то надето, довольно тяжелое и неповоротливое. Наконец я смог разглядеть слева от себя такую же койку и уловить в бледном освещении неподвижный профиль Ирины.

– С ней все в порядке, – заверил Дарби. – Во-первых, биоэлектроскопирование еще не окончено, во-вторых, у меня вообще мало времени, технология свежая, и я не уверен, что все пройдет гладко… Я имею в виду, что это поможет мне на сто процентов попасть на базу. А в-третьих, ты бы мне тоже пригодился живым – у меня проблемы с кадрами, понимаешь?

– Что ты напялил мне на голову? – спросил я.

– Дамский чепчик с электронной начинкой! – хихикнула голограмма.

– А все педики любят переодевать натуралов в женскую одежду? – спросил я с интересом.

– Шутки у тебя плоские, Странный, а я тебе про то и толкую. – Дарби посерьезнел. – Вон тот малыш, с клювом, его зовут Айк, образец номер две тысячи сорок четыре, он – мощнейший телепат. Это он тебя блокировал, когда ты здесь появился. Ты не был готов, ты был растерян, а парень очень сильный, поэтому никто не пострадал в бессмысленном кровопролитии. Но вообще ты можешь ему противостоять, особенно если немного потренируешься. Так вот. С телепатами-то у нас хорошо, а с «антителепатами», или, как их называют, «универсалами», – из рук вон плохо: редкое свойство человеческого мозга, диапазон альфа-волны у таких…

– Подожди, поэтому я с глюками…

– Вообще, – в свою очередь перебил меня Дарби, – теоретически каждый может развить в себе способность универсала, мозг для этого приспособлен, но по какой-то причине не всем это дается – я решил тебя тоже просканировать, но исследованиями мне, как ты понимаешь, сейчас некогда заниматься. А хороший универсал может стать транслятором – это элита «Пантеона», понимаешь?

– Нет, – честно признался я.

– Ну не суть. – Дарби явно начинал торопиться. – Просто один из моих главных козырей перед Посейдоном в том, что я знаю, где находится вход на базу. В числе прочих серьезных препятствий, в частности биполярного ключа, носителем которого является Ирина, в охранной системе входа имеются мощные заградительные психотронные излучатели. Ты, пожалуй, единственный, кто у меня под рукой, мог бы их экранировать, а наши специалисты бы их отключили. Охрана там минимальная, понимаешь? Они не боятся никого, так как уверены, что…

– Ты обещаешь, что с Ириной ничего не случится? – спросил я.

– Ну насчет «ничего» я не могу сказать, – нахмурился Дарби. – Я могу дать гарантии, что от меня по отношению к вам не будет никаких негативных действий…

– А зачем тебе понадобился весь этот балаган со сканированием? – спросил я. – Мог бы просто украсть Ирину еще тогда, на вечеринке у Диего…

– Странный, ты задаешь так много вопросов, а у нас чертовски мало времени, – поморщилась голова. – Во-первых, ты не отходил от нее ни на шаг, во-вторых, Диего и Тэдди работали на Совет Четырех, в котором есть люди из «Пантеона», – украсть вас из города, не спровоцировав вашего бегства, было трудновато и рискованно, а тут и случай подвернулся с этим пузатым Тэдом. Предварю твой вопрос – да, Тэдди убил я, пока он меня не заказал. Вдруг ты бы согласился? А последний нюанс – у человека в состоянии резких отрицательных эмоций меняется узор и напряженность его биополей: если бы я сразу потащил Ирину на базу, а она упиралась – вряд ли бы у меня что-нибудь вышло. Таблетки в этом случае тоже небольшой помощник. Не знаю, как собирался обойти эту проблему Посейдон… В общем, решай быстрее… «Да» или «нет»…

– А выбор у меня разве есть?

– Выбор есть всегда, – отмахнулся Дарби, – даже если тебя съели, у тебя как минимум два выхода…

– Я согласен, – тяжело вздохнул я, – может, это все и к лучшему…

– Конечно, к лучшему. – Дарби, казалось, воспрянул духом. – Ты же помнишь, как эти добрые дяденьки натравили на вас взвод тяжелых танков? А бандиты на «Изумруде»? Это ведь не моя работа! Я не сделал бы все так топорно… Сейчас вас отпустят, только сканирование закончим…

И тут почти одновременно грянули два выстрела, зазвеневшие эхом в бетонной коробке подземелья. Двое часовых Дарби, как подкошенные, рухнули на пол. В призрачном свете я увидал изящный силуэт Лайлы с пистолетом в руках.

– Чего за хрень?! – завопила голова. – Лайла, ты чего творишь?! Мы как с тобой договаривались?!

– Никак мы с тобой не договаривались, пес поганый! – сказала Лайла ледяным тоном. – Ты предатель и подонок!

– Лайла, не будь дешевой дурой!

– Ладно уж, побуду, – сказала она сухо.

– Вся беда любых двойных агентов в том, что они рано или поздно становятся двойной мишенью! – зашипела голова.

– Сейчас ты, Дарби, десятерная мишень – цена за твою голову в эргах сравнима с мощностью небольшой электростанции…

Лайла легкой походкой подошла ко мне и стала отцеплять мои руки и ноги.

– Странный! – крикнул Дарби. – Ирину еще сорок минут отключать нельзя! Иначе твоя жена станет ходячим овощем! У нее сейчас самый глубокий скан! Убей эту сучку! Она работает на «Пантеон», на ренегатов!

– Не верь ему, Дэн, – мягко сказала Лайла. – Могу спорить на что угодно: он уже подготовил вам пару могил на Олимпе: как только вы станете не нужны – он без сожаления вас пристрелит, уж я его знаю…

– Странный, не слушай ее! – вопил Дарби. – Только я смогу вас защитить!

– Как ты меня достал! – Лайла развернулась и всадила в тумбу несколько пуль, отчего у меня в ушах зазвенело…

Но, как выяснилось, не только у меня: Лайла вдруг вскрикнула, уронила пистолет на пол и схватилась за голову – малыш Айк, свалившийся на пол со страху, встал на четвереньки и с ненавистью, не отрываясь, смотрел в нашу сторону, сжавшись словно зверь, приготовившийся прыгнуть…

Блестели в сиреневом полумраке роговицы его маленьких, почти звериных, глазок. А Лайла уже лежала на полу, корчась в судорогах и закрыв лицо руками.

Мой затылок тоже пронизала острая боль, и я схватился за край койки, почувствовав сильное головокружение. Лайла издавала какие-то хриплые и клокочущие звуки, явно пытаясь бороться с воздействием телепата, – из ее точеного изящного носа текла струйка крови, Лайла пыталась выпрямиться. В моих глазах сильно потемнело, и я вновь почувствовал тошноту, стараясь не отводить глаз от мутанта и войти в безмятежное состояние, которое необходимо при появлении глюка. Это получалось у меня скверно – было сложно абстрагироваться от боли и рефлекторной трясучки в теле.

– Дэн, пристрели его, – расслышал я сквозь хрип слова Лайлы. – Возьми… пистолет…

Ее Р228 лежал в полутора метрах от моих дрожащих ног… я опустил на него взгляд и… чуть не захлебнулся волной дурноты из собственного мозга… Вновь в одночасье напомнили о себе все ранения и ссадины – я понял, что нельзя сейчас отвлекаться, и поднял взгляд на малыша-мутанта.

Боковым зрением я уловил движение в нижней части мысленного экрана и тихий глухой стук об пол: это, кажется, упала Лайла. Теперь Айк глядел прямо мне в глаза – выражение его лица (или морды?) с насупленными бровями казалось грозным и одновременно отрешенным, будто он глядел не на меня, а на какую-то ядовитую каракатицу.

Опять резко кольнуло в черепе – я настолько ослаб и растерялся, тупо глядя в его глаза, что вдруг почувствовал, как боль стала утихать. Я понял – это правильный путь! Мышцы мои ослабли, я слегка облокотился на койку, даже челюсть моя отвисла, как у олигофрена. Я сфокусировал взгляд на мутанте, с каждой минутой мне становилось все лучше и спокойнее.

В глазах Айка я ощущал острую ненависть и колючий страх, шедший красноватыми нитями в мою сторону. Эти нити замыкались возле меня неким эллипсоидом, который окутывали два дымчатых бело-голубых потока, выходящих у меня откуда-то из височных долей.

Сперва дернулись сами собой мои руки, затем одна нога рефлекторно шаркнула по полу вперед – странное щекочущее состояние разливалось по моему телу. Словно зомби или какой-то клочок бумаги на ветру, я двинулся вперед, волоча ноги по полу. Интуитивно обогнув тело Лайлы, я двинулся вперед, не отрывая взгляда от птицемордого мутанта. Руки мои болтались, словно плети, ударяя меня по бедрам. Я продолжал медленно продвигаться к Айку, повторяя про себя: «Перестань, прекрати, остановись – я не причиню тебе вреда… нам всем нужен покой… мы все просто существа, которым не нужно никого убивать… перестань…»