Денис Тесновец – Асфера – Перепутье миров (страница 25)

– Не сжимай ты так кулак, а то повредишь растение и не дашь ему вырасти. – советовал мудрый эльф, не забывая о своих профессорских обязанностях. – И хорошо запомни этот способ, им можно воспользоваться и для выведения ядов и других токсинов.

Наконец показался стебелёк тёмно-зелёного цвета, потом стали появляться листья, чем-то похожие на кленовые, только мохнатые, словно покрытые бахромой. Спустя пару минут из руки девушки вырос пышный зелёный куст. Из центрального стебля стала образовываться завязь. Состояние девушки улучшалось вместе с ростом растения. Когда созревший бутон раскрылся, взору Мелисы предстал прекрасный цветок перламутрового цвета. Он провисел всего пару секунд, лепестки опали, и из центра бутона стала расти конусообразная капсула, заполняющаяся излишками вытянутой жидкости. Вскоре растение стало увядать, к тому моменту, когда цветок засох окончательно, капсула выросла до размеров среднего корнишона. Сильфейн подошёл к девушке и, ухватив сухое растение у основания, резко дёрнул. Мелиса вскрикнула от резкой боли, когда шесть тоненьких корней вырвались из её ладони. Старый эльф сорвал капсулу, затвердевшую словно стекло, и убрал в холщовый мешочек на поясе. Раскрошив завязь, он достал три семечки спиртомуса.

– Ого, целых три! Ну, вы даёте, госпожа Мелиса, что же за пакость вы вчера пили, – усмехнулся старый эльф. – Вот возьми семя молочной лозы, как её растить ты знаешь, да и как использовать тоже. Тебе нужно восстановить силы и наполнить чем ни будь питательным желудок. Не смотри на меня так, можешь воспользоваться горшком с землёй, который на окне, цветы в них все равно умерли.

Девушка стёрла несколько капель крови с ладони, откуда выдернули корни спиртомуса. Взяв зёрнышко, она воткнула его в землю в горшке и, обхватив его ладонями, концентрировалась на семечке. После того как спиртомус удалил все вредные вещества из организма, девушка чувствовала себя гораздо лучше, похмелье ушло, головная боль утихла, но не ушла полностью. Зато из-за опустевшего желудка появился сильный голод. Из горшка показался стебелёк, похожий на маленький бамбук, чем на лозу, когда он вырос сантиметров тридцать длиной, Мелиса обломала макушку. Из стебля медленно потёк белый сок, девушка припала губами к стеблю, словно трубочке коктейля. Принцесса вновь стала концентрироваться на росте лозы, вскоре молочко потекло быстрее. Насытившись, девушка поставила цветочный горшок на место и снова завалилась на кровать.

С грохотом в комнату ворвался Пётр. – А, гляжу наша соня уже проснулась. Голова не болит? Шишка большая?

Принцесса недоумевающе посмотрела на оборотня и, не отрывая от него взгляда, с удивлением нащупала на затылке крупную шишку.

– У меня есть новости, правда не знаю хорошие или плохие. – продолжил Пётр. – В общем Тису я пока не нашёл, они как сквозь землю провалились. Даже мой нюх мне не помог. А вот про похитителей сферы я разузнал. Наш старый знакомый орк уже пошёл на корм свиньям и помог отойти ему и ещё нескольким неизвестным мне личностям в мир иной некий незнакомец. Описание этого незнакомца подходят под образ спасителя Тисы. Среди запахов в харчевне где был убит орк, был знакомый запах, я предполагаю это тоже незнакомец, с которым ушла наша обольстительница. Поэтому я думаю, есть вероятность, что когда найдём Тису, то найдём и сферу. – на лице оборотня читался явный азарт. – Так, что пора на охоту!

Оборотень вновь отправился на охоту за парочкой, а Сильфейн с Мелисой решили подождать оборотня в небольшой роще на окраине леса. Спустя какое-то время Петруха все же сумел поймать запаховый след суккуба. Оборотень быстро шёл по следу своей цели, следы петляли по улочкам и подворотням. Но теперь Петруха шёл по чёткому следу, незнакомец побывал возле домика охотника, который своевременно покинули его товарищи. Пётр хорошо оценил способности парня к выслеживанию. След хорошо читался, и запах был довольно чёткий, незнакомец весь пропах суккубом. Оборотень также почуял кровь суккуба, и это его насторожило. Он знал, что если девушка переборщит с очарованием, её жертва станет одержимой и выйдет из-под контроля, став смертельно опасной для неё самой. А зная, на что способен незнакомец, Пётр не на шутку разволновался, это ещё больше подхлестнуло его к поиску парочки.

Парочка плелась по центральной торговой улице, где вовсю шла торговля. Тиса прижимала к груди аккуратно перевязанную ладонь.

– Я не пойму, как тебя так угораздило, – качая головой, ухмыльнулся Тихон. – На ровном месте, так вспороть руку.

– Ну, знаешь, там гвоздь был, – оправдывалась суккуб, – я его не заметила. Тем более крови не много было.

– Не много? – удивился Тихон. – Да из тебя полилось как из ведра, вон еле остановили.

Заслышав знакомый звук удара молота о раскалённый металл, юноша направился к его источнику. Пройдя несколько лавок, парочка вышла к небольшой кузнице. На вывеске красовались молот, наковальня и меч, что давало понять, что тут куют не гвозди.

– Давай зайдём, – предложил Тихон, – мне нужно обновить своё оружие.

Тихон приоткрыл дверь лавки. Обжигающий жар ударил в лицо. Тиса отступила назад, помотав головой.

– Нет уж, я туда не пойду, – заявила суккуб. – Там слишком жарко. Не хочу пересушить и тем самым испортить кожу ещё сильнее.

Тихон удивлённо посмотрел на демона боящегося жара, но не стал ничего говорить, так, как и суккубов, он раньше тоже не встречал. Юноша отстегнул ножны с оставшимся кинжалом и протянул его Тисе.

– Вот держи, пусть на всякий случай будет у тебя. – Тихон кивком указал на кнут все ещё висящий на её поясе. – Этого может не хватить.

– Ты надолго? – поинтересовалась Тиса, расстёгивая ремень, чтобы повесить на него оружие.

Тихон пожал плечами. – Точно не знаю. Но лучше подожди меня вон у той конюшни. Потом возьмём там лошадей, без них в путешествии никак. А пока можешь зайти в булочную.

Отправив Тису в булочную, Тихон наконец зашёл в кузню. Первое помещение было похоже на торговую лавку, разве что все полки пустовали, а продавца нигде не было видно. Из дверного проёма, закрытого плотной тканью, доносились удары молота и веяло жаром. Тихон отодвинул полотно и шагнул в дверной проём. В комнате было темно. Среди общей тьмы горело лишь раскалённая заготовка на едва заметной наковальне. При ударе молота разлетались снопы искр, слегка разгоняющих окружающую тьму. В эти моменты можно было разглядеть очертания кузнеца. За наковальней стоял ящеролюд. При каждой вспышке чешуйки на его теле поблёскивали, словно множество драгоценных камней. Когда заготовка стала остывать, ящеролюд громко втянул воздух через ноздри. Его грудь, где кожа была тоньше, а чешуйки меньше и мягче, начала светиться изнутри. На голове ящера загорелись гребни, чем-то похожие на жабры у рыб. Ящер стал медленно выдыхать. Из его пасти вырвалось пламя, на мгновение осветив мастерскую. Затем помещение снова погрузилось во тьму, освещаемое лишь ярко горящим раскалённым металлом. Глаза Тихона пытались подстроиться к темноте, но яркие вспышки тут же ослепляли его. Наконец кузнец заметил постороннего. Ящер ткнул раскалённой заготовкой в жёлоб у стены. Жидкость тут же загорелась. Пламя, словно змей, побежало вдоль стены по жёлобу, наполняя комнату светом.

– Зачем, тут? – общий язык видимо давался ящеру с трудом.

– Купить оружие. – Тихон старался говорить, как можно проще, на случай если ящер понимает язык так же плохо, как и говорит на нем.

– Дорого! – раздражённо буркнул ящер.

– Я платить дорого, – кивнул юноша. – Сколько ждать меч?

– Просить, дорого. Ждать два петуха. – все так же ворчливо прорычал кузнец.

– Два дня долго. Я могу заплатить больше, если сделаешь быстрее.

Ящер помотал головой и вновь повторил своё предложение.

– Тогда может я возьму что-то из уже готового? – в надежде поинтересовался Тихон, вспоминая пустые полки.

– Делать плохо. Не продавать, – мотал головой ящеролюд, – мусор.

Ящер поднял руку с молотом и указал на дальний угол. В углу стояла бочка, битком забитая готовым оружием, забракованным своим создателем. Тихон не спеша подошёл к бочке и стал поочерёдно осматривать забракованные экземпляры. Тихон слышал, что ящеролюды очень требовательны к себе и тому, что они делают. Практически любой клинок, что он доставал из бочки, в любой другой лавке стоял бы на самом видном месте. Гномы и дварфы были неоспоримыми мастерами в зачарованном оружии и всегда работали с материалами высочайшего качества. Однако такого качества плавки и закалки он ещё никогда не видел. Это было лучшее сырьё, что можно было достать в этом захолустье. Тихон готов был поставить голову на отсечение, что почти любой клинок из этой бочки окажется прочнее большинства клинков, что встречались ему в этом мире.

– Сколько? – поинтересовался Тихон, выбрав пару заготовок будущих искривлённых клинков, необычной формы.

– Мусор. – фыркнул кузнец.

– Тогда я оплачу тебе сырье и время. – Тихон отсчитал тридцать монет и поставил их тремя башенками на полку чтобы хозяину было видно сколько он оставил.

– Не говорить, кто сделал мусор. – почти жалобно попросил ящер и ткнул небольшую подпорку держащую крышку жёлоба. Раздался хлопок и комната вновь погрузилась во мрак.