Денис Стародубцев – Последний Охотник Империи 2 (страница 9)

Виктор помялся.

— Да так… всяких. О доме, о семье, о том, что нас ждет дальше, — ответил он.

— Понятно, — кивнул я. — Тоже иногда думаю.

— А ты где был? — спросил меня Виктор.

— На тестах у Моисея Абрамовича. У меня же в тот раз какая-то ошибка вылезла, вот и перепрошел. Теперь все нормально., — ответил я.

В холл влетел Игорь с таким довольным лицом, будто только что выиграл миллион.

— А вот и я! — объявил он, плюхаясь на соседний диван.

— Ну а ты как развлекался? — спросил я.

— Я? — Игорь загадочно улыбнулся. — Да письмо домой написал, для… отца.

— Точно для отца? — прищурился я.

— Точно! — слишком поспешно ответил он, но щеки его предательски покраснели.

Алиса в моей голове тихо хихикнула.

«Ага, для отца, — протянула она. — Который работает горничной в усадьбе Безуховых.»

— Игорь, — я покачал головой, — ты бы хоть не краснел так.

— Я не краснею! Это… от жары, вот! — нелепо оправдывался Безухов младший.

В холл впорхнули Елизавета и Анжелика. Они были явно возбуждены, переглядывались и перешептывались, будто только что раскрыли государственную тайну и спешили быстрее поделиться.

— О, а вот и наши библиотекарши! — воскликнул Игорь, обрадовавшись возможности сменить тему. — Что, начитались любовных романов про мужиков-драконов?

— Ребята! — Лиза подбежала к нам, сияя. — Мы кое-что узнали! В библиотеке…

— Что узнали? — насторожился Виктор.

Девочки переглянулись. Лиза уже открыла рот, чтобы выложить все, но тут…

— Шеремеьев, Безухов, Иванов, Дебуа, Тихомирова? — раздался чей-то незнакомый голос.

Мы обернулись. Перед нами стоял мужчина. Невысокий, худой, с острыми чертами лица, черными волосами, зачесанными назад, и такими же черными, как угли, глазами. Аккуратные усики над губой, строгий черный костюм, в руках папка с бумагами.

— Это мы! — ответил я, поднимаясь.

— Меня зовут Игнат Леонидович, — представился мужчина. — Я заместитель ректора нашей академии. Господин ректор ждет вас. Пожалуйста, следуйте за мной.

Он развернулся и пошел к лифтам, даже не проверив, идем ли мы.

Мы подошли к лифтам. Да в академии имелись лифты, но с табличками «Только для преподавателей». Игнат Леонидович достал ключ, вставил в скважину, повернул. Двери лифта открылись с мягким шипением.

— Прошу!

Мы зашли. Лифт был маленьким, нас пятеро плюс замректора — уже тесновато. Двери закрылись, и кабина поползла вверх.

— Красивый лифт… — заметила Анжелика, чтобы разрядить атмосферу.

Игнат Леонидович не ответил. Просто смотрел прямо перед собой, будто нас не существовало. Странный тип.

Лифт поднялся на последний этаж и остановился. Двери открылись, выпуская нас в коридор, разительно отличавшийся от тех, что мы видели раньше. Здесь было по-настоящему роскошно: ковровые дорожки, картины в золоченых рамах, хрустальные светильники.

— Вам сюда! — Игнат Леонидович указал на дверь в конце коридора.

Мы вошли.

Это была столовая. Не студенческая, не общая — отдельная, преподавательская. Огромный стол, накрытый белоснежной скатертью, хрустальные бокалы, фарфоровые тарелки, серебряные приборы. По стенам портреты каких-то явно важных людей в мантиях. В углу камин, в котором весело потрескивали дрова, хотя на улице было не так уж и холодно. Скорее он больше для атмосферы.

Во главе стола сидел мужчина. Лет пятидесяти-шестидесяти, точно не определишь. Высокий лоб, седые волосы, зачесанные назад, аккуратная бородка. Проницательные серые глаза. На нем был строгий костюм, но без галстука. Он улыбнулс.

— Добрый день! — сказал он, вставая. — Меня зовут Павел Сергеевич Яковлев. Я ректор Академии Воинов и Аристократов, и я очень рад видеть таких талантливых молодых людей сегодня за одним столом со мной.

— Добрый день! — первым ответил Игорь. — Мы тоже безумно рады. Меня зовут Игорь Безухов.

— Добрый день! — подхватил Виктор. — Виктор Иванов.

— Я Елизавета Тихомирова, — улыбнулась Лиза.

— Бонжур, — Анжелика сделала легкий реверанс. — Анжелика Дебуа.

Очередь дошла до меня. Я шагнул вперед, слегка поклонился — так, как видел в старых фильмах про старую аристократию.

— А вы, видимо, Ярослав Шереметев? — обратился Павел Сергеевич ко мне.

— Все верно, господин ректор. Рад знакомству. — ответил я ему.

В голове тут же раздался ехидный голос Алисы:

«Нифига себе! Откуда такие манеры, Ярик? Ты чего это?»

«Не мешай,» — мысленно ответил я.

Ректор посмотрел на меня с интересом. Мы расселись за столом. Места были сервированы идеально — перед каждым тарелка, бокалы, приборы. Почти сразу же откуда-то из-за дверей появились официанты.

Первый поднос опустился на стол. На нем закуски. Маленькие тарталетки с красной икрой, крошечные бутерброды с паштетом, фаршированные яйца, рулетики из семги.

— Прошу, не стесняйтесь, — пригласил ректор.

Я так и не понял, было ли это стеснения, или ребята пытались показать свои манеры.

— Рассказывайте, — ректор отпил из своего бокала. — Как вам удалось побить рекорд академии? Я, признаться, удивлен. Этот рекорд стоял много лет, и никто не мог даже приблизиться к нему.

Все как по команде посмотрели на меня.

— Это все Ярослав, — выпалил Игорь. — Он нас провел.

— Ну Игорь, — я покачал головой. — Не совсем так.

— А как? — прищурился ректор.

Я вздохнул.

— Понимаете, Павел Сергеевич, у каждого из нас есть способности, которые идеально подходили для каждого этапа. Если бы не было хотя бы одного из нас, ничего бы не получилось. Так что главное — люди, которые оказались в нужное время в нужном месте. Ну и командная работа.

Ректор слушал внимательно, чуть склонив голову.

— Ох, Ярослав, — сказал он, когда я закончил. — Не скромничайте. Из вашего ответа можно подумать, что это все стечение обстоятельств.

— Нет-нет! — возразил я. — Этот успех командный. Но вот то, как мы собрались все вместе, — это да, череда случайных встреч. Я не верю в судьбу, поэтому и говорю, что дело случая.

Ректор рассмеялся, открыто так, искренне.

— Ну, какая-то логика в ваших рассуждениях есть, — сказал он, отсмеявшись. — А вы знаете, что ваши отцы тоже были рекордсменами?

Мы переглянулись.

— Да, конечно, — ответил Игорь. — Нам рассказали это после прохождения полосы препятствий.

— Вот же забавно получается, — ректор откинулся на спинку стула. — Вы — дети двоих из той легендарной пятерки. Неужели это передается по крови?