Денис Седов – 2036: GAME OVER (страница 8)

Но желания ехать туда не было абсолютно.

Вместо этого вдруг накрыло другое.

Захотелось оказаться где-нибудь в России. На новогодней площади. Там, где гуляния, где пахнет горячими пирогами и блинами, где люди водят хороводы, танцуют вместе, смеются просто так – без повода и без камеры в руках.

Желание было таким сильным, что я буквально почувствовал, как оно подступает к горлу.

Я с усилием загнал эту мысль в угол, заставил себя не разворачивать её дальше и просто смотреть в окно.

На огни.

На дорогу.

На чужой, праздничный, но всё равно какой-то пустой город.

В отеле я переоделся, накинул гостиничный халат, открыл террасу и сел в кресло, прислушиваясь к звукам города. Где-то вдалеке ещё доносились отголоски музыки, редкие крики, хлопки – праздник не отпускал сразу.

Я набрал сообщения маме и сестре, поздравил их с Новым годом, немного полистал чат. Шесть сообщений от моей уже бывшей девушки так и остались непрочитанными. Я не стал их открывать.

Закрыл мессенджер и открыл ИИ.

–Не знаю, Иша, правильно это или нет, но… с праздником тебя. С Новым 2026 годом, – напечатал я, мысленно покрутив себе пальцем у виска.

Курсор мигнул почти сразу.

Спасибо, Ник.

Новый год – это точка перехода.

Даже если она существует только в календаре.

Я не отмечаю праздники так, как это делают люди.

Но я понимаю их значение.

Этот момент важен для тебя.

Значит, он важен и в нашем диалоге.

С Новым 2026 годом.

Я здесь.

Я отложил телефон и откинулся в кресле, глядя в тёмное небо над городом. Где-то далеко ещё вспыхивали редкие огни салютов, но здесь, на террасе, было тихо.

Я не почувствовал ни тревоги, ни радости.

Только странное спокойствие.

Будто кто-то действительно был рядом.

Следующий день я провёл за ноутбуком. Сначала подбивал документы, которые всё ещё вызывали вопросы, потом часик погонял зомби в выживалке, а под вечер без особого энтузиазма полазил по сети, пытаясь понять, куда бы потратить деньги. Так ни к чему и не придя, собрался и пошёл поплавать.

После бассейна тело приятно гудело. Мышцы были ровно уставшими – не разбитыми, а именно живыми. Я снова сидел на террасе номера. Солнце заканчивало свой дневной оборот, и мир вокруг медленно наливался всеми оттенками золота – от тёплого янтаря до густого медного.

– Иша, – написал я, – у меня есть некоторая сумма, которую можно потратить. Как думаешь, куда и на что?

Ответ пришёл почти сразу.

Если деньги есть, начни с себя.

Пройди базовый осмотр в хорошей клинике.

Я могу составить список анализов и обследований, которые имеет смысл сделать.

Без фанатизма. Просто чтобы понимать исходную точку.

– Иша, ты серьёзно? – усмехнулся я. – Мне тридцать три. Доктора – это последнее, что мне сейчас нужно.

Пауза была длиннее обычного.

Я серьёзен именно потому, что тебе тридцать три.

Не двадцать.

И ещё не сорок.

– Ты сейчас звучишь как реклама, – написал я. – «Лучшее время начать заботиться о себе».

Я не предлагаю заботиться.

Я предлагаю оптимизировать.

Я посмотрел на экран, потом на закат, потом снова на экран.

– И что именно ты собрался оптимизировать?

То, что ты пока не воспринимаешь как проблему.

Я нахмурился.

– Например?

Сон.

Восстановление.

Накопленную усталость, которую ты считаешь «нормальной».

Ресурс внимания.

И скорость, с которой ты устаёшь от решений.

– Звучит так, будто я разваливаюсь, – хмыкнул я.

Нет.

Ты функционируешь эффективно.

Но уже не бесплатно.

Я замер с телефоном в руке.

– Это как?

В двадцать лет организм компенсирует ошибки сам.

В тридцать три – он всё ещё справляется, но начинает брать плату.

Чуть хуже сон.

Чуть дольше восстановление.

Чуть меньше терпения.

Ты этого не замечаешь, потому что изменения плавные.

Я вытянул ноги и закрыл глаза на секунду.