Денис Петриков – Огребенцы (страница 79)

Женя отмахнулся от очередного назойливого комара и страдальчески провёл рукой по кармашку на поясе. В нём лежала спасительная баночка с пахучим средством, которое надёжно отваживало зловредных насекомых, но пользоваться которым было пока нельзя.

- Главное, верно оценивать каждый этап событий и не вовлекаться в них с головой, - ответил философ на замечание гопника. – Наша задача из охотников сделать жертву. Получится ли, это другой вопрос.

- Не вовлекаться с головой? Да мы как-бы во всем этом уже по самые уши, - скептически скривился Коля, - я вообще не понимаю, как местные согласились на всё это и почему не додумались сами?

- Почему согласились ответить не сложно, выбора у них особого не было - это раз, и, если сделать всё правильно, неудача означает не более чем бегство из деревни, это два. Конечно, если всё пройдёт без сюрпризов. Я, кстати, не сильно надеюсь на успех, - почесал небритость Женя. – А почему сами не додумались? Да в голову им не пришло подобное. Ты же видел, как трепетно они относятся к местным традициям и законам. Вон, даже гоблинов без нас бить первыми боятся. К тому же мы принесли с собой новые возможности, с которыми задуманное стало выполнимо.

- Слишком много «если», - поморщился Коля, - пусть и наивным план не назовёшь. Чёт сёдня холодно, или я так рано не вставал ни разу?

На замечание товарища философ поёжился: климат в этом мире был мягким, однако сегодняшнее утро выдалось прохладным, градусов двенадцать. Эрита уже рассказала товарищам о местных сезонах и оказалось, что они очень похожи на земные, только продолжительность периодов несколько иная, да и в целом год ощутимо длиннее земного. Средняя температура зимой редко опускалась ниже плюс пяти градусов днём и нуля ночью. Снег редкость, но вот дожди с градом частые гости. Конечно, речь шла об этой части мира. А вот лето оказалось копией земного, разве что влажность была ниже, а дожди летом шли в основном по ночам.

- В деревне вот-вот всё начнётся, - произнёс Женя и посмотрел на опушку леса. В тени деревьев дежурили четверо ополченцев, ещё шесть человек стояли в дозоре на ключевых позициях, готовые с помощью специальных свистков предупредить о приближении врага.

- Ладно, париться всё одно бесполезно, - пробурчал Коля и закрыл глаза, желая проверить комментарии наблюдателей. Но закрыв, быстро открыл и выдал:

- Фигасе, меню 2.0 накатили!

- Что? – слился шёпот Жени и Эриты. Девушка сидела в траве здесь же, рядом, но в разговоре не участвовала. Она чутко прислушивалась к окружающим звукам и, в отличие от товарищей, не отвлекалась от этого важного занятия.

- Я чувствую, мы сегодня узнаем массу интересного, - растянул гопник рот в улыбке чеширского кота, - главное, чтобы путешествие на респ в этом «интересном» отсутствовало…

**

Тем временем в деревне полным ходом заканчивалась подготовка к началу операции. Ей бы очень подошёл слоган: «Волнуйся, но действуй», ибо волновались все. Сохранять спокойствие было сложно, если вообще возможно. Ещё бы, ведь предстояло правдами и неправдами отправить на тот свет около двух сотен гоблинов и сделать это следовало в самые сжатые сроки!

- Что они делают? – удивилась Марина, с недоумением наблюдая, как ополченцы осторожно укладывают в хитрую метательную установку большую плетённую корзину в форме шара сантиметров шестидесяти в диаметре.

За последние два дня деревенские собрали четыре небольших требушета. Хотя Юра первое время искренне считал метательные установки катапультами, но многознающий Женя доходчиво объяснил ему различие между этими устройствами:

«Требушет использует энергию противовеса, - указал философ на тяжёлый каменный блок закреплённый в конструкции, - а катапульта и баллиста сопротивление натяжения».

Собранные деревенскими устройства обладали весьма скромными размерами, ведь снаряды предполагалось метать не особо тяжёлые.

Сейчас молодые люди расположились на той самой ступеньке с внутренней стороны частокола, которая позволяла удобно вести обстрел и дозор окружающих деревню полей. Они поглядывали на подготовку местной артиллерии и периодически осторожно высовывались, изучая дозорный пост гоблинов. Хотя по сути никакого поста и не было.

Монстры сидели за грубо сколоченными деревянными щитами и дотошно следили за деревней с помощью разнокалиберных окошек в своём «бастионе». Укрытия гоблинов находились метрах в шестидесяти от частокола и тонули в высокой позолочёней солнцем ржи. Из-за опасности пожечь посевы, пришлось оставить соблазнительную идею закидать осаждаюших сосудами с горючей смесью.

- Это ульи с пчёлами, - пояснил Юра девушке назначение складываемых рядом с требушетами плетёных корзин, - такие висят над многими домами на длинных шестах. Ты разве не видела?

Марина закивала.

- Они закусают монстров насмерть? – с надеждой спросила она.

- Вряд ли. Максимум чего мы этим добьёмся, это подпортим гоблинам настроение.

Марина с сомнением оглядела подготовку. Два десятка живых снарядов принесли к частоколу с разных концов деревни. Скептицизм в её взгляде не ускользнул от молодого человека.

- Я тоже сомневаюсь в эффективности, - кивнул Юра, - но мы постараемся задействовать все доступные для деморализации противника средства.

- Как-то у нас всё сложно, - вздохнула Марина.

- Да ничего сложного, сейчас сама всё увидишь.

Две трети военных советов целительница проспала в гостинице, а оставшуюся треть проспала непосредственно на самих советах. Чётко девушка поняла лишь свою персональную задачу: «Надо будет много лечить и не заработать при этом ментальное истощение».

Наконец началось. Взведённый ополченцами требушет перекрутил рычаг метательного механизма и отправил корзину в полёт. Снаряд бухнулся в траву, перелетев цель метров так на пятнадцать – двадцать. Однако ополченцам понадобилось всего три выстрела, чтобы четвёртый снаряд упал если не на головы монстров, то в паре метров от их укрытий точно. Насколько не понравилась пчёлам стрельба ими из метательной установки, и считают ли они виновными в своих злоключениях гоблинов, отсюда понятно не было, так как из-за щитов пока никто не высунулся. Ещё молодые люди знали, что синхронно подобный обстрел начали по остальным трём гоблинском постам вокруг деревни.

Командир деревенского ополчения поймал Юрин взгляд и кивнул.

«Жаль Эриты рядом нет, даже парой слов с местными не перекинуться. Но ничего, прорвёмся», - подумал про себя Юра.

На кивок Сатара, он вскинул арбалет, взвёл тетиву первым курком, достал из чехла на бедре болт, вложил его в направляющую канавку, вдавил, защёлкнув специальными зажимами и начал прицеливаться в гоблинские «укрепления». Прицела у Четвёртого сокровища тьмы не имелось, но направляющая канавка была выполнена таким образом, что глядя вдоль неё можно было довольно точно задать направление выстрела. Да и это уже не сильно требовалось стрелку: сделав несколько тысяч выстрелов, но начал чувствовать направление предстоящего полёта болта и без тщательного прицеливания.

«60 метров, да я в жизни ни в кого не попаду. Если они не вылезут из-за щита, это жопа!» - закрутились в голове тревожные мысли.

Руки моментально отреагировали на сомнения мелкой дрожью. Юра нервно вздохнул и постарался собраться. Щит, за которым сидели монстры, был не маленьким, но требовалось уложить болт на высоту чуть менее метра.

«Да ты не волнуйся, ты стреляй!» - сказал в голове новый Юра, что родился и креп в этом мире, постепенно отбирая «власть» у Юры прошлого.

Щёлк - арбалет выбросил болт в сторону деревянного щита. До ушей стрелка донёсся приглушенный удар твёрдого предмета о дерево.

Первый курок, болт, новый выстрел.

О, как прекрасен этот звук! – из-за щита раздался отчётливый гоблинский визг.

Сместить цель на метр, первый курок, болт, прицел, выстрел.

Тишина.

Ещё на метр, первый курок, болт, прицел, выстрел.

Болты прошивали доски и небольшие поленья гоблинского укрытия словно картонную коробку. Новая порция болезненных завываний. Требушет отправил к цели очередную корзину. Юра ясно увидел, как запущенный в полёт улей с пчёлами попал, как говорится, «в яблочко». Ещё три выстрела из арбалета.

- Гидери фатаринг (гоблины побежали) – коротко прокомментировал развитие событий Сатар, обращаясь к отряду лучников из пятнадцати человек. И правда, трава справа от щита выдала своим движением перемещения противника. Ополченцы отточенными движениями выхватили стрелы из поясных чехлов, натянули короткие, но тугие луки и дали залп по глади высокой травы. Которая и не трава вовсе, а стебли зерновых культур, посеянных вокруг деревни. В высокой растительности стрелки не видели цели, да и попадание с такого расстояния являлось скорее удачей, но это сейчас было не особо важно. Главное, чтобы враг засуетился и пришёл в движение.

Сатар жестом привлёк внимание молодого человека и движением руки указал на запад. Юра, узнав заранее обговорённый знак, сорвался с места и помчался ко второй точке «пчеломётов», что портили жизнь ещё одному гоблинскому посту. Сатар и Марина направились за ним, но без лишней суеты. Первый отряд лучников остался вести неприцельный огонь по подозрительному колыханию высокой травы. Пока всё шло по плану: зажаленные пчёлами гоблины потеряли веру в надёжность своего укрытия и решили отойти подальше.