Денис Рубцов – Сонъ какъ мѣра пониманiя (страница 4)
***
Знакомый, когда-то работавшій окружнымъ совѣтникомъ, считалъ своей обязанностью какъ можно чаще напоминать о томъ, что человѣку всегда нуженъ тылъ. Ребёнкомъ, слушая его слова, улыбался и кивалъ головой. Тылъ, – говорилъ онъ, – это всегда увѣренность, увѣренность и начало всѣхъ началъ. Только изъ-за вспомнившагося совѣта диванъ рѣшено было поставить именно къ торцовой стѣнѣ и никакъ иначе.
Ещё же на стѣнѣ висѣлъ старенькій гобеленъ съ полупрожжёнымъ изображеніемъ революціи. По комнатѣ раскинутыми были нѣсколько книгъ, а стоявшій горшокъ съ фикусомъ дополнялъ безпорядокъ.
– Какъ вчерашняя прогулка? – спросила у меня она.
– Почти обычно.
Она нарѣзала тонкими ломтиками переспѣлыя яблоки, смѣшала съ тёртымъ сыромъ, что оставался съ позавчерашняго дня, и лишь затѣмъ залила грибнымъ соусомъ.
– Давай поужинаемъ? – предложила мнѣ она.
– Только если совсѣмъ немного.
***
По дивану изъ разорвавшагося бумажнаго пакета раскатились апельсины.
– Опять трахалась съ рыночникомъ?
– Замолчи, не твоего ума дѣло.
Хоть она и была шлюхой, называвшей себя проституткой, но денегъ съ каждымъ днёмъ ей становилось явно мало.
– Что ты глаза на меня вылупилъ?
– Думаю.
– Ищи работу, а не слоняйся по городу. Больше пользы будетъ.
– Кому?
– Идіотъ.
Иногда она кричала, но, какъ и денегъ, такъ порой и силъ переставало хватать. Поэтому почти каждый вечеръ обезображенная хриплымъ голосомъ безоглядно сбѣгала изъ дома.
***
– А если я тебѣ кое-что разскажу, ты будешь меня любить?
– Смотря что.
– Нѣтъ, ты отвѣть.
– Ты чего сегодня такой глупый? Конечно, буду.
– Я знаю, гдѣ есть деньги.
– Гдѣ?
– Въ томъ домѣ умалишённыхъ, откуда ты меня вытащила.
Когда-то тамъ били, было больно, но слѣдомъ приходила привычка; какъ и привычка къ лѣкарствамъ. Однажды, стоя за изгородью, увидѣлъ въ витринѣ какого-то магазинчика нѣчто сверкающее. Тайкомъ выбѣжалъ, но было холодно. Тогда и замёрзъ бы, но пришла она и спасла мнѣ жизнь. Иногда она объ этомъ напоминаетъ.
– Деньги? Откуда тамъ деньги?
– Пожертвованія.
***
Сегодня мы идёмъ туда.
***
Пятый день болитъ голова, всё сильнѣе и сильнѣе.
Деньги было достать несложно, такъ какъ многія двери не закрывали. И вообще, теперь она за меня гордится.
Тогда же вечеромъ рѣшили немного отмѣтить.
Весь день гулялъ и кормилъ голубей. Шёлъ дождь, обивая слабые кленовые листья.
***
Пьютъ ли кофе съ добавленной ложечкой коньяка. Къ полуночи одного лишь кофе показалось мало, и она сильно напилась коньякомъ. Оставилъ её спящую на диванѣ. Ко всему прочему она обмочилась и поэтому пришлось её раздѣть. Оказалось, что у нея тамъ не всё такъ, какъ у меня. Провёлъ рукой, но было гладко. Когда случайно пальцы прошли ещё глубже, стало страшно, и я накрылъ её одѣяломъ.
Сегодняшній день ходилъ возлѣ желѣзнодорожныхъ путей, а когда ушедшій послѣдній вагонъ оставилъ гудѣніе въ рельсахъ, я, прислонившись ухомъ, слушалъ. Сердце громко стучало.
«Ты у меня хорошая» – всегда шепчу ей на ухо.
***
Пока она спитъ, выйду на крышу дома встрѣчать разсвѣтъ. Вѣдь теперь есть чѣму улыбнуться.
***
Исторія съ нѣкоторыми продолженіями, о которыхъ не были написано нигдѣ, развѣ что въ протоколахъ полиціи.
Съ нимъ гораздо проще вышло. Разбился. Глупо, но и равновѣсіе, и слабая черепица сыграли не въ пользу. Она же послѣ его смерти почти не выходила изъ квартиры. Сосѣди порой отчётливо слышали ея ругань, что-то о прочтённомъ дневникѣ, ублюдской похоти. Рѣже и рѣже слышали ея хриплый голосъ, ея ночные стоны съ криками. Теперь мужиковъ она водила къ себѣ просто такъ – не могла отвыкнуть. Черезъ недѣлю послѣ его смерти умерла и она. Полицейскимъ недолго пришлось искать причину. Тотъ диванъ, что кто-то выставилъ наружу, былъ пропитанъ пролитой ртутью.
Рѣка
Тёплыя руки ровно лежатъ на скатерти. Гуще обычнаго вино, а та угрюмая рѣка, что поодаль, въ одночасьѣ стала пасмурнаго цвѣта.
– Рѣка, что исчезаетъ, какое время движетъ тобой?
– Ничего-то она тебѣ не отвѣтитъ.
– Придётъ время – отвѣтитъ.
– Какъ же.
– Ты только не сомнѣвайся.
Передъ глазами есть домъ. Тёплыя бревна и нѣсколько оконъ, самоваръ на угляхъ и ржавая щеколда. Рѣку же слышно вездѣ.
– Слышно.
– Не забылъ?
– Куда тамъ.
– Прояснится.
– Уже.
Приплывётъ отраженіе луны, ещё ближе прибьётся беззавѣтный стукъ сердца, а свѣтъ съ небесъ будетъ радовать.
– Разглядишь?
– Доплыву.
– Заглянешь?
– Прикоснусь.
– Въ вѣтрѣ и волнахъ?