Денис Старый – Сперанский 4. Коалиция (страница 4)

Накрапывал раздражающий холодный дождь и стояла такая влажность воздуха, такая сырость, казалось, что все вокруг промокло . Наступать. Только наступать, иначе, простояв недели две при такой погоде, можно сточить армию санитарными потерями.

– Генерал, Неаполитанская армия пришла в движение. Часть семидесятитысячного войска подошло к Гаэте и концентрируется там. Обозы неприятеля растянуты. Частью неприятель встал в Сарно. В порту Гаэты стоят только два линейных неаполитанских корабля и три фрегата. По численности противника прилагаю бумаги, – докладывал офицер.

– Кто у неаполитанцев осуществляет общее командование? – спросил генерал.

– Командует Джон Френсис Актон, но это пока не подойдет Карл Мак, – доложили генералу, который задал вопрос скорее всего самому себе, так как знал о Актоне и Маке.

Бертье встал и подошел к зеркалу, которое стояло в углу большого шатра. Генерал хотел славы, но еще больше он хотел решить задачу и не допустить того, чтобы французские революционные войска в предстоящей тяжелой войне подвергались ударам со всех сторон. Сейчас все так хорошо идет: швейцарские кантоны один за одним провозглашают республики и туда заходят французские войска. То сопротивление, которое еще кто-то оказывает, не влияет на ход событий. Уже скоро может сложится мощнейшая группировка европейских республик под главенством Франции.

От него, Бертье, так же ждут побед. Луи Александер вспомнил, как он еще не так давно был начальником штаба при генерале Бонапарте и как решительно действовал этот корсиканец. Такой момент, как сложился сейчас, он бы точно не упустил.

– У нас всего пятнадцать тысяч солдат? – не оборачиваясь спросил дивизионный генерал Бертье.

Штабной офицер привел точные цифры. Они оказались на шестьдесят солдат меньше, чем еще вчера. Пусть Италия и теплая страна, но февраль и тут не самый благоприятный для здоровья месяц. Вообще воевать нужно было бы по весне, но время поджимает. Тогда нужно воевать еще быстрее, чтобы иметь возможность размещать солдат в городах и в теплых помещениях.

– Срочно свяжитесь с адмиралом де Эгалье. Мне нужен весь его флот. В Гаэте. Фельдмаршал Мак достойный противник, а вот Актон, нет. Мы принудим его к быстрой сдаче и ослабим неаполитанцев. И посылайте вести всем тем, кто ждет справедливой республики. Революция идет в деспотичный Неаполь! – сказал генерал и принялся выстраивать план операции побатальонно.

Задача достаточно проста – быстрый марш к Гаэте, предложение о сдаче и, если трусливый любовник неаполитанской королевы, этот англичанин-авантюрист Актон, все же решит проявить стойкость, то французские войска пойдут на решительный штурм. Тем более, что блокада города и его массированная бомбардировка быстро вразумят Актона. А после следует перерезать коммуникации неаполитанским войскам.

– Гражданин командующий, – обратился штабной офицер, выводя Бертье из раздумий. – Есть еще обстоятельства. В армии неприятеля брожения. В день к нам перебегают более ста солдат и офицеров. Король Фердинанд приказал бороться с дезертирами жестко и наказывать еще и офицеров, чьи солдаты отказываются воевать [одна из причин поражений неаполитанской армии в РИ].

– Если русский флот нам не станет мешать, то уже скоро я буду обедать в Неаполе, – сказал Луи Александер Бертье, радуясь обстоятельствам.

Семидесяти тысячная армия Неаполитанского королевства вчера казалась сильным соперником, который потребует усиления французской группировки войск в Центральной Италии. Но сегодня Бертье уверился, что он и своим небольшим корпусом принесет победу Франции. И тогда, может так быть, именно к нему придет подкрепление из Марселя из числа того корпуса Бонапарта, что готовился покорять Египет.

*..............*...............*

Вена

15 апреля 1798 года

В конце февраля массы русских войск двинулись в сторону Священной Римской империи. Давненько русские солдаты не топтали землю в этих краях. А топтали раньше? В Семилетнюю войну где-то тут прохаживались русские витязи, ну или на верст триста севернее. Не столь важно, где именно земля германская протоптана русскими солдатами, или сдобрена их кровью.

Нужно помнить о том, что уже как полвека русские, или же при помощи русских, решаются многие проблемы в Европе. А что русскому солдаты? Ему бы мир посмотреть. В Берлине, вот, бывали на экскурсии, когда город откупился миллионами талеров, чтобы только дикие варвары не стали грабить город. Дикие варвары тогда не стали грабить, а вот “цивилизационные” австрийцы, прискакав вслед, вынесли из Берлина все, что только успели за пару дней.

И вот зовет Европа русского человека вновь прикрыть своей “дикой” грудью “цивилизационную” австрийскую задницу. И прибывают русские и готовы это сделать, но есть небольшой нюанс. В этот раз некоторые из русских попробуют еще и подзаработать сколько-то денег, скорее всего, много.

– Все готово? – спросил я Ложкаря, когда мы прибыли в австрийский город Краков.

Именно так, этот маленький городок, пусть и с тысячелетней историей, нынче принадлежит Австрии. Тут проживает меньше десяти тысяч человек, тогда как, как триста лет назад было в десять раз больше краковян, или как еще называть жителей Кракова. Австрия и Пруссия захапали в ходе разделов Речи Посполитой богатейшие земли, где не разговаривают на немецком языке, это истинно славянские территории. Но при этом именно Россия уже называется агрессором и дикой страной, так как забрала себе белорусские земли и Литву. Ничего не ново под луной.

Правда, я не стал бы считать, что именно к русским у европейцев есть претензии именно к русскими или недружелюбие, нет. Это элементарная правда жизни и политики. Если кто-то становится слишком сильным, то чуть слабейшие всеми силами пытаются скинуть сильнейшего. Такая себе историческая игра в “Царь Горы”. И представим себе, что кто-то стал столь сильным, что победить его или сложно, или невозможно. Будет ли справедливость и дружба в отношении этого сильнейшего? Искренне, нет. Притворно, да.

И нам предстояло полной грудью вдохнуть венского воздуха притворства. Даже в Кракове чиновники старались задобрить, помочь. А что для нас наиглавнейшее, что на границе нам никто не стал проверять и сейчас никто не требует пошлины. А в Краков вошло около семисот различных повозок, прежде всего фургонов.

– Не вижу ничего сложного, – отмечал Захар. – Все сладим, Михаил Михайлович, не робей, на Кавказе сперва было еще сложнее. А тут, хотя бы, в горах не стреляют и сильно экономим на охране. Так что все сладим и мильен заработаем.

В этом он весь. Для Ложкаря нет сложностей. Он смотрит на вещи просто. Нужно продать? Пойду и продам. Запустить рекламную компанию по покупкам товаров Военторга в Австрии? Сделаем. И ведь решения находит, а то, что кажется сложным, с чем многие даже не станут связываться, Ложкарь как-то быстро и просто справляется со сложностями.

Есть люди, которым удается не работать в бизнесе, а жить в нем, делать свое дело уютным, словно собственный дом. Одному нужно готовится к новому шагу, собирать информацию на рынке, а Ложкарь просто приходит и делает. И ведь, получается у плута.

Может быть, что я и ошибаюсь, но еще в прошлой жизни понял такую истину: только действуя можно чего-то добиваться. Он не спрашивает сколько их, он спрашивает, где они: вот по такому принципу работает и Захар Иванович Ложкарь. Видит цель и не обращает внимания на препятствие.

Поэтому Военторг будет не только заниматься поставками в армию, тем более, что на первых порах может и не получится перебить закупки у австрийцев. Я предложил, а Ложкарь взял на вооружение, идею под шумок прихода русских войск в Австрию продать по-больше товаров.

Узнав цены в Австрии мы быстро определили те товары, которые будут пользоваться спросом на просторах Священной Римской империи. После начались закупки, они и сейчас ведутся, так как не думали, что на время границы будут открыты. Ну а закупив все, где-нибудь поближе, может и в Одессе, мы на перепродаже весьма заработаем. Только нужно, чтобы наши товары шли вместе с воинским подразделением, а то и проверить могут.

Сейчас в Кракове мы с Захаром инспектировали склады, которые уже завтра начнут разгружаться и многонациональная империя Габсбургов узнает о новой русской продукции. Водка “Лихой казак”, или виски “Суворовские” окажутся в лавках крупных городов, о чем уже есть договоренности, так как посылали людей в Австрию заранее. Торговать будет и каждый третий фургон Военторга. Своего рода получалась автолавка, или “коннолавка”.

Так же в продажу в ограниченном количестве пойдут сухие пайки. Я бы хотел не столько сейчас продать сухпаев, как заполучить на них заказ в будущем. Кроме того, все ингредиенты для майонеза есть, как и те, кто сможет сделать “русский белый” соус. Будем продвигать и “русский красный” соус. Кетчупа наделали много, в банки стеклянные его залили.

Так что кому война, а нам еще и открытие австрийского рынка для товаров Военторга. Майонез, или кетчуп в нынешнем времени – это как попробовать оливки в первый раз. Вначале ужасно и невкусно, но чем больше их ешь, тем более пристращаешься. По крайней мере, у меня такая история с оливками, как и с каперсами, устрицами. Если люди распробуют наши соусы, то мы завалим ими Вену, Прагу, да хоть Зальцбург с Франкфуртом-на-Майне.