Денис Тимофеев – Человек из Пекла. Книга 2. Часть 1 (страница 59)

Иной ещё летел над котлованом, когда Виктор собрал все оставшиеся силы в кулак и выплеснул их в тварь "ударом". Голову пробило болью и ноги от этого подкосились. Через мгновение раздался страшный треск и тварь, лишившись нескольких щупалец исчезла за краем котлована. А Виктор рухнул в бессилии на асфальт. Кое-как добравшись трясущейся здоровой рукой до кармашка, он вытянул бусину и сунул её в рот, на языке ощущался железный вкус, а в горло затекала собственная кровь.

Он лежал на спине и ждал, когда тварь нанесёт последний удар. Сил осталось только чтобы дышать. Раненая рука уже даже не болела, может быть мозг просто отказывался ощущать боль. Из котлована, как через вату, слышалась какая-то возня и редкие удары. Ну же, думал Виктор, но Иной всё не появлялся. Спустя, наверное, минуту, кое-как перевернулся на бок и тяжело встал сначала на колени, а затем и на ноги, превозмогая адскую боль в руке, да и вообще, во всём теле. Казалось, его долго били и тыкали чем-то острым. Спотыкаясь, Виктор подошёл к краю котлована. А через секунду упал на колени и согнулся в кашляющем, со сгустками крови, смехе. Истерика, облегчение, боль, удивление, радость, всё это смешалось в неудержимом хохоте. Иной, получив "ударом" в самое своё незащищенное место, свалился в котлован, ещё и насадил себя на торчащие шипами из тумбы фундамента толстые арматурины. И как Иной ни пытался, но снять себя с них не получалось. Даже колоссальная сила сейчас играла против него, тварь только разрывала себя сама. Бесполезно колотила щупальцами, вдребезги раскалывая бетонную монолитную плиту. В какой-то момент Иному даже удалось раскрошить под собой и бетон тумбы, но ворочаясь, он только сильнее себя насаживал на толстые прутья, нанося ещё больше внутренних повреждений. И его сознание начало понемногу угасать, вместе с обильно вытекающей из ран вязкой, воняющей кислятиной кровью…

Иной подыхал долго. Виктор, отсмеявшись и немного придя в себя, ещё, наверное, пол часа наблюдал, как извиваются оставшиеся целыми щупальца. Последним "ударом" ему удалось-таки поразить Иного. Когда надоело наблюдать за агонизирующей тварью, решил вернуться в убежище, рассудив, что если Иной за это время не смог выбраться из ловушки, в которой оказался, значит и не выберется больше. Следовательно, никуда не денется. А вот самому Виктору нужно привести себя в порядок. В голове уже более-менее прояснилось и избитое и израненное тело всё же начало слушаться. К убежищу добрался только часа через полтора, часто останавливаясь передохнуть, выложился всё-таки на тысячу процентов сегодня, особенно в цехе.

Кое-как стянув себя одежду, Виктор ужаснулся, на теле живого места не осталось! Раненая рука выглядела просто ужасно. И похоже, действовать ей больше не суждено. Вот это было совсем печально, руки Виктору нужны обе. Он даже повыл на судьбу-злодейку. Хотя, нарвался сам, чего тут теперь жаловаться, будет приспосабливаться к "однорукому" образу жизни…

Пока обмылся, обработал раны и перевязался, сознание терял раза три от боли, даже ещё одну бусину съел. Затем и приготовил поесть, умяв весь свой запас, шесть банок тушёнки, лапшу и галеты. Но голод практически не отпустил. Вода тоже закончилась, хоть и притащил вчера с соседнего осколка две пятилитровки. В конце концов, Виктора одолел сон и улёгшись в спальник, моментально вырубился.

К мёртвому уже Иному Виктор вернулся только через два дня. В первый день он провалялся в лихорадке, очень боясь, что умрёт от раны на руке, хотя та уже начала затягиваться и конечность даже не распухла, как ожидал парень. Но какой-то воспалительный процесс всё равно шёл и не дал Виктору полноценно двигаться весь день, лишь в туалет выползал. Жажда с голодом нещадно терзали организм. Ночь тоже прошла в полубреду, а с утра он почувствовал себя уже лучше. Общая слабость в теле, рука так и не слушается. Ну точно, думал Виктор, инвалидом остался, а здесь это смерти подобно. Но, жив пока и поборется ещё. Проглотив бусину и доев оставшиеся пару шоколадных батончиков, ближе к обеду сделал вылазку на соседний осколок, пополнить запасы. И до конца дня, ослабший уже в конец, но всё-таки натаскал и воды и еды. Даже небольшую стаю, во главе с "топтуном", по парковке во дворе жилых домов "разбросал".

В итоге, ближе к ночи, вымылся и снова съел всё, что принёс. Аппетит возрос многократно, может ещё от того, что тело восстанавливалось ударными темпами и без подпитки извне, сжигало само себя. Рана на ноге полностью к тому времени исчезла, оставив после себя лишь розоватый шрам. А вот с рукой всё плохо. Три пальца не двигались, застыв в одном положении, а остальные, хоть и работали, но не так. Плюс в локте рука практически не сгибалась и плохо поднималась в плече. Да и довольно больно всё ещё было.

На третий день Виктор чувствовал себя уже намного лучше и решил проведать Иного. Как и ожидал, тварь издохла и воняла так, что приступ дурноты прихватил ещё на подходе к котловану. Минут десять потребовалось, чтобы более-менее привыкнуть к этому кисло-тухлому запаху. А подойдя к самому краю ямы, понял, что нужно идти за водой и ещё одним комплектом одежды. Где искать в этой твари белые бусины, Виктор не понимал абсолютно. Иной разбросал свои щупальца в разные стороны, половина из них переплелись, ещё с десяток валялись на самом теле, оплетая перегнутую арматуру. Иной практически "снял" себя с железных прутьев. Но, видимо, раны всё-таки оказались слишком обширные и серьёзные. Виктор вздохнул и направился обратно к убежищу.

К разделке твари он приступил только спустя час и провозился до самого вечера. Сначала кое-как разгреб с тела монстра щупальца, даже кинетикой пришлось пользоваться. Шкура Иного оказалась очень тугой на порез, да ещё и покрыта небольшими, пять-десять сантиметров, броне-бляшками, на которых даже "супернож" не оставлял царапин. И вообще, Виктор осознал, насколько же повезло с этой тварью. Будь она покрыта броней полностью, хрен бы удалось её пробить, а так, получалось, что металлические уголки, куски труб, что он запускал в тварь, втыкались между этих бляшек. И то, не всегда.

По аналогии с другими монстрами, Виктор искал нечто вроде мешка, похожего на две соединённые чесночные дольки. Но у Иного, орган, содержащий в себе бусины, оказался больше похож на сливу, только тёмно-серый и размером с большой арбуз. К моменту, когда нашлось это образование, парень раскурочил тело твари так, словно внутри фугас взорвался. Испачкался соответственно. В какой-то момент Виктор и вовсе перестал обращать внимание на грязную и вонючую слизь, переплетение кишок и других органов, уже лишь бы найти эти долбаные бусины.

Пять штук. Пять заветных белых шариков нашлось в этой твари. Виктор отошёл от тела Иного и устало уселся на песок склона котлована. Измазанный, вонючий, уставший и злой. Но при виде бусин, будто даже и лучше стало. Они манили. Ждать "первой звезды" не стал, проглотил одну сразу. Эффект оказался в разы сильнее, чем даже от красной бусины и Виктор, сунув остальные в карман штанов, откинулся на спину, пережидая горячую волну с лёгким приступом кайфа. И не заметил, как уснул.

Очнулся резко. На улице стояла ночь, темно, хоть глаз коли. Ощущал себя Виктор, как ни странно, прекрасно и даже не сразу обратил внимание, что раненая рука совсем не доставляет неудобств. Подвигал ей, встал, прошёлся, присел, подпрыгнул, снова прошёлся, правда, в темноте споткнулся о щупальце и рухнул в лужу слизи, вперемежку с мелкими осколками бетона. И его прорвало на ржач. Он хохотал, как сумасшедший, пока не скрутило приступом кашля от нехватки воздуха в лёгких. Поднявшись на ноги, Виктор огляделся, хотя это оказалось бесполезно. Как и без толку пытаться сейчас искать дорогу в убежище. Поэтому решил остаток ночи провести здесь. К вони он уже притерпелся, так что не мешало. Осторожно добравшись до насыпи, улёгся на холодный песок и за раздумьями о дальнейшем, снова задремал.

Как Виктор и думал, новые способности появлялись исключительно после приёма белой бусины. На второй день он с удивлением для себя отметил, что может "видеть" свою энергетику и даже влиять на неё. Конечно, это слишком простая аналогия, но проще объяснить для себя Виктор это так и не смог, способность оказалась частично "завязана" на эмпатии и ощущениях. Принимая, например, чёрную бусину, мог теперь "распределять" энергию, хотя от чёрных как раз в этом толку немного. А вот с красной оказалось интереснее. Виктору удалось направить "волну" тепла более тонко, в равной степени распределяя по нужным "направлениям", которые, как рассудил и были его способностями. Пять "направлений", пять способностей. Пусть и с "потерями", что-то ушло "мимо", но удалось.

Тело ко второму дню после принятия первой белой бусины, полностью пришло в норму и это несказанно обрадовало Виктора. Правда, остался шрам на руке. Кривой, с рваными краями и очень некрасивый. Но двигаться совсем не мешал и кожу не стягивал, это главное. Да и кому, кроме самого Виктора смотреть на него? От других ран шрамов не осталось вовсе. Осколок в бедро, например, парень точно и не вспомнит уже, куда именно воткнулся. С принятием остальных бусин, Виктор решил повременить, так как ощущал, что ещё не всё "впиталось" от первой. Перегружать себя лишней энергией не хотелось, зачем рисковать лишний раз?