Денис Стародубцев – Последний Охотник Империи 2 (страница 21)
— К ректору так к ректору, — проворчал я, — разберемся.
— Подождите, подождите! — вмешался в процесс Моисей Абрамович, выходя вперёд. Его лицо было озабоченным.
— Что такое, профессор? — обернулась куратор.
— Я кое-что вспомнил… — сказал Моисей Абрамович, и в его голосе послышались нотки облегчения. — Оказывается, это я по ошибке отдал ему все кристаллы вместо одного и забыл про это! Представляете, рассеянность профессорская! Ох, возраст уже такой у меня, что память частенько стало подводить… Простите…
В столовой повисла тишина. Студенты переглядывались и шептались. В этом мире я стал специалистом по наигранной амнезии. Это был как раз таки такой случай. Я даже слегка улыбнулся.
— Но почему он не смог сам этого сказать и утверждал, что это не его? — прищурилась куратор.
— Ну, естественно не его! — воскликнул Моисей Абрамович, подходя ко мне и забирая кристаллы из рук охранника. — Это же моё! Я просто перепутал, когда выдавал ему приз за невероятные достижения в учебе. Бывает, ошибся.
Он повернулся к куратору и посмотрел ей прямо в глаза.
— Вы уверены, что всё было именно так, профессор? Это уже не шутки! — спросила она.
— Совершенно уверен, Катенька, — кивнул Моисей Абрамович с улыбкой. — Абсолютно уверен! Память иногда даёт сбои, но сейчас я вспомнил совершенно точно, как все было.
Куратор посмотрела на меня, потом на профессора, потом снова на меня. Она явно понимала, что профессор отыгрывает роль, но такое решение вопроса полностью устраивало и саму Екатерину Витальевну.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Ярослав, примите мои извинения. Прошу прощения, что была вынуждена при всей академии высказать подозрения в ваш адрес. Я рада, что мы разобрались.
— Да, конечно, я все понимаю. Это же ваша работа, Екатерина Витальевна. — сказал я куратору.
Она развернулась и направилась к выходу, охранники последовали за ней.
Профессор остался стоять рядом со мной. Когда куратор скрылась за дверью, он наклонился ко мне и прошептал:
— Ярослав Иванович, вы же не брали их? Верно я понимаю?
— Нет конечно, профессор! — ответил я чуть громче, но профессор знаком показал мне быть тише. — Я бы никогда в жизни у вас ничего бы не украл! Честное слово!
Он кивнул, и в его глазах я увидел облегчение.
— Хорошо, юноша. Я так и думал. — Он помолчал. — Тогда вам нужно быть внимательнее. Похоже, у вас появились враги, и, думаю, они ещё не раз попытаются подставить вас, Ярослав Иванович.
И тут меня осенило. Рыжий ублюдок, Антон Трегубов. Я вспомнил, как он столкнулся со мной в столовой и как показательно извинялся. Теперь мне стало все понятно.
— Спасибо вам большое, профессор, что помогли, — сказал я, уже думая о своём. — Я буду аккуратнее и внимательнее.
Моисей Абрамович кивнул и направился к выходу, а я развернулся и пошёл искать Трегубова в толпе молодых аристократов
Он сидел за привычным столом в компании своих прихвостней. Когда я подошёл, он поднял глаза, и в них мелькнул страх. Он был напуган, словно дикое животное, которое охотники загнали в угол и уже готовы были нанести контрольный выстрел.
В моей руке уже начал формироваться огненный шар. Ярость затмила разум. Я был готов разорвать его на части прямо тут, в столовой.
«Ярик… — тихо прошептала Алиса у меня в голове. — Успокойся… Не надо…»
Только вот я ее не слышал. Я видел только его рыжую башку, глаза, которые бегали по сторонам в поисках спасения, но спасения ему не было.
Между нами оставалось несколько метров, и тут на моём пути встала Анжелика.
Она сделал шаг навстречу мне и крепко обняла, прижавшись щекой к моей груди.
— Ярослав, — сказала она тихо, положив руку мне на волосы сзади. — Не сейчас. Если ты ударишь сейчас — накажут тебя. Пожалуйста, не надо…
Её голос пробивался сквозь пелену ярости. Медленно, очень медленно огонь в моей руке начал угасать.
— Он нагло подставил меня, Анжелика… — прохрипел я.
— Я знаю, Ярослав. Месть подавать холодной. — сказала француженка.
Я смотрел в её глаза, и меня постепенно отпускало. Дыхание выравнивалось, кулаки разжимались.
— Ладно, — сказал я наконец. — А ведь он даже и не поймет, что ты ему сейчас жизнь спасла.
Я развернулся и пошёл обратно к своему столу, чувствуя спиной сотни взглядов. Молодые ученики смотрели, затаив дыхание. Кто-то из старших разочарованно выдохнул. Видимо, ждали посмотреть шоу, но не сегодня.
Мы сели за стол. Игорь молча подвинул ко мне тарелку.
— Ешь, дружище! Все и так уже остыло, — сказал он коротко.
Я взял вилку и принялся ужинать. Мясо было вкусным, хоть и холодным. Жевал механически, параллельно думая о своём. Остальные молчали, и я решил нарушить эту неприятную тишину.
— Все же поняли, что это он? — спросил я тихо.
— Конечно же! — ответил Виктор. — Но только после твоей реакции на Трегубова. До этого я вообще не понимал, что происходит. Но я точно знал, что ты не мог ничего украсть. Не такой ты человек, Ярослав.
— Это хорошо, только вот не все, мне кажется, это поняли. Видимо, теперь на мне будет тень вора, — усмехнулся я.
— Да не будет на тебе ничего, Ярослав — возразила Лиза. — Профессор всё объяснил же, и кто умный — тот поймёт! А кто не поймёт… — она пожала плечами. — Тебе правда важно мнение не самых умных людей?
— Лиза права! — поддержала Анжелика.
Я посмотрел на своих друзей и сказал:
— Да, вы правы, и я считаю так же. Главное, что мы знаем правду, а остальное неважно.
Мы закончили прием пищи и после ужина все вместе молча вернулись в казарму. Настроение было все равно паршивое. Хотелось что-нибудь сломать или кого-нибудь ударить, но я держался.
В казарме сегодня было непривычно шумно. Кто-то играл в карты, кто-то травил байки, кто-то просто лежал на кроватях. Мы та уже разошлись по своим койкам, и каждый занялся своим делом.
Елизавета и Анжелика уселись за книги. Лиза читала какой-то толстую энциклопедию по истории магии, Анжелика — сборник стихов на французском. У них было много общего, но вот в выборе литературы…
— Ты правда понимаешь все это? — спросила Лиза, заглядывая в книгу подруги.
— Конечно! — улыбнулась Анжелика. — Это мой язык.
— А прочти что-нибудь вслух, — попросила Лиза. — Мне кажетс, я твоим голосом будет очень красиво.
Анжелика начала читать:
'Rien de t’a promis à moi: ni la vie, ni Dieu,
Ni un mien pressentiment secret.
Pourquoi, le nuit, devant le sombre seuil,
Hésites-tu? le bonheur fait-il mal? '
Так мягко, певуче, с тем особенным французским шармом, от которого у меня мурашки по коже побежали.
— Красиво, — вздохнула Лиза, когда та закончила. — Ничего не поняла, но красиво.
— Сказать перевод? — спросила Анжелика.
— Да нет! Для меня важнее как звучало, а не что там по сути, — ответила ей Елизавета, на что француженка просто улыбнулась и они продолжили каждая читать свою книжку.
А вот Игорь и Виктор устроили настоящую эмоциональную дискуссию. Оказалось, они оба фанаты мэджикбола — местного аналога футбола, только с использованием магии.
— Да ты, что не смотрел, как Лео Ветер последний гол забил⁈ — орал Игорь, размахивая руками. — Он же с центра поля зарядил с ветровым усилением! Вратарь даже не шелохнулся!
— А в защите они как сыграли? Как ты вообще за этот «Паравоз» болеешь? — возражал Виктор. — Ты видел, как у них вратарь прошлый матч проспал? Никакие каменные стены не помогли, все три гола забили, потому что он зевнул!
— Это не он зевнул, это защита подвела! — не унимался Игорь. — Но в атаке видел как играли? Твой «Гладиатор» весь первый тайм мяч отнять не мог.
— Пасовали? Это ты так называешь? Да просто мяч огненный летал с одного края вашей защиты на другой! Они не атаковали, так как к тому моменту вели один — ноль! Зачем им это? — возражал Виктор.