Денис Пылев – Темный кристалл (страница 15)

Тем временем минотавр не делал никаких движений, спокойно глядя на приближающегося соперника. Подойдя ближе, вампирша отметила десятки шрамов, будто сеть вен, исчертивших предплечья и морду противника. Его нарочитое спокойствие сбило бы с толку другого противника, но за плечами Паолы были сотни лет опыта и сотни схваток. Она улыбнулась про себя и, вытянув руку с тьягой в сторону минотавра, стала обходить его по кругу против солнца. Сидевшие в клетках бойцы кричали, отпуская шуточки в её адрес, но она лишь улыбалась и с каждым шагом сокращала дистанцию.

Шаг. Еще. И, внезапно — резкий рывок вперёд и в сторону, спровоцировав молниеносную контратаку лабриса, опустившегося с неправдоподобной скоростью. Следовало ожидать, что наставником в подобном месте будет боец с экстраординарными способностями. Минотавр тем временем не «провалился», а тут же нанес горизонтальный удар, со свистом рассекая воздух. Паола, отпрянув, пропустила лезвие, ощущая холодок рассекаемого воздуха, и тут же нанесла удар крест-накрест, срывая дистанцию. Но минотавр, словно ожидая такого развития событий, ударил назад навершием топорища, на котором алчно блестел стальной шип. Попади такой удар в тело, можно смело звать жрецов для отпевания. Вампирше пришлось прогнуться, опершись рукой на песок, а её противник, перехватив лабрис одной рукой, нанес широкий круговой удар, вложив в него, наверное, всю свою мощь. Паола, не ожидавшая, что столь массивный противник будет двигаться с такой скоростью, вынуждена была рухнуть спиной на песок и тут же кувырком уйти от тяжёлого сапога «звереголового».

Минотавр, усмехнувшись, снова пошёл в атаку, не давая ей опомниться. Он использовал секиру необычно — острыми рогами не рубил, а колол, нанося быстрые, смертельно опасные тычки. Лабрис, словно пушинка, летал, будто не весил ровным счётом ничего. И Паола решила сменить тактику. Использовать Когти она не могла, как и не могла жёстко встретить атакующую сталь. Подобное сразу же поставило бы вопрос о её нечеловеческой природе, а ей нужно было до конца миссии изображать человека, со всеми слабостями его недолговечного тела. Дождавшись очередного выпада, она, перехватив тьягу второй рукой за незаточенную часть, подбила лабрис вверх и, шагнув вперёд, ударила ногой минотавра в колено. Не ожидавший подобного трюка, соперник зашатался, и Паола, развивая успех, ударила другой ногой еще раз в то же колено. Взревев, минотавр опустился на одно колено, сравнившись ростом с вампиршей, и она от души врезала ему кулаком в нос. Голова Эрдано дёрнулась, и красные капли веером разлетелись по песку арены. Паола тут же отпрыгнула назад, отдавая себе отчёт, что сыграла грязно, и может в ответ получить что-нибудь в том же духе. От камер не доносилось ни звука, над ареной повисла предгрозовая тишина, которую неожиданно нарушили звуки смеха.

— Хорошо! Вот это хорошо! — Пророкотал, поднимаясь на ноги, минотавр, и его звериная морда расплылась в усмешке. — Грязновато, но то, что нужно этим кровососам.

И, видя непонимание на лице Паолы, добавил:

— Зрителям. Я имел в виду чёртовых зрителей, а не кровопийц. Те хоть не устраивали подобного.

— Откуда ты можешь знать, Эрдано! Не думаю, что тебе уже стукнула тысяча лет. — Вампирша оперлась на тьягу, но всё еще сохраняла дистанцию.

— На моей родине мы не забываем своего прошлого. У нас есть многое из прежних эпох. Но меня всегда интересовала Ночная империя.

— Занятно, — ответила Паола, оглядывая клетки с притихшими бойцами. Кто-то из них был камлоком. Но кто, забери его Тьма?!

Тем временем служители арены, всё так же сохраняя молчание, вышли, оставив бойцов без своего пристального внимания.

— В какую клетку усесться мне? — Буркнула вампирша, хмуро оглядывая ржавые решётки.

— Это не казарма, как тебе, наверное, уже поведал Кыст. Здесь воины расходятся, избегая соблазна вцепиться друг другу в глотку до боёв. А некоторые, чтобы не дать себя убить. Из страха перед настоящим действом, — добавил минотавр, видя недоверие на лице Паолы. — Представь себе, и такие попадаются. Но это скорее исключение из правил. Чаще всего это осужденные, либо провинившиеся перед хозяевами этой клоаки. Да, вот тут, кстати, есть один. Из этих. Которые говорят, что не могут проливать кровь. Но завтра её прольют все. Так или иначе.

Усмехнувшись своей собственной философии, минотавр отправился к противоположному выходу с тренировочной площадки:

— На сегодня всё, задохлики. Отдыхайте! И начистить снаряжение. Иначе завтра поставлю в пару с Полумёртвым.

Последнее замечание как нельзя сильнее взволновало Паолу. Судя по рассказам её «дружка» Тарвина, отказывающимся драться могла быть и его подруга. Других вариантов у неё не возникало. Кыст тем временем проревел команду, и двери камер распахнулись. Бойцы нестройной толпой двинулись в ту сторону, откуда пришла Паола с зазывалой. В этом дивном смешении рас и народов, найти искомое было попросту невозможно, и вампирша решила отложить поиск до ужина. Ей досталась пара приветственных окриков и усмешек, но краем глаза она заметила и неприветливо поджатые губы. Но странным образом, её это только развеселило. План почти сложился у неё в голове.

В казарме она приметила пустующую кровать и двинулась к ней. К удивлению, на соседней койке разместилась бившаяся с релкатом женщина, которую минотавр назвал Минервой.

— Неплохо для соплячки, — добродушно ухмыльнувшись, произнесла она, садясь рядом.

— Неплохо для старухи, — в тон ей парировала Паола. — Впервые вижу такое оружие.

— И то правда, — усмехнулась её собеседница, любовно протирая ветошью лезвие клинка, осматривая его на предмет трещин и выщерблин. — Моего Зимородка не встретишь в этих краях. Я забрала его у одного халифатца, уже очень давно. И с тех пор мы путешествуем вместе.

— А сюда ты как угодила?! — не удержалась от вопроса Паола.

— Тебе ведь, по-настоящему, нет никакого дела до того, кто я и что здесь делаю, — внезапно грубо прервала её женщина. — К чему это любопытство? Завтра нас могут поставить в пару, и мне придется тебя убить, несмотря на все твои трюки. А это проще сделать с тем, с кем до этого не делился слезливыми историями из жизни. Поэтому ложись и отдохни. Силы тебе очень пригодятся, причем совсем скоро.

Паола, не удивленная реакцией женщины-воина, спокойно скинула сапоги и улеглась на кровать, не раздеваясь, оставив под рукой тьягу так, чтобы дотянуться в любой миг. Она еще хотела спланировать завтрашний день, но сон оказался противником выше её возможностей и вырубил её с одного удара.

Побудка была, на удивление, щадящей. Свист и окрик Кыста выдернули бойцов из объятий богини снов. Ворча и поругиваясь, воины потянулись в умывальню. Взбодрить себя под струями холодной воды. Всё это время вампирша исподволь наблюдала за повадками соратников «по несчастью». Орки были спокойны, выступали с достоинством, не спешили вперёд, как некоторые из людей. Их более дикие собратья, видимо, уже бросились в драку, но эти, как видно, уже давно находились среди людей. Так что научились сдерживать свои инстинкты.

Кх’мис, наоборот, забился в угол, поблёскивая оттуда глазами. Его хрупкое телосложение могло ввести в заблуждение любого неопытного путешественника или бойца. Паола знала, что тонкие, покрытые зелеными разводами руки, неимоверно сильны. А пальцы заканчивались когтями, которые в атмосфере боя или опасности напитывались ядом, выделяемым железами кх’миса. Но это еще не все! Длинные волосы, напоминавшие иглы дикобраза, на самом деле таковыми и были. Мечом их не перерубить, а в бою они оживали, мечась по плечам своего хозяина, словно выводок змей. Паола пока выделила его как наиболее опасного противника.

Следующим был баргач. Редкий гость в этих краях. Огромный, размером с тролля, он мог сломать спину даже боевому мамонту. Правда, для этого его нужно было изрядно разозлить. Как воины, баргачи ценились в первую очередь за свою силу и выносливость, позволяющую сражаться даже со стрелой в груди. Одет он был в широкие штаны и кожаный нагрудник, который, кажется, вообще не снимал. Чем он будет сражаться, можно было и не гадать. Это будет что-нибудь, вроде выломанного с корнем дерева.

С танами Паола была хорошо знакома. Отличные бойцы, особенно в пешем строю. Их Стена стала головной болью для многих командиров, оказавшихся по другую сторону баррикад. Суровые северные края рожали суровых людей. Их земли были скудны и не урожайны. Поэтому разбой и грабёж шли рука об руку, начиная с момента, как юный тан смог поднять нож. Кровавые, разорительные набеги танов, не боящихся даже вампиров, заставляли относится к ним серьезно.

К моменту, когда один из «стражей-надзирателей» позвал всех на завтрак, в казарме снова появился Кыст, теперь вместе с вербовщиком:

— Ну что, ребята! — Возопил он, как только головы стали поворачиваться в его сторону. — Вот и пришел час, когда кто-то из вас покроет себя неувядающей славой, а кто-то отправится на корм червям. Ешьте! Пейте! Как будто это всё в последний раз!

— Заткнулся бы ты, Руджвельд, — оборвала его разглагольствования Минерва, снова с утра начищающая свой меч. — Тошно слушать. Толкни свои бредни новичкам. Может, тебе даже поаплодируют!