Облетаю.
Тоскую.
* * * * * * *
Даже если никто не поймет —
говори: «жизнь – прекрасна».
Грусть прекрасна, светла печаль…
Обжигает ли душу лед,
солнце ли остужает праздно —
ты живешь вопреки всему.
и пустое уходит вдаль…
«Серпантином стели дорогу…»
Серпантином стели дорогу,
из небесной гирлянды – огни.
Что ж ты душу мне рвешь тревогой,
и меня в подлунье манишь?
я и так, тобой околдован,
заплутал в серебре снегов.
Только слышится песня снова
заклинанием от врагов…
на излете, издохе,
в сугробе я найду тебя…
добегу,
утонувши в твоей тревоге…
Жить мне лишь на твоем берегу.
«Скрипка пела…»
Скрипка пела,
её молитва в небеса птицей летела.
И в сердцах отзывалась битвой
меж Добром и Злом.
Скрипка пела…
«Снимаю кепку (сиречь, шлем)…»
Снимаю кепку (сиречь, шлем),
с души сорву коросту маски.
пытаюсь оставаться в сказке,
но отступаю – перед всем.
Усмешкой разною звеня,
живу от дома до конторы,
а море, степи или горы
опять других к себе манят.
Лишь книги, узкий круг друзей
и чья-то яркая улыбка
причастны к тайне снов и дней.
душа не спит – она как скрипка…
«отыграли…»
отыграли…
скрипку убрали в футляр —
не играть нынче музыку —
погода в минусе.
мерзнут руки, душа…
не создать даже «ля».
и бренчит, как гитара,
последний гривенник…
Полнолуние
Полнолуние травит душу,
солнце спит в стороне заката.
Ночь озвучивают – послушай! —
беспокойно-живые цикады.
Ах, какие звучат серенады!
По мирам бродишь ты подлунным,
за тобою спешат отраженья.
Искренность в зеркалах безумна,
подчиняясь законам движенья,
отстранения и приближенья…
Ты не спишь. Между сном и явью
ловишь чудо на лунный лучик.
