Денис Стародубцев – Пепельный. Книга Ⅰ (страница 10)

— Хочешь вернуться туда? В их круг?

— Нет, — ответил я. — Я пришёл забрать своё и только.

Он не спросил — что. И правильно сделал, я бы всё равно не дал бы ему ответа, который его устроил.

Мы двигались через Южный рынок. Больше похоже на арену — люди кричат, торгуются, толкаются, где-то даже дерутся. Эх хотел бы я начистить тут пару модр воинам Серых псов. Один парень продавал «одухотворённый воздух из покоев Императора» в стеклянных банках. Другой — зелья любви, от которых у покупателей начинались галлюцинации и понос прямо на месте. По моему это был просто экстракт из неких грибов, что растут в лесах около столицы.

— Здесь ищут спасения, — сказал Кир, — или развлечения? Что скажешь?

— Здесь ищут забвения, — ответил я. — Потому что те, кто много развлекаются, долго не живут.

Варвара остановилась у стены, прислушиваясь к разговору в тени. Я знал — она уже ищет наши будущие пути. Она всегда ищет ходы, в то время как я ищу нужных мне людей.

Кир глянул на меня, и впервые не как на командира, а как на равного:

— Слушай… ты правда думаешь, что можно вернуть себе силу, собрав таких, как мы? Даже если нас будет целая армия?

— Я не собираю. Я призываю. И те, кто откликнется — уже будет силой. Просто поверь мне и не задавай больше глупых вопросов, может даже за умного сойдешь.

Мы нашли ночлег в нижнем квартале. Дом выглядел как обычная питейная: гнилая вывеска, пьяные крики за стенами, запах кислого хмеля и несвежих тел, обитающих рядом.

Но здесь не смотрят в глаза. А значит — это место намного безопаснее любого, даже самого красивого, дворца.

Хозяйка даже не спросила имён. Просто кивнула и выдала ключ с ржавчиной вместо гравировки.

— Вы местные? — спросила она, вытирая руки о фартук.

Я посмотрел ей в глаза — спокойно.

— Мы возвращаемся. Домой. Так что да, мы местные.

В комнате было три койки. Варвара легла не раздеваясь, положив нож под подушку. Кир снял сапоги, с блаженством вытянул ноги, и через пять минут уже храпел. А я сидел у окна, глядя, как по улицам ползут ночные фигуры. Одни — ищут плотские утехи. Другие — ищут потерянные души. Третьи — ищут информацию и развлечений.

Все они — пища для тех, кто умеет ждать. Таким являюсь я в этот момент.

Я шепнул в полумраке:

— Я пришёл не умолять. И не мстить. Я пришёл забрать своё и уже понимаю, что на верном пути. Смерть… будет моим оружием. Но не целью.

И книга на столе буду поддержала меня своим свечением.

На утро я вышел один.

Варвара осталась забирать информацию у знакомых. Кир… Кир проспал. И правильно сделал. Тот, кто вечно настороже, первым теряет разум.

Я шёл по Нижнему кольцу, в сторону рынка, но не за товарами. Я искал лица. Искал глаза и союзников. И нашёл.

Первый был бывший гвардеец. Он пил в одиночку, сидя на каменном бордюре у старого казённого дома. Доспехов давно не было уже не было, скорее всего он их пропил в местном трактире. Только шрам через щеку и седина на висках, всё что осталось на память о былых сражениях.

— У тебя вид человека, который всё потерял, — сказал я.

— У тебя — того, кто ещё верит, что может вернуть, — ответил он, не глядя.

— Я не просто верю. Я уже делаю, хочешь тоже?

— Делай без меня.

Я уже собирался уйти, когда он бросил:

— Где ты собираешь их?

Я назвал улицу. Без подробностей. Если придёт — значит, готов. А если нет, то я не много потеряю.

Второй — старуха по прозвищу Мама-Нож. Когда-то держала подпольную школу для магов. Потом кто-то из клиентов сгорел во время дуэли. С тех пор её боялись, но деятельность вести запретили угрозами смерти.

Я нашёл её в подземном переходе, где пахло уксусом и смертью. Она смотрела на меня, как смотрят на неудачный эксперимент.

— Кроме всего прочего, я умею лечить, но лучше получается — калечить, — заявила она. — Ты что предлагаешь?

— Место. Где прошлое не важно и где будет иметь значение только наше общее будущее.

— Ты будешь бежать с ним на хвосте. Империя сожрёт тебя.

— Я уже был в её брюхе. Больше не страшно, а ты боишься?

Она усмехнулась. Беззубо, но немного злостно.

— Ладно, мальчик. Только я не зову тебя барином. Даже если снова станешь кем-то выше меня по статусу.

— Зови меня Пепельный.

Она прищурилась:

— Ещё и с пафосом. Ну точно псих. Я в деле.

Так шли дни.

Каждый вечер я возвращался в подвал старого храма. Приводил по одному. Иногда — по двое. Иногда — никого.

Кир ворчал:

— Ты что, армию из сломанных игрушек собираешь?

— Да, — кивнул я. — Только это не игрушки. И сломанные они не нами.

— И что ты им скажешь?

— Что у нас нет гербов прошлого, но есть ярость.

В одну из ночей Варвара подошла ко мне, когда я чертил мелом на стене первую эмблему — спираль пепла.

— Ты правда думаешь, они пойдут за тобой?

— Они уже идут. Не за мной. За шансом быть собой, а не мусором на улицах Империи.

— А ты меняешься… — сказала она.

— Нет. Я просто перестал притворяться, теперь я самый настоящий.

И вот, в один вечер, мы собрались.

В подвале старого храма — семеро. Кир. Мама-Нож. Гвардеец, представившийся Ветлан. Бывшая магичка с ожогами на лице. Мальчишка-вор. Безымянная девушка, молчаливая, с глазами, в которых что-то умерло. И я с Варварой.

Я глянул на них. Никто не улыбался. Никто не спрашивал «что дальше».

Я сказал:

— Здесь нет гербов, друзья. Нет ложного золота. Нет жадных покровителей.

Но здесь есть мы. И это самое главное!

— Кто мы? — спросил Кир.

— Мы — пепел от сгоревшей Империи. Мы — то, что не смогли добить. И мы выжили!

Я приложил ладонь к знаку на стене.

— Здесь начнётся наше новое начало. Без права на поражение и на ошибки прошлого.