Денис Стародубцев – Министерство магии (страница 12)

Я включил магбук. Интерфейс загрузился, предложив мне бесконечные потоки шифрованных данных для сортировки. Я сделал вид, что погружен в работу, механически кликая на иконки, в то время как мозг лихорадочно работал. Куда могли деться десятки сотрудников? Массовая болезнь? Нереально. Внеплановая проверка? Сомнительно. Их… ликвидировали? Мысль была леденящей, но в контексте этого места — вполне вероятной.

Часы тянулись мучительно медленно. Тишину нарушал лишь тихий шелест сенсорных панелей и чей-то сдавленный кашель. Я чувствовал себя актером на сцене, играющим перед слепой, но очень опасной аудиторией.

И тогда загорелся светодиод на моем терминале. Беззвучный вызов. «Козин М. Г. Кабинет 1. Немедленно.»

Сердце екнуло. Игра продолжалась. Я поднялся и пошел по знакомому уже коридору, чувствуя, как спину пронзают невидимые взгляды оставшихся сотрудников.

Кабинет Козина был таким же стерильным и бездушным. Он сидел за своим стеклянным столом, но на этот раз перед ним лежал не планшет, а плотный конверт из темной, почти черной бумаги. Он был запечатан не сургучом, а сложным магическим знаком, который пульсировал мягким багровым светом.

— Алмазов, — он произнес мою фамилию, не глядя на меня, его внимание было приковано к конверту. — Обстоятельства изменились. У меня для вас задание, выходящее за рамки стандартных оперативных задач.

Он наконец поднял на меня свои ледяные глаза. В них читалась не привычная холодная уверенность, а нечто немного иное. Напряженная сосредоточенность. Осторожность.

— Этот пакет, — он слегка коснулся пальцем светящейся печати, — должен быть доставлен напрямую в кабинет министра внутренних дел. Лично в руки. Никаких курьерских служб, никаких электронных каналов. Физическая передача. Вы понимаете уровень ответственности?

— Так точно, — кивнул я, чувствуя, как внутри все замирает. Министр? Это был уже совершенно иной уровень.

— Маршрут пролегает через три квартала. Вы можете использовать служебный транспорт, — он протянул мне вместе с конвертом брелок с чипом. — Но я рекомендую проявлять максимальную бдительность. Информация в этом пакете… крайне чувствительна. Её утечка будет равносильна катастрофе.

Я взял конверт. Бумага была достаточно теплой на ощупь, и от нее исходил едва уловимый звон, словно внутри гудела натянутая струна. Печать пылала на моей ладони, словно живая. И метка в груди пульсировала в такт ей.

— Задание принято, — сказал я, поворачиваясь к выходу.

— Алмазов, — снова остановил он меня. — Никаких отклонений от маршрута. Прямо туда и прямо обратно. Понятно?

— Абсолютно! — я кивнул, уже зная, что солгу.

Выйдя из здания, я глубоко вдохнул прохладный городской воздух. После мертвой тишины отдела он показался невероятно громким и живым. Я посмотрел на брелок в одной руке и на зловеще пульсирующий конверт в другой. Служебная машина? Нет. Это лишало бы меня любого шанса. Я сунул брелок в карман и решил идти пешком.

Первые несколько метров я шел, как и положено — прямо, быстро, не отвлекаясь. Мои чувства были натянуты до предела. Я сканировал толпу, крыши, окна. Ничего. Ни малейшего намека на слежку. Это было странно. Слишком тихо.

Именно это и заставило меня свернуть в первую же попавшуюся арочную проходную, ведущую в глубь тихого, почти безлюдного двора-колодца. Сердце колотилось где-то в груди. Это был чистый авантюризм. Безумие. Но возможность была слишком соблазнительной. Что может быть настолько секретно, что это нельзя доверить даже защищенным каналам?

Я прислонился к грубой кирпичной стене, в тени, куда не доносился шум улицы. В руках лежал этот черный конверт. Печать переливалась, словно дразня меня. Я попытался аккуратно поддеть ее ногтем — магический знак жёг пальцы ледяным огнем, отбрасывая мою руку. Обычная магия не сработает. Это была печать высшего уровня, привязанная к ауре получателя. Любая попытка вскрытия уничтожила бы содержимое.

Но я был не «обычным». Я был Алмазовым. И у меня были свои методы. Методы, которым меня учили в Академии и в тени, в ордене.

Я достал из ножен у пояса свой любимый кинжал. Без колебаний сделал глубокий надрез на ладони. Кровь выступила тёмной, почти чёрной в этом тусклом свете. Я сжал кулак, позволяя ей стекать на багровую печать.

Моя кровь зашипела, соприкоснувшись с магией печати и стала заливать внутрь конверта тонкой-тонкой струей.

Руки немного дрожали от напряжения, через некоторое время кровь как зашла, так же и вышла на ружу. Я поднес руку к стене, все еще сжимая окровавленную ладонь. И тогда, под воздействием моей крови, на чистой поверхности на кирпичной стене передо мной начало проступать письмо. Не чернилами, а именно тёмным, алым, пульсирующим…моей собственной кровью.

И я начал читать. Сначала не понимая, потом с нарастающим удивлением. Это был не какой-то отчет и даже не донесение. Это было было…

Глава 8

Кровь стыла в жилах. Не от страха. От леденящей, абсолютной безудержной ярости. Буквы, проступившие на стене моей собственной кровью, жгли сетчатку глаза своим смыслом. Как же я был зол, когда прочитал слова, в которые соединились буквы из крови:

«Товарищ министр. Половина сотрудников секретного отдела прошли процедуру чипирования. Со следующей половиной мы закончим на будущей неделе и тогда сможем приступить к нашей с вами операции под кодовым названием „ЗОМБИ“».

Подпись: Начальник секретного отдела, Козин.

В этот моменты мой Мозг взорвался, обрабатывая информацию. Чипирование. Операция «ЗОМБИ». Они не просто убирали нелояльных. Они превращали их в марионеток! В послушных рабов! Но… зачем? Для какой цели нужна армия зомбированных магов? Что такое они задумали?

Времени на раздумья не было. Каждая секунда на счету. Козин ждал. Министр ждал. Я судорожно сунул окровавленный лист обратно в конверт. Магия печати была возможно сломана, но сейчас было не до этого. Нужно было действовать. Сейчас было важно совершенно другое. Дойти до министра и вручить ему этот адский документ. Смотреть ему в глаза и не подать никаких признаков о том, что мне известно.

Я выскочил из здания. Дальше из двора прямиком на оживленную улицу, стараясь идти тем же быстрым, как и до этого, но уже деловым шагом. Сердце колотилось, как молот, по руке сочилась кровь, но я сжал пальцы в кулак, пряча рану. Мысли лихорадочно работали: «Успокойся, Демид. Дыши. Ты — лучший убийца этой империи. Хладнокровный ассасин. Сейчас ты просто выполняешь задание. Ничего не знаешь. Ничего не видел».

Я не заметил ю, как дошел до места своего назначения. Здание где воседал. Министр внутренних дел возвышалось мрачным гранитным исполином. Охранники на входе, уже знакомые, это были в наряде одни из моих коллег по секретного отдела, пропустили меня после сканирования пропуска. Внутри царила всё та же гнетущая, официальная тишина.

— К министру, — небрежно бросил я секретарю в приёмной, протягивая конверт. — Срочное донесение из специального отдела. Приказано передать лично в руки.

Секретарша, женщина с лицом куклы и холодными глазами, кивнула и провела меня через тяжёлую дубовую дверь, отделанную магическими рунами защиты от внешних сил.

Кабинет министра был не просто роскошным. Он был подавляющим. Огромное помещение с высокими потолками, устланное густым ковром, поглощающим любой звук. Стены были отделаны тёмным деревом, на них висели портреты предыдущих министров, чьи глаза, казалось, следили за мной. Огромный дубовый стол, похожий на алтарь, стоял у противоположной стены, залитой светом от огромного окна во всю стену. Воздух был густым и тяжёлым, пахнущим старыми деньгами, властью и… озоном от магических артефактов, расставленных по полкам.

За столом сидел Он.

Министр Внутренних Дел. Геннадий Викторович Волков. Человек-легенда по нынешним меркам. Человек-монстр. В официальной биографии — герой, поднявшийся из низов, железной рукой навёдший порядок в магическом мире. На его груди поблёскивали ряды наград.

Он не был похож на бюрократа. Это был хищник. Широкие плечи, мощная шея, коротко стриженные седые волосы. Лицо с тяжёлой, выдающейся вперёд челюстью и пронзительными, холодными голубыми глазами, которые видели насквозь. Он что-то писал, не поднимая головы.

— Войдите, — его голос прозвучал низко, властно, заполняя собой всё пространство кабинета.

Я сделал несколько шагов по мягкому ковру, остановился перед столом, вытянувшись по стойке «смирно».

— Гвардеец Алмазов, товарищ министр! Пакет от начальника специального отдела, господина Козина. Приказано передать вам лично в руки.

Он медленно поднял голову. Его взгляд, как радар, прошёлся по мне с ног до головы, на мгновение задержался на моём сжатом, окровавленном кулаке, но не подал виду. Он взял конверт, его толстые, сильные пальцы с лёгкостью разорвали его.

Он пробежался глазами по тексту. И… улыбнулся. Это была не добрая улыбка. Это был оскал волка, почуявшего кровь. Его лицо, бывшее до этого момента каменное, стало довольным, почти благостным.

— Молодец, гвардеец, — произнёс он, откладывая листок. Его голос прозвучал чуть теплее, но от этого стало только неприятнее находится рядом с ним. — Передайте своему начальнику, что меня очень радует информация, которую вы доставили. Очень радует. Работа проделана исключительная.