Денис Тимофеев – S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 1 (страница 4)
Тишина. Может монстры ушли? Или это его бред, а снаружи сейчас всё нормально, люди продолжают спокойно жить? Лена, наверное, его обыскалась… Лена?! А если…?! Виктор глухо застонал. Мысль о девушке подстегнула его. Он дёрнулся было встать, но реальность растоптала его потуги. От резкой вспышки сильнейшей боли парень снова чуть не отключился, затошнило. Спустя только минут двадцать он смог встать на ноги. Виктор чувствовал себя очень плохо. Ещё через несколько минут, осторожно двигаясь, лишь бы не вызвать новую волну боли, добрался до двери. Найдя наощупь щеколду, стараясь действовать как можно тише, отщелкнул её и попытался открыть дверь. Не вышло. Парень навалился сильнее, но всё равно ничего не удавалось, будто с той стороны её чем-то подперли. Начала просыпаться паника. Толкнув дверь ещё несколько раз, Виктор добился лишь новой вспышки боли. Глухо застонав, сполз по двери на пол. Западня и он тут сдохнет. Когда боль чуть поутихла, Виктор разомкнул сжатые веки и поднял взгляд. На глаза попалось какое-то пятно, выделяющееся в темноте. Окно! Как он мог про него забыть?! И как же хорошо, что он не поставил решётку! Теперь только осталось вылезти. Учитывая своё состояние, это могло оказаться непосильной задачей. Но он должен, обязан выбраться из этой западни! Эта мысль настолько его захватила, что уже не думал о том шуме, который обязательно устроит. Раза с третьего удалось выбить стёкла, как ещё не порезался о посыпавшиеся осколки. Каждое движение давалось с трудом, сопровождалось новыми вспышками боли и Виктор подолгу отдыхал. Сушняк наваливался с новой силой. Вода давно закончилась, зря он тогда почти всю её выпил. Боль в голове снова начала усиливаться, проглоченные таблетки не помогали. И запах. Гарь и ещё что-то мерзкое, вызывающее тошноту, заполнило маленькое помещение кладовки.
Около получаса понадобилось Виктору, чтобы вылезти на улицу. Но это не принесло облегчения. Здесь воняло ещё больше. Густой запах гари, дерьма и крови вызвал настолько сильный рвотный позыв, а прибавить к этому ещё и адскую головную боль, что парень вновь отключился, скрючившись на взрытой когтями неведомых чудищ земле. Сколько он так пролежал, неизвестно. Может минуту, а может и несколько часов. Разлепив глаза и глухо подвывая от нестерпимой боли, Виктор перевернулся на спину и попытался подняться. Не вышло. Болью его прибило к земле. Перевернувшись снова на живот, кое-как привстал на локтях и попытался оглядеться. От отвратительного запаха тошнило, но парень всеми силами пытался сдержаться. На улице светало. Или вечерело, не понять, полумрак какой-то. Полностью сфокусировать зрение не выходило. В глазах всё плыло, поэтому и осознать весь тот ужас, что происходил здесь недавно, парень так и не смог. Может оно и к лучшему. Нужно вернуться в квартиру, пришла Виктору мысль, там есть и таблетки и вода.
Минут пять он полз к заборчику, решив, что опираясь на него, передвигаться будет легче. По пути вляпался во что-то склизкое, но не обратил внимания. Добравшись, наконец, до ограды, Виктор с превеликим усилием всё-таки смог принять сидячее положение и вновь оглядеться. Зрение всё так же плыло. В какую сторону ему ползти дальше? И сколько времени займет подъём на четвёртый этаж? Осилит ли он этот подъём вообще? Мысли путались, а разум всё норовил соскользнуть в спасительное забытьё. Просидев так ещё, наверное, минут десять, Виктор решил-таки двигаться, с улицы необходимо уйти. Через минуту Виктор поймал себя на мысли, что слышит какой-то шелест. Или ему кажется? Нет, звук явно исходил откуда-то со стороны, куда он и двигался. Снова стало страшно, дыхание перехватило, боль накатила с новым приступом тошноты. Виктор замер, молясь Богу, чтобы его не заметили и не тронули. Впереди, метрах в двадцати, из-за края дома показалось что-то большое и бесформенное. И шелест этот исходил от этого нечто. Понять, что именно видит, Виктор не мог, от страха и боли разум совсем затуманило. Вот эта чёрная масса остановилась. Шелест стал громче и к нему прибавилось потрескивание, будто человек щёлкает суставами на пальцах. Парень даже не пытался осмыслить происходящее, настолько его измучила эта боль. Где-то сверху вдруг послышался другой звук, похожий на быстрое перестукивание чего-то твёрдого и острого по тонкому металлу. А спустя секунду, тишину и ушные перепонки разорвал страшный визг, словно сотни циркулярок разом начали резать неподдающийся металл. Голову Виктора вновь затопил сильнейший приступ боли, он даже закричал в голос, хотя на самом деле раздалось лишь глухое сипение. Последнее, что он успел увидеть перед тем, как отключиться, стало тёмно-серое пятно, с громким хрустом упавшее на щелкающую чёрную массу.
"Неужели живой? Ещё и заразу поборол… хм… попробовать что ли еще раз?", подумал некто, пришедший спустя час после того, как серый скреббер убил чёрного и стоящий сейчас под раскидистой берёзой в центре разгромленного заражёнными двора. "Хорошо хоть этих чистильщиков не так много, иначе было бы худо". Но и они выполняли свою функцию. А вот что делать с человечком, да ещё и иммунным, который умудрился пережить при своём и так далеко не лучшем состоянии сражение двух монстров, незнакомец пока не решил. Что-то прикинув в мыслях и взвесив все за и против, обходя останки сожранных людей, он подошёл к трупу скреббера. Нахмурив густые с проседью брови, незнакомец хмыкнул и одним лёгким движением оторвал повреждённую пластину брони, закрывающую место, где под мощным мышечным каркасом располагался споровый мешок. Поморщившись от едкого кислого запаха, человек, по крайней мере на вид он был человеком, сделал короткое движение рукой и мышцы в месте раны с неприятным треском разошлись. Секунду спустя, с громким хлюпом наружу вывалился сморщенный, тёмного цвета и весь в вязкой слизи неровный шар, размером с арбуз. Незнакомец сильно надавил на него ногой в сапоге и он лопнул. Так же ногой он разрыхлил вывалившуюся белую массу и увидел четыре белых шарика. Снова хмыкнув, человек взглянул в сторону лежащего на земле у ограды Виктора. "Точно… жив ещё… что ж… может хоть на этот раз толк выйдет… если не сгинешь тут сызначала", подумал он, чуть сощурившись и пристально смотря на зашевелившегося парня. Кивнув себе, словно закончил какое-то дело, незнакомец спустя несколько секунд тихо произнёс – "ещё свидимся, может быть… бывай", и бодрым шагом покинул это место.
Виктор всего этого не видел, он пытался прийти в себя. Страшная боль в голове, казалось, только усилилась. Он пошевелился. Открыть глаза получилось с трудом и не сразу. Снова увидел ту чёрную массу. Что это? Нужно обязательно узнать. Эта навязчивая мысль, как факел, разгоняла болезненную темноту, куда стремилось провалиться сознание Виктора. И он пополз.
Сколько времени прошло, прежде чем, наконец, удалось доползти до жутко смердящей туши чудища, парень не знал, но казалось, что очень долго. Его взгляд притягивали четыре белых шарика, поразительно чётко видимые на остальном, размытом в воспалённом взгляде фоне. Виктор протянул к ним руку и по одному съел, полностью уверенный, что именно так и нужно сделать. Почему? Виктор даже не думал об этом и через минуту провалился в безмятежное забытьё, где совсем не ощущалось той боли, что начала рвать и крючить и без того измученное тело…
Глава 1
За последующие полтора года в Гвардейском практически ничего не изменилось. Менялись лишь люди. Приходили новые, кто-то из старых либо уходил, либо погибал. В Отряде тоже менялись люди. Из "стареньких" погиб Атлас, основной сенс и ещё несколько отличных парней. Нарвались, как это всегда и бывает у трейсеров. Самое глупое, нарвались не в рейде, а возвращаясь из "Шестерки" с новенькими. Из тридцати человек выжили чуть больше десяти, включая Винта. Но и его подрали сильно, держался только на спеке. Сойка, конечно, снова сотворила чудо, но вот душу её Дар не лечил.
Нюхач и Веда решились-таки завести ребёнка и сейчас у них росла полугодовалая дочурка. Назвали Настей. Кондор и Крикливая тоже всё обещали, но пока не сподобились. Мятный так и ходил в бобылях, ни с кем не сойдясь. У Баса вроде и появилась дама сердца, но он каким-то образом умудрялся скрывать её. Непонятно, правда, зачем, но теребить его с этим никто не собирался, их заморочки, а друзья лишь посмеивались по-дружески.
Димка за эти полтора года ещё больше окреп и конечно же обогнал остальных детей. Сейчас ему было больше десяти лет, если пересчитывать на нормальный человеческий возраст. Ему даже завидовали, остальные дети решили, что у него такой Дар. А Диме с ними уже стало не интересно. И он погрузился в обучение с головой. Всё же ему не давало покоя то, что у него так и не проявились Дары и он хотел стать лучшим в остальном, быть умнее всех, лучше всех стрелять и драться. Отчасти поэтому мальчик стал немного замкнутым. С малышней не интересно, а со взрослыми полноценно общаться ещё очень рано. Горец и Сойка, да и остальные друзья всячески пытались выправить это. Отдельное спасибо Лидии, единственному школьному учителю в стабе, она привила любовь к книгам. И маленький Дима, не по годам уже серьёзный, часто зачитывался, пытаясь представить себе "ту" жизнь. Ведь для него это настоящая фантастика, он-то родился здесь, в Улье. Дима влюбился в детективы и вестерны. Фантастические книги он не особо понимал, ведь жизнь вокруг и так была фантастической, тех же квазов возьми. Разве что про космос очень любил почитать, вот это точно недостижимо, ни здесь, ни "там". Конечно, Дима не всё понимал и многие вещи родителям приходилось объяснять.