Денис Варфонум – Стрелец: Знамёна падших легионов (страница 41)

Продолжить разговор не получилось, ведь в этот самый момент со стороны городских ворот послышался протяжный гул. Мы резко обернулись в ту сторону. И тут меня будто током прошибло…

Всего за считанные секунды с неба упал неуправляемый огромный варракс. Дарлок Ужасающий лишился жизненной силы и теперь летел мёртвым грузом прямо на землю. Никто не успел бы ничего предпринять, уж слишком мало времени у нас было. За долю мгновенья варракс рухнул куда-то в той части города, и в воздух поднялся огромный столб дыма и пыли. Это могло значить только одно — Панкрат Варрадин мёртв.

Глава 20 Последствия, беседа с императором и раскол Зодиака

Провинция Аминкон

Султ

Городская Ратуша

Вечер того же дня

Имперский Лев с трудом стоял на ногах. По всему телу то и дело появлялись вспышки боли от полученных ранений, а смятая броня в некоторых местах жутко давила на кожу. Мужчина подошёл к своему столу и медленно, с трудом и хрипом снял с себя металлический шлем, выполненный в стиле его знака зодиака. Вместе с ним он снял и платиновую маску Льва, отбросив её на кровать. Хоть здесь он мог наконец походить без неё!

Император аккуратно прислонил ножны с мечом к стене, а сам открыл дверцу шкафа, нашёл глазами знакомую бутылку и взял её. Тут же отыскался и кубок, в который он налил дорогого вина. Галсидское ему всегда было по душе, а уж про леафримовое и говорить нечего. Только такой изысканный напиток мог сейчас помочь правителю расслабиться и перевести дух после минувшей битвы.

Затем, когда несколько кубков вина были опустошены, он снял с себя остальную броню. Местами это удавалось с трудом, ведь нагрудник оказался искривлён. Более того, в некоторых частях доспехи были испачканы кровью и непонятной чёрной жижей. Видимо от этих тварей, больше не от кого.

Переодевшись в простую домашнюю одежду, император подошёл к окну и сделал глубокий вдох. Сейчас он мог лицезреть последствия атаки Падшего Легиона на Султ. Более половины всех домов города представляли из себя дымящиеся руины. Отсюда были прекрасно видны и разрушенные ворота вместе с обвалившейся стеной, что прежде защищали город от вторжения. Сейчас же всей этой защиты жители лишились.

На улицах царил полнейший беспорядок. Вдобавок ко всему, чуть ли не через каждые два метра лежали трупы. Часть из них выглядела ещё относительно нормально, но вот некоторые — невозможно смотреть, не проявив никаких эмоций. Конечно, большую часть погибших составляли призывники и их твари, но зачастую взгляд цеплялся и за мертвых людей. Некоторые были в броне, некоторые полностью без неё, а кто-то не успел её на себя натянуть и погиб, сжимая шлем или нагрудник в руках. Жуткое зрелище, на которое даже не хотелось смотреть.

Но Лев понимал, что именно так выглядит война. Война, которая началась по теперь уже известно чей вине. Он пока не собирался сообщать Председательнице о найденом фрагменте, сделать это если что успеет в любой момент. Но для начала было бы неплохо полностью разобраться в ситуации. А с каждой новой мыслью возникало всё больше вопросов. Пока что он находился в смятении и даже, хм, растерянности?

Пожалуй именно так его текущее состояние и можно было описать. Придётся теперь уделить внимание этому вопросу и лучше не откладывать его в долгий ящик. Так что пришло время серьёзно поговорить с тем, кто раскрыл ему глаза. С тем, кого судьба Сетрадии заботит больше, чем даже самих правителей. Посмотрим, что Пётр Лаврентьев скажет ему сейчас, но правду Лев узнает любой ценой…

***

— ААЙ! Чёрт, что-ж так больно-то? — я не сумел сдержать внезапный вскрик.

— Да потерпи ты, — сжал зубы Джек, схватившись всей кистью за чёрный коготь, — мужчина ты или кто?

Ага, легко сказать… Это не ему же вонзили в плечо проклятый клинок.

Однако пришлось и самому стиснуть зубы, да терпеть. Другого варианта всё равно не было, а целительских артефактов в городе не хватало от слова совсем! Равно как и самих целителей, кстати говоря.

Пол мгновенья спустя раздался булькающий звук, и коготь буквально вылетел из моего плеча, разорвав ещё часть плоти. Меня обожгло огненной вспышкой боли, и я опять вскрикнул. Только в этот раз меня услышала наверняка вся ратуша.

— Ну вот и всё, чего ты боялся? — хмыкнул Джек, передав мне извлеченный элемент, — держи, это тебе на память.

Сказать бы ему, куда он может этот коготь засунуть, да правда не хотелось. Джек внушал мне определённое уважение и ни разу не дал повода сомневаться в нём. Даже сейчас только благодаря его грамотно выстроенной обороне и поставленным фланговым отрядам мы смогли сдержать атаку призывников и не допустить полного взятия города. Хотя, конечно, стоило упомянуть истинного героя битвы — того, кто пожертвовал собой ради жителей Султа.

Чуть позже, уже когда мы одержали победу, выяснилась чудовищная правда — эдл Панкрат Варрадин погиб при падении с высоты. Мёртвого Дарлока нашли в руинах какого-то дома. Там же оказалось и тело профессора. Досконально теперь неизвестно, что послужило причиной произошедшего, но скорее всего, как утверждает большинство – он выжал себя досуха в борьбе с призывниками. Именно это помогло убить большую часть из них благодаря мощи Дарлока, но привело к ужасным последствиям.

Даже сейчас я с большой грустью и даже какой-то внутренней злобой думал об этом, вспоминая профессора. Ещё один не последний для меня человек, которого я потерял в этом мире. И вроде как мы не успели с ним настолько сильно сдружиться, или наладить полноценное общение — но он многое сделал для меня и для моего расследования. Честно, я и сам не знал, почему его гибель так отразилась на мне. Но настроение было испорчено, даже несмотря на то, что я, Аделина, Гриша и Джек с императором выжили, хоть и тоже оказались изрядно потрёпаны.

Наверное, мне просто уже надоело терять близких людей. Я очень ценил и дорожил ими, несмотря на какие-то обиды или неприятные моменты. Может Варрадин и не был для меня настолько близким, но отчасти он погиб из-за Дарлока, который жрал просто уйму энергии. А всю эту затею с Драссазом и варраксом придумал именно я. Именно я втянул его в расследование и теперь сижу здесь, на лавке, злой и хмурый, как грозовое облако. Но по большей части мне было безумно грустно и печально.

Иногда ловлю себя на мысли, что этот мир меня начинает даже бесить. Выводит из себя своей опасностью, порой жестокостью и абсолютным непонимаем того, что тебя ждёт в нём дальше. Это мне даже сложно представить, что царило в средневековье на Земле, когда никакой магии и в помине не было. Здесь хоть есть слабое утешение в виде этого дара.

Я поднял взгляд на холл, где сейчас находились раненые. Джек, который выглядел свежачком, постоянно пытался чем-то помочь и то и дело, к кому-то подходил. Я же просто сидел, не в силах даже подняться. Хотя отчасти и мне хотелось тоже помочь ребятам. Они сражались достойно и храбро, это было видно невооружённым взглядом. Те же, кто выжил в битве и чувствовал себя более менее сносно, сейчас были на улице, где собирали трупов, забирали всё самое ценное, что только можно было найти и грузили в повозки.

Часть людей ушла в разведку, но даже без неё было очевидно, что через два-три дня Султ окончательно падёт. Мы больше не в силах оборонять его, да и как это сделать, когда город остался без ворот и стены? Все это прекрасно понимали, поэтому оставаться здесь никто не будет. Пока что ещё предстояло решить вопрос, куда отправиться, но это чуть позже.

Единственное, что хоть как-то меня ещё радовало, так это наше примирение с Аделиной. После битвы у нас было более, чем достаточно времени, чтобы всё детально обсудить. По сути дела она сильно-то и не обижалась на меня, но я понял, что в бой она рвётся сильнее, чем большинство местных мужиков. Просто мне надо уяснить для себя, что она такой человек, да и всё. Ну не похожа Крижанская на простую, беззащитную девушку. Что уж тут поделаешь, менять её как-то кардинально я не собираюсь, ведь отчасти мне это в ней даже нравилось, что греха таить. Вот такой у неё боевой характер, придётся признать.

Но всё же я рад, что не стал подвергать её лишний раз опасности, когда этого можно было избежать. Она и так после битвы сама получила ранение на поясе, плюс несколько достаточно глубоких ран на запястьях и даже на шее.

А вообще поймал себя на мысли, что испытываю чувство дежавю. Вот ровно то же самое происходило в Тайле после битвы. Те же раненые, за которыми ухаживают целители, та же мрачная обстановка, то же напряжение в воздухе. И второй раз я сижу с непонятным, но потенциально опасным ранением. Я глянул на свою ногу, которую ранили в Тайле и поморщился. Целители, конечно, сделали всё возможное для восстановления, но убрать иссиня-чёрный некрасивый шрам даже у них не получилось. В этом основная беда таких ранений, полученных от призывников. Уж не знаю, что это за проклятье такое, но оно закрепляется в аурном плане и навсегда остается на теле. Его распространение убрать можно, но вот полностью излечить ногу — нет. Тут же я понял, что подобные чёрные шрамы останутся у меня на плече и руках, которые тоже пострадали. А вот Аделине в этом плане повезло меньше — её след на шее будет крайне тяжело скрыть одеждой. Хотя она призналась, что даже не будет это делать.