Денис Стародубцев – Торговец Правдой 3. Финал (страница 18)
— Ты планируешь устроить вооруженный переворот, — сказал я, и мой собственный голос прозвучал чужим даже для меня самого. — И убить императора…
— Не обязательно его убивать, Алексей! — парировал Волков, пожимая плечами. — Он может… Сидеть в тюрьме. В очень комфортной, но надежной тюрьме. За преступления перед своим народом, которых можно найти не один десяток. За некомпетентность, за слабость. В истории это будет выглядеть куда благороднее, чем на самом деле. Но я уверен, что даже простой народ меня поддержит! Все устали и всем нужны перемены, — он говорил очень уверенно.
Я не знал, что сказать на все это. В ушах зазвенело из-за воспоминаний моей прошлой жизни… Именно за то, что я узнал о возможном государственном перевороте, меня и убили. История, черт возьми, повторялась с пугающей точностью. Только масштабы теперь были иными… Теперь я должен был выбрать сторону в этом конфликте…
— А я-то тебе зачем, Тони? — выдохнул я. — Для чего тебе простой торговец магическими артефактами? Без рода, титула и армии? Вот что мне непонятно, Тони.
Он резко обернулся. Его глаза в полумраке горели от адреналина.
— Все очень просто! Мне нужны такие соратники, как ты, Алексей! Я с первого дня увидел в тебе родственную душу, ты же и сам почувствовал что-то подобное? Увидел твой характер, таких даже среди аристократов я практически не встречал. Целеустремленность — ты добился многого за такой короткий период времени. Умение не просто выживать, а ломать правила и строить свои, все это — отличные качества. Мне точно понадобится такой человек. В деле обновления Империи. Алексей, присоединяйся ко мне, и мы вместе построим ее заново. Так, как должно быть! Что скажешь?
Я молчал. В голове были миллион и одна мысль одновременно, но я не мог сконцентрироваться ни на минуту. Это уже была не игра в карты. Не продажа перчаток. Даже не контрабанда кристаллов, а государственная, сука, измена. Мятеж, мать твою! Игра, где ставка — жизнь, а приз — или безграничная власть, или безымянная могила. Второе мне было не интересно, а что касалось первого?
Готов ли я к этому? Входило ли это в мои планы? Нет! Никогда! Я хотел свой угол, свою независимость, свой кусок пирога. А не весь пирог целиком, которым можно было и подавиться, если есть слишком быстро и большими кусками.
— Что скажешь, Алексей? Пауза затянулась… — Волков сказал это слегка раздраженно.
— Тони, это… — я с трудом подбирал нужные слова, сейчас у меня точно не было права даже на малейшую ошибку. — Мне надо хорошенько подумать… Не один день…
— Да, я понимаю, — он кивнул, и его лицо смягчилось, приняв выражение понимающего стратега. — Именно поэтому и позвал тебя сюда. Чтобы ты вживую мог увидеть мой настрой. Мои намерения и мои возможности, — он широко раскинул руки, указывая на виллу, на темные очертания джунглей, на царство, которое он построил в изгнании. Хотя на самом деле это никак не показывало силу Тони. Может быть, только в его глазах, но со стороны — точно нет.
Я стоял и молчал. Отказ сейчас, здесь, на его территории, делал меня ненужным свидетелем. Очень опасным свидетелем. Да в любом случае отказав ему, я наживу себе злейшего врага. Готов ли я к этому?
— Сколько у меня времени, чтобы подумать, Тони?
— А сколько надо? — переспросил он, и в его взгляде читался уже не вопрос, а проверка.
— Ну, хотя бы неделю, — мне нужно было выиграть время.
— Хорошо, — он кивнул, будто ставил галочку напротив моей анкеты у себя в голове. — Тогда вернешься сюда через неделю и дашь свой ответ? Договорились?
— Да! — ехать сюда я в любом случае не собирался. Независимо от выбранного мною ответа, в любом сценарии в Питере будет слишком много работы.
— И еще, — тон Волкова снова стал деловым, — мне нужна новая партия твоих кристаллов. Отправишь доставкой, как в прошлый раз? Через Екатеринбург? Кстати, ты сделал счет, который я просил? Если да — отправь реквизиты. На них я проведу оплату. Сколько в этот раз сможете доставить? Ты говорил, что у вас теперь свое производство.
— Хорошо. Договорились! Точное количество скажу, когда вернусь в Питер, — я кивнул, — Все документы направит мой финансовый директор. И еще, Тони… Можно нам завтра же самолет домой заказать? — я попытался сделать голос максимально деловым, без тени паники и появившихся сомнений.
— Ого, а что так рано? — он приподнял бровь, удивленно ухмыляясь. — Торопишься?
— Ну, ты же обрисовал мне дела. Если хочешь сделать хорошо, сделай сам! — я развел руками, изображая легкую усталость. — А когда есть работа, нет времени расслабляться.
Тони посмотрел на меня, улыбка стала шире, почти одобрительной. Ему нравились люди, которые горели своим делом.
— Хорошо. Будет вам завтра же самолет. Идем к остальным? — спросил Князь.
Я кивнул. Мы вернулись в столовую, где царила уже более расслабленная атмосфера. Артемий что-то оживленно доказывал Насте, жестикулируя. Сашка, развалившись в кресле с блаженным видом объевшегося медведя, потягивал какой-то коктейль. В их глазах, когда мы вошли, читался немой вопрос: «Ну? Что там?»
Но мы молчали. Если бы мы хотели, чтобы знали все, то не уходили бы на балкон.
Тони подошел к столу и легко, но властно, положил конец всем разговорам и этому вечеру:
— Ну что, друзья, нам пора завершать этот потрясающий ужин. Спасибо еще раз, что прилетели к нам в гости. Надеюсь, вам все понравилось. Завтра же вы отправляетесь домой, по решению Алексея. Поэтому желаю вам счастливого пути.
— Тони, можно еще кое-что спросить? — сказал я, поймав его взгляд.
— Да, что такое, Алексей? — спросил меня Князь.
— Я не буду пока парням рассказывать про твое… Предложение. Когда приму решение — они обязательно узнают, поэтому и ты помоги оставить мне это в тайне на время, — попросил я у Волкова.
Он замер на секунду, потом медленно кивнул и сказал:
— Как скажешь, Алексей. Твое право, я его уважаю!
Мы попрощались и разошлись. По дороге в комнаты по длинным прохладным коридорам виллы парни атаковали меня неудобными вопросами:
— Ну что там, Лех? О чем говорили?
— Он что, бизнес весь хочет забрать?
— Серьезное что-то, раз ты такой хмурый? Ну почему ты молчишь? Рассказывай!
Они были упрямы, но я отгородился стеной и сразу же обрубил все дальнейшие разговоры:
— Парни, сейчас не могу ничего вам рассказать. Потом! Сейчас не время! Но, пожалуйста, доверьтесь мне. Я делаю это для вас же.
Я видел непонимание и легкую обиду в глазах друзей, но они отступили. Я понимал: если они узнают о планах Тони, то в случае моего отказа станут ненужными свидетелями. Да, вряд ли это остановит Волкова, если он решит зачистить следы. Но пока был минимальный шанс защитить парней, я за него цеплялся. Хотя в глубине души знал: если князь решит, что мы знаем слишком много, нас не спасет ничто.
Я отправился в свою комнату и долго не мог уснуть. Прошло пару часов, а я до сих пор ворочался в кровати. Мысли метались как пойманные в клетку птицы. В горле пересохло. Я вспомнил, что видел кулер с водой в столовой на втором этаже, где мы сегодня ужинали.
Тихо выскользнув из комнаты, я босиком прошел по холодному мраморному полу, поднялся по лестнице. В столовой царил полумрак, горел только дежурный свет подсвечивая барный шкафчик. Я налил себе стакан ледяной воды, и в тишине услышал звук. Приглушенный, но знакомый. Стоны. Женские стоны. Доносились они этажом выше, из пентхауса, где жил Волков.
«Кое-что еще нас объединяет, Князь», — подумал я и улыбнулся.
На следующее утро я проснулся слегка разбитым физически, но собранным морально. Сходил в душ, ледяная вода немного взбодрила тело. Быстро собрал вещи. Во дворе нас уже ждал тот же матово-черный кроссовер с невозмутимым казахским водителем за рулем.
Парни собирались чуть медленнее, их лица были помятыми от недосыпа и неразрешенных вопросов. Мы молча погрузились в салон. Тишина внутри машины была гробовой, неловкой. На их лицах — немой, но настойчивый вопрос, от которого я продолжал отворачиваться, уставившись в окно на мелькающие тайские пейзажи.
Тишина продолжилась и в самолете. Даже Камилла с ее профессиональными улыбками и обещающими взглядами на этот раз не могла меня отвлечь. Я отвечал односложно, погруженный в свои мысли. Мне нужно было отвлечься на дела. Спланировать: приехать, выслать реквизиты Волкову, понять, сколько кристаллов мы вообще сможем ему отправить в первую очередь, и… Принять самое важное решение в этой жизни. Решение, от которого зависели многие люди.
За весь полет мы так и не заговорили. Артемий пытался читать, но часто отрывался, глядя на меня. Сашка хмурился, разглядывая облака. По прилете в Питер, на холодном, продуваемом ветрами частном аэродроме я наконец нарушил молчание:
— Пацаны, я наберу вам позже. А сами… Отдыхайте. Вы заслужили!
Они переглянулись, но спорить не стали. Просто кивнули. Я видел в глазах друзей что-то похожее на недоверие, но и усталость тоже имела место быть. Слишком многое произошло за последнее время.
Я же сел в свою машину и отправился прямиком в офис. Мне нужно было срочно поработать. В одиночку. Чтобы разобраться в хаосе мыслей и понять, какой следующий шаг сделать в игре, где ставкой стала уже не только наша жизнь, но и будущее целой империи.