Денис Силаев – Крылатые 1. Легализация (страница 7)

- Наш НИИ ополченский колдует, что еще можно с этой наноманой сделать, но чудес не ждите. Лазеров из глаз не будет.

- Броня? - поднимает руку Марта.

- Подчистую срезали. Есть некий силовой контур, скорее в функции одежды. Как шерстяной спортивный костюмчик, не самый толстый. Типа если холодно вам - включайте. Или если жара - сколько-то ватт отведет, сто там или двести, но в бане жить долго не сможете. От укола рыболовным крючком или иголкой в палец защитит, и то, спасибо скажите.

- Связь?

- А как думаешь сама? - больше всего Львовича, как командира, злит обрезание связи. Какой ты командир, если нет управления войсками? - Внутри звездочки - голос и чат. Командиры звёздочек - могут с коллегами и один - наверх, к взводному. И по аналогии, так, кажется, говорят? Ротные тоже самое - между собой и наверх, ко мне. Я на выбор могу с любым, но кроме ротных - только через чат. Тут Димыч чудеса баланса проявляет, старается еще какие-то каналы из общака батальонного создать. Дэн правильно заострил, нам еще отдельно формировать все эти военные и бизнес-структуры, им наверное небольшой лимит и отдадим, впрочем, голосовать будем после прений и доклада еще одной группы.

- Прения уже идут, а по нашей группе - самоотвод. - Марта торопит комбата, всем интересно, что дальше. Умничка, обожаю ее конструктивизм.

- Аптекарскую фишку нам тоже жестко. - Комбат и сам расстроен. Наверное, хотел кого-то из своих там, в прошлом, подлечить. - Ну скажем, доктор, увидав как вы восстанавливаетесь после перелома или воспаления легких, скажет "вот это иммунитет!", но не побежит с докладом в Академию Наук в надежде получить Ленинскую Премию. Отлежаться на песочке после пули в грудь и через пару часов улететь, как Дэн сделал, ни у кого тоже не выйдет. Боль глушит хорошо, но предохранители, чтобы вы сломанной рукой в дверь долбили, жесткие. Или отключай глушилку боли или не долби. Можно силовым полем внутри тела, той частью НМЧ, что за полет отмечает, себе сосуды пережимать, но тоже не пять артерий сразу. Если ногу оторвет - лучше перетягивайте жгутом.

- Еще что-то? Еда например? - вопрос совершенно в характере Лены.

- Бог с тобой, Ленок. Мы в СССР или в голодный край отправляемся? Нет никакой еды, еда только в магазине. Но! - опять торжество в голосе, будто Львович это сам все сделал и раздавать будет. - Пространственный карман! Это то что осталось от линии доставки еды, так сказать. Покажу, занятия с ЛС проведем, хотя, принцип наверное все поняли. Вроде все.

- Есть еще кое-какие гипотезы и идеи - добавляет Медведев, но да, полетов в космос и лазеров из глаз ждать не стоит. У каждого еще есть немножко не пристроенной к делу НМЧ, экспериментируйте на досуге в свободное время. На батальонный общак не рассчитывайте, там его нам оставили как на пятерых бойцов.

Видно, что все переполнены новостями, и сейчас конструктивный разговор дальше не пойдет. Львович тоже это почувствовал:

- Предлагаю разойтись. Завтра жду предложения по созданию инициативных групп, кто кроме общественной работы будет что-то нелегальное тянуть. Если просто - кто в преступники пойдет, кто в олигархи. Кроме того, сохраним наш партизанский НИИ, будем пробовать как еще эти НМЧ хоть к чему-то пристегнуть, возглавляет Димыч. Мы постараемся этим группам несколько дополнительных каналов связи натянуть, ну и покумекаем в узком кругу по специфике каждой. Нас тут терпят до послезавтра, потом аккуратненько портируемся сознаниями, так сказать. Сегодня ночью нам переключат все функции на то, как будет в 77-ом. Завтра после обеда занятия с ЛС по пространственному карману, и всем доложить, что функции опробованы и понятны.

Сладко потягиваюсь, подзависнув в нескольких сантиметрах от земли. Даже интересно становится, кажется. В принципе, новую движуху я люблю.

- Дэнди! - Комбат наконец-то, в кои-то веки, называет меня моим боевым позывным. Мы как только сюда прибыли, напридумывали себе всяких, весьма резких и крутых, конечно. Оказалось нафиг не нужно, так как ограниченное количество абонентов сети не предполагало, что ты будешь вызывать одного Витю, а услышат еще трое. Отбросили за ненадобностью, а Львович оказывается запомнил.

- Ты как своего краснознаменного борща навернешь, постарайся не спать завалиться, а программу пиши.

- Тогда с Владом махнусь. У меня от сосисок с макаронами такая жажда деятельности просыпается, сразу понимаю, что нельзя так жить! - с улыбочкой подкалываю я безобидного Владика и чтобы не создавать толчею, аккуратно набираю высоту в семьдесят метров. Мы специально обговорили правила полета, чтобы не сталкиваться лбами при большом скоплении народа - твой эшелон зависит от азимута. Вот на семидесяти наша звездочка потихоньку и отваливает в зону постоянной дислокации.

Охотники на привале.

В лагере нас ожидал сюрприз. Хотя слово "лагерь" к просто раскатанным спальникам с рюкзачком в изголовье, в окружении кургузых деревец конечно применять не стоит, но тем не менее. В центре композиции из спальников и мешков стояла микроволновка, или что-то очень на нее похожее. Походив вокруг и поприкладывав ладони к единственной тактильной площадке на аскетичном корпусе, позаглядывали в дверцу. Ничего.

- Нам же завтра еду "из воздуха" отрубают - догадался Ромка. - Это видимо чтобы мы не голодали. Завтра активируется, наверное.

Такая гипотеза всех устроила, и мы пристроились со своими тарелками, извлеченными из воздуха.

- Влад, серьезно и без подколок, давай махнемся, меня уже от борща воротит? - предлагаю я. Влад мнется, он вообще мужик скромный, хорошо что Ленка опять выступает его берегиней, и любезно подсовывает свои перчики.

- Подождите, господа, был уговор же - напоминает Игорь Тимонин. Да, был уговор. Каждый второй прием пищи мы меняемся своей едой по кругу. Но это в боевой обстановке было заведено так, а сейчас дембель. Предложение с ходу отвергается, и начинается увлекательный торг и обмен. В результате сложных и запутанных обменов ко мне, добровольно и без принуждения, приходит роял чизбургер от Ромы (с обещанием выдать второй как НМЧ позволит, обычно в течении часа) и чашка зеленого чая с лимоном от Лены.

- Вот как откроем утром нашу полевую кухню, а там гречка с вкраплениями тушенки - предполагает Тимонин. Хороший дядька, всегда думает одновременно обо всем - о том что было, что будет и что сейчас.

- Товарищи, не об этом сейчас надо. Наша звездочка ведь попадает туда, откуда мы родом? В Ленинский район Эм О, так? Где там кто, коммуницировать как будем? Давайте уже прикидывать.

- Я на Развилке - вскидывается Лена, и тут-же грустнеет. Ну да, это место тогда было той еще жопой мира. Километров семь по прямой до райцентра, города Видное, а по дорогам так все десять. Живет, скорее всего, в избушке с удобствами во дворе, там почти вся Развилка - это вытянутые вдоль дороги домики, припоминаю я. Что она и подтверждает кратким рассказом. Да, сортир во дворе, отопление хоть газовой колонкой, но продолжают готовить на печи. Комната своя, папа тракторист и мама доярка, классика жанра. Оба непьющие, нормально все в семье, телевизор, два холодильника, радиола. Есть младший братик. Из больших обломов - нет телефона, она очень переживала, говорит, что все детство.

Рома как и я из Видного, только если я обитаю в историческом центре, Старом городе, то он на Дальнем Проспекте. В принципе не такой он и дальний, все Видное - городок небольшой тогда был, километра два наверное по медиане. Но в те времена от меня на Дальний Проспект - это практически экспедицией считалось. Там был очень интересный магазин "Для дома и спорта" - Мекка мальчишки, который увлекался рыбалкой, походами или еще чем таким. У Ромы двушка в панельном доме, отец бросил, мама технолог на заводе и сестра на год младше. Располагает своей комнатой.

Владик тоже недалеко, в Расторгуево. Расселенная общага, унылое место, я припомнил. Единственный сын, папа где-то на железнодорожной станции, мама дома. Ну как дома: недалеко, дворами пройти, маленькое подсобное хозяйство, курочки-капусточка, в общем, гоняли тогда Владика во всю в помощь. Что-то продавали на колхозном рынке, но не хватало все равно, потому что папа обожал борьбу с зеленым змием. Комната своя, но как-бы не своя, так как к маме часто заезжает многочисленная родня откуда-то издалече, и гостевые койки для тети Раи и бабы Зины практически не пустуют. Там во всю процветает натуральный обмен, что-то таскают целыми баулами туда и сюда, продукты, какую-то шерсть, мед. Что это было и зачем, Влад категорически не понимал, потому что ни велосипеда, ни магнитофона, ни каких-то модных вещей он в детстве не видел, а ремонта в квартире не делали сколько он себя помнил.

- А кем ты был в 2015-ом?

- Навесы на заказ для машин делал. Поликарбонат, профиль стальной. Сварка, покраска. Два таджика на подхвате. Могу пристроечку к дому, крыльцо там.

Отлично, нам нужны независимые и рукастые. Все нужны. Записываю все в наш внутренний чатик. Имена, телефоны у кого есть, адреса и имена родителей.

Игорь тоже в Видном. Улица Лесная, в единственной на тот момент пятиэтажке, остальное тоже частный сектор кругом. Я сразу напрягся, так как в те году улица Лесная считалась филиалом Шанхая. Как-то получалось что жил там один криминальный элемент, почему-то. Вообще городок у нас мирный, но...