Денис Стародубцев – Пепельный. Книга Ⅰ (страница 31)

— Нет, — ответил я. — Сложнее будет — жить после того, как предал всех, кто тебе верил.

Я вырубил его. Оставил живым. Назло.

Мы поднялись наверх. Варвару нашли в нижнем отсеке — обессиленную, в кандалах. Она улыбнулась, когда увидела меня.

— Ты вовремя…— хрипло прошептала.

— Как всегда, — ответил я.

Мы ушли до рассвета. Потеряли троих.

Несли тела с собой. Не бросили.

Лагерь встретил нас молча.

Варвара стояла рядом, иссечённая, но гордая.

Я посмотрел на небо. Пепел не сыпался.

Он поднимался вверх. Значит, путь — ещё не окончен.

* * *

Я сидел за столом в своём шатре. Свет исходил от одинокого пепельного кристалла — он не мигал, не грел. Только освещал.

Передо мной лежали пергаменты — свежие, с толстой кромкой. Чернила пахли железом.

Я не любил писать.

Но знал: слова, если их вложить в нужные уши, могут пробить даже доспех.

— Пора, — сказал я вслух.

Варвара кивнула. Её раны почти затянулись. Сидела напротив.

— Мы знаем, кто колеблется. Кто под каблуком у Серовых, но мечтает о собственном троне. Остальные — гордые, но уставшие от налогов и поборов. Если ты дашь им повод…

— Я даю им выбор, — перебил я. — Или жить с протянутой рукой, или встать.

Я обмакнул перо. И начал.

К дому Рейваров

Я знаю, как глубоки ваши шахты и как тяжёл ваш меч. Я также знаю, как Серовы однажды обещали вам железо — а взяли вашу кровь.

Я не зову вас на войну. Я зову вас — на память. Вспомните, кто вы.

Пепельный.

К роду Молей

Вас называют безликими, потому что вы выжили, когда других ломали.

Я уважаю это.

Но сегодня не выживание — цель.

Сегодня — свобода.

Силу не просят. Её берут.

Пепельный.

К дому Архинов

Ваши земли обложены данью. Ваши дети — заложники.

И всё это ради чужих балов и титулов.

А ведь когда-то Архины сами вершили судьбу приграничья.

Хотите вернуть себе имя — пишите мне.

Пепельный.

Таких писем я написал девять. Каждое — разное. Одно с вызовом. Другое — с уважением. Третье — с провокацией.

Я запечатал их знаком Пепла. Не гербом — жжёным пятном, оставленным клинком.

Варвара вызвала гонцов. Шесть верховых. Два теневых. Один — через подземные каналы.

— Письма уйдут до рассвета, — сказала она. — А к вечеру о них будут знать все. Даже те, кому они не адресованы.

— Отлично. Пусть боятся. Или завидуют. Главное — движение.

Я встал, подойдя к окну. Внизу — наш лагерь. Костры. Люди.

Я чувствовал, как из маленькой искры рождается костёр.

Теперь — или сгорим, или станем пламенем, что сотрёт старый порядок.

И тут — вошёл Кир.

Он не стучал. Никогда не тратил время.

— Его нашли, Пепельный.

— Где?

— Прятался в развалинах старой станции на юге. Один. Почти не сопротивлялся. Наши шпионы вели его два дня. Ждал, пока за ним придут. Будто знал.

— Привели?

— Ага. Уже у ворот. Ждёт тебя.

Я вышел сам.

На камнях, между двумя стражами, стоял Лис. Теперь — Листан. Его лицо было бледным. Одежда — грязная. Руки в цепях. Но глаза смотрели прямо.

Я подошёл ближе.

— Ты предал. Ты вёл нас в ловушку. Ты чуть не убил Варвару.

— Да, — кивнул он. — Потому что верил в семью, что воспитала меня. А теперь увидел — их сила построена на страхе. Твоя — на выборе.

Я не прошу прощения. Я прошу… использовать меня.

— Как?

— Я знаю, как мыслят дети домов. Я один из них. Дай мне шанс — и я сожгу их изнутри.