Побежали втроём до речки…
«Взрослый – дети» одни словечки.
Никакой нет, поверьте, разницы,
Где ты бегаешь эти станции,
С кем ты в миг ощущаешь детство, —
После речки холодной греться,
Запускать в небеса змеюку,
А не злиться на жизни муку.
Бессонница
Объясните моей кровати,
Для кого она каждой ночью
Предусмотрена редкой сволочью
Не пускать до утра в объятья?
Покажите ночным прообразам
Пустоту из искомых век.
В бочке сахара ночью Гек
Словно солнышко светлым волосом
Озаряет ночную комнату
В полудрёме пустынных стен
Разукрашенных. Ночью тлен
Через тернии звёздным молотом
Скалит лезвие, тянет в комнату,
Провожает напором взгляда
От окна до угла парадной.
Сколько смысла за этим омутом?
Ноги чувствуют чьё-то марево,
Оно явно гостит у странника.
Запрягай в колесницу санника,
Нам с тобой ещё разговаривать.
Химикадзе
Фактор сцепленной осторожности
Не подвластен оценке факта.
Химикадзе – удел безбожности
Ожидания после акта.
Я торможу, когда знаю: надо.
Мчу, если хочется и поётся.
Нет, не будет нигде преграды,
Раз на то указало солнце.
Если время моим скитаньям
Усмириться, искать причалы,
Значит скоро немая тайна
Вспомнит, как корабли качала.
По волнам не люблю скользить,
Мне по скалам взбираться проще.
По краям есть тугая нить,
Хоть и волны сулили больше.
Это – в огненном танце тело
Разжигает на небе звёзды.
Ночь вокруг разойтись успела,
Накрывает глазастый город.
Чёрный веер до дрожи в пальцах
Промелькает оконным светом.
Я хотел бы с тобой остаться.
Что ты скажешь в ответ на это?
«Хотеть бы себя представить…»
Хотеть бы себя представить
Мне в центре другой Земли.
Как нежный и тихий дактиль
Врывается первым в три,
Как пузо печёт собаке,
Деды обсуждают брус,
Как вишней пахнуло сзади,
Как сел воробей на куст.
И как утепляют крышу,
И как стал сугроб травой, 
