Денис Старый – По грехам нашим. Книга 4 (страница 32)

- Ты говорил, что сообщал сведения богатуру русов Ипатию и хорошо торговал у северных людей в городе Унжастане, где много воинов и даже монголы живут в мире в урусатами. Можешь ли ты передать мое послание хану того города и дальше князю Ярославу? – задал вопрос Джучи, приняв надменный вид.

Азат, не смея в присутствии хана говорить только жестами отчетливо показывал, что готов исполнить любую волю правителя. Внутри же он возликовал. Вот только что клял и Ипатия и всех урусов, просил Всевышнего никогда их больше не видеть, но сохранить жизнь. Сейчас же не было иного народа, кроме как урусы, который он хотел бы лицезреть. И быстрее, подальше от гнева хана.

Джучи же, в отличие от многих монголов, всегда просчитывал многоходовки и все последствия. Для него не было истин, которые не могут быть подвергнуты испытанием разума. Хан понимал, что для именования себя Великим, ему нужна победа, Великая Победа. И дело не в русичах, или булгарах, даже не в ненавистном Угедее, дело в необходимости всех переиграть и стать выше любого. Судя по всему, что за последние годы, урусаты окрепли, смогли победить других своих врагов с крестами на щитах, начали объединение своих улусов, создали систему воспитания воинов, да много чего они сделали с того времени, как Субедей разбил спесивых русичей на Калке. Этот народ умеет делать выводы от поражений и умеет договариваться. Было бы хорошо иметь таких рабов у себя, но, сколько ресурсов потребуется на то, чтобы победить их, даже китайские и уйгурские инженеры не гарантируют легкое взятие русских крепостей, а оружие, извергающее пламя может много принести бед монгольскому войску, пусть и усиленному всеми покоренными народами.

И решил Джучи, идти напролом против урусатов не лучший вариант, пусть этим займется Угедей. А вот что должен сделать он, единственный Великий хан, так стравить своего ненавистного брата и сильных русов.

Поэтому, главное повеление к Азату заключалось в желании провести сепаратные переговоры с русичами. Джучи не нужна была Русь, но и просто так отступать он не мог, уже потому, что братья обратят против его самого оружие и могут даже забыть о мести Джелал-ад-Дину и булгарскому эмиру. Нарушать шаткий мир, больше похожий на перемирие, хан не собирался, когда можно все сделать хитрее. Ему есть, кого подставить под сабли русичей, не полностью лояльных ему монголов, восточных половцев, часть хорезмийскийх гулямов, вот пусть они погибнут, выполняя свою роль в большой политической игре. Но Джучи нужно было чужими руками уничтожить братьев, прежде всего Угедея и начать строить свое государство совместно со своим старшим сыном Ордой, который так же, как и Джучи больше стремился к дипломатии, пусть и был отличным воином.

Купца одарили серебряной пайсой, честно, или почти честно, сторговали его товары и отправили к русичам. При этом, Азат должен был передать русичам сто добрых больших коней, которыми пользовались туркмены и хорезмийцы в его войске, в знак добрых намерений.

Глава 11. Скоро война, а мы жениться

Оставив Любомира, по моей протекции с Лавром, в качестве заместителя, на командовании расквартированных войск, отправив гонцов во все интересующие меня направления для сбора войска, сам я пошел в Унжу. От Ипатия, который уже был там, разрабатывая план разбойничьей операции по ограблению эмира, пришли интересные сведения. Встречи со мной просил некий купец Азат.

Я уже знал об определенной роли знатного купца, который был, как уверял Ипатий, его агентом влияния и разведчиком. Сомнительно, конечно, чтобы купчина честно и справно служил Ипатию, но уже было несколько эпизодов, когда Азат сыграл немалую роль, как в деле бегства Шалвы и Иванэ. Поэтому сразу же по приезду, я направился на важный разговор, иначе долгие встречи и разговоры, как и быт, поглотили бы с головой.

Разговор с этим человеком шел через Ипатия, который разговаривал на армянском языке.

- Получается, Джучи хочет битвы, но не хочет победы? – спросил я, запутавшись в хитросплетениях интриг, предлагаемых ханом западного улуса.

- Да, он хочет, он отступит и признает необходимость собрать большее, чем прежде войско, но в это время, мы должны ударить по войску коалиции братьев. Они будут в Булгарии воевать, - перевел долгий монолог купца-посланника Ипатий.

- Ох, как сложно то? – я показательно замученно вздохнул. – А, если это уловка? Джучи хочет усыпить нашу бдительность и победить.

Ипатий перевел мои слова полные сомнений. И Азат ответил на них:

- Джучи строит свою державу, но много в его войске монголов и иных татар с половцами, которые хотят жить по заветам Великого хана. Их, думается мне и подставит под ваш удар Джучи. Хану важнее переиграть Угедея, который уже не раз пытался лишить своего брата, или не брата, если Бортэ понесла в плену меркитов, жизни. Такое в степи не прощают.

- Корней, да какая разница чего он хочет? Не понимаю твоих сомнений. Мы ударим в полную силу, покрошим часть монгольского войска, они уйдут. Если не уйдут, покрошим и другую часть, - разъяснял Ипатий.

- Что ты, как с юродивым. Понимаю я все. Но что помешает Джучи отойти и начать быстрое продвижение, к примеру, в сторону Рязани? Мы-то будем далеко, булгар освобождать в рамках ранее заключенного договора. Или так, он подставит нам одно войско, а другим ударит в тыл, всякое может быть, это же восточные хитрости, - продолжал я «мозговой штурм».

Ипатий улыбнулся, догадавшись, что я скорее не спорю с ним, а ищу подводные камни, специально выискивая аргументы против уже принятого решения.

Конечно же, нужно идти на соглашение с Джучи. Он подставит под наш удар, даже с уроном авторитета, часть своего войска, чтобы мы решили его проблему с братьями. Может ли пойти на русские города старший сын Чингисхана? Конечно, может. Но в этом направлении можно себя в значительной степени обезопасить. Во-первых, голубиная почта и быстрый переход в любом направлении конных. Во-вторых, мы уже можем себе позволить оставить до шести пушек на стенах городов, которые должны первые встретить нашествие, снести осадные механизмы и значительно проредить стройные ряды штурмующего противника. С учетом минимального гарнизона и наличия оружия для ополчения, а после всеобщего перевооружения много хлама осталось, включая тысячи трофейных образцов, монголы сядут в изнурительную осаду и тем проиграют. Да и засечные черты ненадолго, но остановят продвижение орды.

- Передай хану, что я готов пойти ему на встречу и пусть ведет свое войско в реке Воронеж, там встретим его через два месяца. Первые атаки будут отбиты с большой кровью, пусть это понимает. Но… - я сделал вздох и развел руками, демонстрируя сожаление. – Так того хочет сам хан. За коней скажешь спасибо, в подарок от меня привезешь хану брони унжанские, да арбалет булатный, пусть видит, каким оружием бить его воинов станем. А я же срочно уезжаю к великому князю, дабы он одобрил наши договоренности. Так что ждите вестового от меня через три-четыре дня и возвращайтесь.

Решение что именно подарить Джучи пришло в процессе разговора. Лучший бахтерец, который ковался как раз для подарка монаршей особе будет передан хану. Он оценит, обязательно оценит и относительную легкость, и прочность доспеха, его удобство для боя. Похожие доспехи должны коваться и в Индии, но, уверен, наш на порядок лучше. Возникла мысль о том, чтобы подарить и зеркало, как раз несколько роскошных в золотой оправе ищут своего покупателя, но отмел такую мысль, как опасную. Увидит практичный Джучи, какие изделия могут создавать наши умельцы, обязательно задумается о покорении страны с такими мастерами.

И опять у меня цейтнот и не получается пообщаться с семьей. Кто там из историков писал, что в Средневековье время люди медлительные и все происходит не спеша, у меня все наоборот. Постоянно в бегах. И можно же отправить гонца к Ярославу, но дело такое сложное и важное, что нельзя поручить, кому бы то ни было. Меня же князь выслушает и мнение свое даст возможность поведать, да и окольные пути к мыслям великого князя имеются, через того же Нечая. Так что в пусть и срочно.

Жалко, конечно, что семье мало внимания уделяю. Дети, складывается ощущение, лишены отца, только Юрий, ставший что-то вроде моего адъютанта и главой телохранителей постоянно со мной. И это отрадно, так как юноша учится и впитывает, как губка, все услышанное и увиденное, с маниакальным рвением тренируясь и гоняя свою сотню бойцов. Думаю, что через год парни смогут сравниться в навыках с отъявленными головорезами Ипатия. По крайней мере, по моей просьбе, ребятами, по возможности, занимаются и виртуозный мечник Филипп и уже матерый ратник Лавр и мудрый и многоопытный Любомир, даже Ермолай какие-то свои ухватки «под грифом секретно» передавал парням.

- Любы, вертайся, жду тебя и… - Божана замялась, но преобразилась и продолжила. – Не праздна я.

- Йетить-калатить, - выругался я, но быстро спохватился. – Рад, любая, спаси Бог тебя и чадо наше.

Ну как так то? Стараюсь же исключить беременность, поберечь здоровье жены. Ну а Бог все дает счастье и дает. Многодетный, блин папаша, который видит своих детей в лучшем случае раз в два месяца. Но подкинула природа мне еще одну мотивацию победить и переиначить историю.