Денис Стародубцев – Последний Охотник Империи (страница 27)

«Иногда я жалею, что у меня появилась возможность видеть и слышать тебя…» — мысленно прошептал я девушке-призраку.

«Врешь!!! Я же знаю, что ты меня безумно любишь!» — сказала она и улыбнулась.

Мы с Игорем продолжили разговор. Ну как разговор, в целом больше говорил он, а я молчал и кивал. Но будет честен, это не было бесконечным потоком сплошной воды, какие-то вещи мне и правда были интересны. Например, он рассказал, что иногда в АВА учились и княжеские отпрыски, правда под чужими именами. Забавно. Зачем это было им нужно только. ну на этот вопрос мой собеседник ответить не смог.

Наконец мы въехали в город. Я прижался лицом к стеклу, и у меня перехватило дыхание.

Москва. Я думал, знаю, что такое Москва. В принципе и в этом мире все было по стандарту: Кремль, собор Василия Блаженного, ГУМ, высотки. Но эта Москва была другой. Не было привычных рекламных плакатов и растяжек.

Названия на вывесках тоже отличались. Вместо ставшими уже привычными для меня барбершопов — цирюльни. Бакалейная, склад аптекарских товаров, казенная винная лавка, и всё это располагалась в невысоких старинных кирпичных зданиях, которые чередовались с современными небоскребами из стекла и бетона. Смотрелось это очень необычно. Правда было одно сходство — пробки на дорогах как и в моем прошлом мире.

«Вот значит, что бы нас ждало, повернись история по другому…» — прошептала Алиса…

— Вижу по взгляду, ты впервые в Москве? Как тебе? — спросил Игорь, видимо заметив с каким интересом я смотрю через стекло машины.

— Я… — я запнулся, подбирая слова. — Я не знаю…

— Что? — не понял Игорь.

— Красиво… — сказал я. — Очень красиво!

Мы как раз проезжали мимо особняка с колоннами, зажатого между двумя высотками.

— Здесь так всегда было? — спросил я.

— Что именно? — уточнил Игорь.

— Всё, — я обвёл рукой горизонт. — Этот контраст. Старое и новое. Магия и технологии.

— Ну это я не могу сказать, мне же всего восемнадцать… — пожал плечами Игорь. — Но сколько себя помню, да!

Дальше мы проехали рынок. Крытый стеклянным куполом, под которым росли настоящие деревья. Между прилавков с мясом и сыром сновали торговцы в белых фартуках.

— Это мой любимый район, — сказал Игорь. — Здесь делают лучшие пирожки с вишней.

— С вишней? — переспросил я, всё ещё глядя в окно.

— С вишней. Бабка Агафья печёт. У неё очередь с шести утра. Говорят, она в тесто щепотку магии удачи добавляет. Может, врут, а может, и нет.

Я продолжал изучать такой знакомый и одновременно незнакомый мне город. По Садовому кольцу неслись трамваи с магическими ускорителями, купола храмов отражались в стёклах небоскрёбов,

И вдруг я поймал себя на мысли, что этот город он живой. Я слышу его дыхание в этом бесконечном движении.

— Ничего! Скоро ты привыкнешь к здешней суете — сказал Игорь. — Все привыкают.

— А если не хочу привыкать? — спросил я.

— Тогда будешь ходить с открытым ртом до самой старости, — усмехнулся он. — Тоже вариант.

Я откинулся на спинку сиденья. Москва проплывала за окном как сон, от которого не хочется просыпаться. Закрыл глаза.

— Привыкну, — сказал я.

Но вот мы наконец остановились перед звнушительным здание из серого камня. Над входом висела массивная мраморная табличка: «Приёмная комиссия Академии Воинов и Аристократов. Филиал № 1 (Московский)».

Двор перед зданием был заполнен молодыми юношами и девушками. Дети графов, баронов, несколько инди. Все были одеты с иголочки. Они перешептывались, листали документы.

Мы с Игорем вышли из машины. Дмитрий остался за рулём, а Михаил вышел и встал чуть поодаль, наблюдая за окружением.

— Ну что, пошли? — сказал Игорь, глубоко вздохнув.

Мы влились в поток народа и стали пробираться к главному входу. Я шёл, опустив голову, пытаясь не наступать никому на ноги, и вдруг почувствовал сильный толчок в спину.

Я чуть не упал вперёд, но все же сохранил равновесие. Обернулся назад.

Позади стоял какой-то неизвестный парень. Лет девятнадцати, высокий, плечистый, с нагловатым, самодовольным выражением лица. Рыжеватые волосы аккуратно уложены. Одет он был дорого, даже вычурно — в камзол с вышитым гербом, который мне был незнаком. За ним виднелась свита, смотревшая на нас с откровенным пренебрежением.

— Эй, ты, — сипло проговорил рыжий парнишка, не скрывая своего раздражения. — Что ты встал посреди дороги как столб? Давай проходи, не задерживай благородных людей!

Игорь нахмурился и готов бы уже сделать шаг в сторону, уступая им дорогу, но я опередил его. Опыт подсказывал: в таких местах даже небольшая слабина — приговор. Нужно сразу обозначить границы и показать, кто ты такой.

Я медленно выпрямился во весь рост и посмотрел рыжему прямо в его глаза.

— А у тебя, видимо, проблемы со зрением? Не видишь куда прешь?

Несколько человек из общей толпы обернулись на нас. Рыжий парень удивлённо поднял бровь, явно не ожидая такой реакции от меня.

— Ох, — протянул он с фальшивой заинтересованностью. — Голосок-то какой грозный. Из какого захолустья приехал, барончик? Ты явно не граф. Или ты вообще из бастардов? Сын какого-то пьяного аристократа и кухарки? Очень даже похоже! Так вот, Я граф Антон Трегубов. Когда я иду, все вокруг должны расступаться, это тебе понятно?

Я окинул его оценивающим взглядом. От него пахло дорогим одеколоном, резким и до тошноты сладким. Типичный представитель «золотой молодежи». Такие, как он, в первый же день пытаются поднять свой статус за счет какого-то бедолаги. Только вот сегодня с выбором ему не повезло.

— Игорь, ты готов хорошенько подраться? Могу на тебя рассчитывать? Прикроешь мой тыл? — прошептал я Безухова младшему.

— Не сказал бы, что готов, но, видимо, придется. Мы же друзья, а значит вместе до конца в любой ситуации, — прошептал мне он в ответ.

«А у мальчишки начинают появляться яйца!» — довольно заметила Алиса.

— Видимо, ты просто так сегодня сюда приехал… — прошипел я сквозь зубы этому рыжему.

— Это почему ещё? — спросил он с усмешкой.

— Потому что не факт что дойдешь до комиссии на своих двоих! — сообщил ему.

Глава 14

Атмосфера накалилась до предела.

— Что ты сказа… — начал фразу этот рыжий кретин. Его лицо исказилось от злости и удивления.

Судя по всему он привык, что после его слов все либо сразу же робко начинают извиняться, либо опускают глаза в пол и молча ждут своей участи. Но в этот раз закончить фразу ему не удалось.

Я не стал ждать — а какой смысл? С такими разговаривать нужно жестко. В его глазах уже читалась решимость перейти от слов к делу, и уступать инициативу в этой ситуации было смерти подобно. Пока он открывал рот для новой тирады, я сделал короткий, резкий шаг вперёд.

Не для удара, а чтобы сократить дистанцию до минимума, войти в его личное пространство, что само по себе было провокацией и психологическим давлением. Мне было нужно, чтобы первый удар сделал кто-то из них, тогда наши действия пошли бы как самооборона. Мало ли что бывает в этом мире за драки аристократов в общественных местах.

Он инстинктивно отошел назад, и в этот момент один из прихвостней рыжего Антошки сделал резкий выпад вперед, чтобы нанести мне удар в бок. Я уже был готов отойти в сторону, чтобы схватить руку этого бедолаги и сломать в двух местах, как Игорь ринулся вперед и поставил блок под этот удар. Движение было чётким, отработанным — видимо, не зря он занимался с отцом все эти готовы готовясь к учебе в академии.

«Наверно ты зря в нем сомневался?» — спросила Алиса.

«Возможно, ты права! Парень не промах!» — согласился с ней я.

Это стало сигналом.

Второй прихвостень рванулся ко мне, но я уже не стоял на месте. Я не отскочил в сторону, наоборот, нырнул под его неуклюжий замах, проскочил у него за под рукой и локтем ударил его со спины, в область почки. Он крякнул и сложился пополам. Это был не красивый удар из кино, а грязный, эффективный приём уличной драки, где цель — не просто победить, а нанести максимальный урон своему сопернику.

Антон, увидев, как упал один из его людей, взревел и бросился на меня, забыв про всякую осторожность. Какой же дурачок! Его кулак летел мне прямо в лицо, вот только мне хватило одного взмаха рукой, чтобы отвести его в сторону. Последовала ответная атака. Мой удар был короче, жёстче. Прямой в солнечное сплетение. Воздух с хрипом вырвался из его лёгких.

Игорь крутился как волчок, отбиваясь от двух оставшихся. Он не был уличным бойцом, но его движения были техничными, видимо основанными на какой-то системе рукопашного боя, возможно, той самой, что преподавали на подготовительных курсах в в АВА. К тому же Петр Кириллович же учился тут раньше, и мог передать знания своему сыну.

Игорь блокировал, уворачивался, наносил точные, хлёсткие удары по болевым точкам. Один из его противников уже держался за ребра, судя по всему потеряв свой боевой дух, второй пока еще активно сопротивлялся.

Я видел на периферии зрения Дмитрия и Михаила. Они не двигались, лишь внимательно наблюдали. Их лица были невозмутимы. Все понятно, это был наш тест, и они давали нам возможность его пройти. Что бы подумали все окружающие, если бы за нас вступилась личная охрана?

Антон, отдышавшись, снова пошёл в атаку, и теперь ещё более яростно, безрассудно. Мда, вроде бы аристократ, а навыков боя нет. Он махал кулаками, как мельница, полагаясь на свою силу и ярость, и все это выглядело как-то примитивно. Я отступал и уклонялся. Он был сильнее физически, это факт, но неповоротлив, предсказуем. В какой-то момент он сделал широкий замах, открыв на мгновение весь корпус.