Денис Симонов – Домовладелец среди людей (страница 5)
Снова сел в уже изрядно поскрипывающее кресло-качалку и принялся просто прокрастинировать. Ну могу я, в конце концов, хоть иногда позволить себе расслабиться? Надеюсь, что могу. Примерно минут через минут двадцать я заметил вдалеке появившуюся в небе большую птицу, быстро приближающуюся. Но чем ближе она становилась, тем сильнее я понимал, что орнитолог из меня так себе, так как это была не птица, а самолет. Видимо, кукурузник. Я в самолетах понимаю не больше, чем в птицах. Я вышел на середину участка и стал махать этому гостю. Но тот не оценил души прекрасные порывы. Просто пролетел прямо над нашим скромным домиком и ушуршал вдаль. Кстати, при пролете через сигнализацию я почуял вторжение. Значит сигналка действует достаточно высоко в небо, так как самолет пролетел надо мной метрах в пятидесяти. И, надо полагать, от подземного нашествия мы тоже защищены. Точнее, будем предупреждены. Ну да ладно, пусть летит. Интересно, откуда он тут взялся. Я не помню поблизости аэродромы.
— Дядь Вов, что это было? Самолет? — выбежал из домика Мишка.
— Опоздал ты, мой юный друг. Вон он, уже над лесом скрылся почти, — махнул я рукой в след уже почти скрывшемуся из виду кукурузнику. — Совсем заигрался в свои игрушки.
— Да я это, не мог отвлечься. Момент очень тревожный был. — смутился парень.
— Ты смотри, чтобы твои тревожные моменты в игре не подвели нас в тревожный момент в жизни. А то вот так не сможешь отвлечься и нас схарчит кто-нибудь.
— Да вы что! Да никогда! — прям раздулся от возмущения Михаил.
— Ладно, ладно, я утрирую конечно, но сильно игрушками не увлекайся. В прокачке просядешь, Катя не полюбит.
Как всегда, когда слышал о своей неразделенной любви, Миша начинал как-то глупо улыбаться. Эх, где мои тринадцать лет... Вдруг Мишкино лицо стало очень серьезным, он испуганно взглянул на меня.
— Что такое, Казанова?
— Дядь Вов! Беда! Побежали к нашим! — и рванул к порталу.
— А ну стоять! — гаркнул я и Мишка резко затормозил. — Сначала рассказывай, что там приключилось. А просто так соваться без подготовки не позволю ни тебе, ни себе.
— Там волчонок маленький. Его сейчас дядя Петя пристрелит, если не поспешим. Побежали!
— Других опасностей нет?
— Нет, просто волчонок!
— Ну хорошо, погнали.
И мы побежали к порталу. Точнее это я побежал, а Мишкино перемещение бегом назвать никак нельзя было. Он стартанул чуть ли не с пробуксовкой на месте, как в мультиках показывают. И нырнул в портал раньше, чем я успел хотя бы половину пути пробежать. Интересно, если бы я ему доступ к замку от клетки не дал, он бы через решетки просочился или выбил бы их на одном голом энтузиазме? В момент, когда я вывалился из портала на территории завода, Мишка как раз бежал к стоявшим немного поодаль Коле и Петру.
— Дядь Петь не стреля-я-яйте-е-е-е! Не убивайте его-о-о-о! — орал пацан на бегу. И откуда столько мощи в детской глотке.
— Да не стреляю я. И не собирался, в принципе. Знаю, что наблюдаешь за нами. Вот мы и стояли, ждали пока появишься, — пожал плечами Петр.
— Но я видел, вы на него автомат свой наводили! — укоризненно сказал уже спокойным голосом подбежавший Мишка.
— Ну, а хрен ли еще делать, если он кидается на нас. А наведешь на него автомат— отскакивает, боится. Умный, зараза.
Я наконец подошел к стоявшим парням и посмотрел, о ком же они говорят они. А картина оказалась довольно интересной. Здесь лежали четыре тех самых волка, которых я раньше не удосужился посмотреть. И рядом с одним из трупов стоял маленький серый волчонок и скалился, глядя на нас. Ну как маленький... Маленький по сравнению с этими полутораметровыми в холке мертвыми зверями. А так-то волчонок был ни хрена не маленький. По крайней мере, уже выше Валенка был раза в полтора.
В принципе, картина была понятна. Но, на всякий случай, я решил уточнить.
— И что тут произошло? Откуда этот недомерок появился, — я кивнул в сторону трехглазого волчонка, на что тот оскалился персонально мне. О как, он что, понимает?
— Да сами без понятия. Вчера, когда положили эту стаю, решили пока их оставить тут, все равно лежат, есть не просят. Сегодня думали забрать их для утилизации. Но когда подошли к трупам, около одного из них лежал этот звереныш. И напрочь отказывается уходить. Ну не стрелять же его. Жалко, хоть и мутант какой-то.
— Вы мамку его убили. Он совсем один остался, вот и не уходит, — поднял на нас заплаканные глаза Михаил. И когда успел сырость развести?
— Миша, если бы Петр их не положил, то эта стая положила бы Петра с Николаем. И сейчас ты бы плакал не насчет одинокого волчонка, а насчет погибших товарищей.
— Да я понимаю, дядь Вов, — пацан вытер рукавом слезы. — Просто жалко его очень. Он хоть и скалится, но очень боится. А уйти не может. Некуда ему идти.
— Намек понял. Ладно, приручай его. Но если он сожрет твоего Валенка и передушит наших разведчиков— на цепь посажу, — после этих слов этот демоненок снова начал на меня рычать. Да откуда он слова то такие знает.
— Он не знает слов, дядь Вов, — последнюю фразу я, видимо, произнес вслух. — Он общую интонацию считывает. И как-то смысл улавливает. Тут типа телепатии, как мне кажется. Это очень умное животное. Даже не совсем животное уже. Попробую его приручить, но не уверен, что получится. С мышами и Валенком я больше подавлял их волю, навязывал себя в их хозяева, в вожака стаи. А с этим так не получится, тут больше договариваться надо.
— Ну так давай, договаривайся, — подтолкнул я в спину Мишку, чтобы тот подошел поближе. На всякий случай, сделал знак Петру, чтобы тот был начеку, если этот хищник решит кинуться на нашего дрессировщика. Петр понимающе кивнул и встал удобнее для стрельбы. Ничего личного, волчонок, но Мишка нам важнее, чем тысяча таких, как ты.
Сейчас приручение заняло намного больше времени. Около получаса Мишка сидел на корточках в двух метрах от волчонка. Тот то рычал, то поскуливал, то подползал ближе, то наоборот отбегал. Прям переговоры какие-то. Но, в конце концов, волчонок подошел к лежащему трупу своей, как оказалось, матери, лизнул ту в нос, будто прощаясь. И побежал к Мишке. Тот застонал.
— Миш, с тобой все в порядке? — спросил я.
— Да, все хорошо. Ноги затекли, помогите подняться.
Я подошел, подхватил его и поднял на ноги, придерживая, чтобы тот не упал. Волчонок в этот момент смирно сидел рядом и смотрел на нас своими желтыми тремя глазами. Двумя нормальными, третьим мелким.
— Договорились? — кивнул я на зверя.
— Ага, Джейк согласился к нам присоединиться.
— Почему Джейк?
— Да так, видел один фильм, где большого волка Джейкоб звали, — смутился подросток.— Ну а я сократил немного.
— Ну Джейк так Джейк. На него то же правило, что на всех животных действует— живет на улице, в дом не заходит. Договорились?
— Да, конечно.
Далее Колян все же собрал трупы волков. Джейк пристально наблюдал за всем этим, но не мешал. Хороший звереныш, умный.
После сбора «Органических продуктов» мы все же решили уже возвращаться домой. Хватит на сегодня приключений. Прошли в портал, вылезли из клетки. Мишка тут же отпустил своего нового питомца побегать. Да только не учел один момент. На участке уже жил один кобель. И в данный момент этот кабель радостно бежал нас приветствовать. Но, завидев конкурента, резко превратился из доброго песика в злобную тварь. Прав был Петр в своем определении при первой встрече, ой как прав. Валенок начал очень громко материться на своем собачьем языке, не решаясь, впрочем, близко подходить к Джейку. Между ними было около трех метров.
— Валенок, прекращай, — сказал Мишка. Но тот был иного мнения и решил твердо отстаивать свое право Альфа-самца. Правда, Джейк был с ним не согласен. Он не стал дожидаться, пока дворняжка успокоится. Он просто пристально глянул на того, издал какой-то горловой рык и сделал шаг в направлении «соперника». И все. Битва закончилась. Мелкий мнгновенно растерял всей свой запал, резко развернулся и, скуля, помчался, поджав хвост, куда глаза глядят. Во дает. Так, стоп.
— Мишка, а ты внушил этому потомку волков, что не стоит бегать в ту сторону? Там твой будущим дом. Точнее, открытый подвал.
— Ай, забыл! Валенок, стой! — крикнул Мишка и помчался следом. Но опоздал. Раздался визг сильнее предыдущего, потом еле слышный «шмяк» и вслед за этим мы услышали скуление. Да твою же дивизию....
Мы побежали к краю ямы, около которой уже стоял Миша и заглядывал в нее. Эх, надо было оградить чем-то. Хотя вряд ли ленточки помешали бы нырнуть этой псинке в яму. На дне, подгибая переднюю лапу жалобно скулил Валенок. Мля-я-я. Сломал, что ли. Я спрыгнул в яму, взял неудачника подмышку, схватился за скинутый мне Колей кусок веревки. После этого меня одним рывком вытащили.
— Ну что с тобой делать, тварь ты дрожащая? — спросил я, после того как отдал пострадавшего хозяину. — Может придушить, чтоб не мучался?
— Не надо, дядь Вов, пожалуйста, — попросил Мишка.
— Ну а хрен ли с ним делать? Заколебемся лечить. Я лично не умею врачевать животных. Да и людей то не умею. — я был не в самом лучшем расположении духа из-за данной ситуации. Бесит, когда из-за тупости одних страдают другие.
— Может зелье здоровья ему дать? — предложил Петр.