Денис Петриков – Огребенцы (страница 40)
Ещё обидно было то, что он - Юра, в той беседе в основном помалкивал. Говорил в основном Женя и, как ни странно, Коля. Гопник недвусмысленно намекнул, что он — гопник с секретом, или «Гопник редкий — сильно развитый». Оказалось, что он знает наизусть массу стихов Пушкина. То есть выходило, что сельские гопники Пушкина знают, а суровые геймеры нет. И декламируя эти стихи, Коля умудрился выдавить слезу у Артура и Эриты, так как Русский язык «в руках» Пушкина оказывается невероятно хорош.
«Ладно, - вздохнул Юра, - всё равно мне с Эритой не по пути и надо с этими вздохами завязывать».
На этом, довольно мудром решении, он заснул крепким, почти беспробудным местным сном.
**
- Юра-а-а! Юра! Да просыпайся ты наконец! – чуть ли не плакала Марина, тряся и расталкивая спящего. – На город напали!
- А-м-м-м, У-м-м-м, - бормотал молодой человек, не желая выныривать из упоительного спокойствия.
Но вернуться в спальню общежития всё-таки пришлось.
- М-м-м?
- Не м-у-у-у, а собирайся давай!
Молодой человек зевнул, сдёрнул с себя одеяло и сел на кровати. Девушка на это возмущённо пискнула и быстро отвернулась.
Пребывающий в сонной контузии Юра начал оглядываться и обнаружил себя сидящим на матрасе в голом виде. Рядом, спиной к нему, стояла насупившаяся Марина и что-то недовольно ворчала.
- Что стряслось? – попаданец осмотрел полумрак комнаты и принялся натягивать на себя балахон.
Койка Жени, что обычно спал у окна, оказалась пуста. И дабы придать вес Марининому ответу, со стороны моря донеслось непонятное бухтение. Что-то вроде громких, но далёких выстрелов.
- На город напали с моря, я не знаю подробностей. Меня разбудила Туен, она ждёт нас у выхода из здания.
Стоило девушке закончить фразу, как в открытую дверь спальни вбежал взволнованный жрец и, яростно жестикулируя, начал указывать руками в сторону выхода.
- Напали? – растерянно переспросил Юра. - А нам это, защищаться не надо?
Данный вопрос ввёл Марину в ступор. Действительно, вроде бы попаданцам, как лицам гражданским, необходимо спрятаться, и надеятся на действия лиц военных. С другой стороны, из обрывков информации следовало, что лица они вроде уже не гражданские, а какие-то третьи - непонятные. Прикинув свои боевые возможности, девушка яростно замотала головой и ответила:
- Прятаться надо Юра, что мы сделаем…
Здесь молодой человек понял, что действительно влюбился, ну или как минимум крепко запал, так как подсознание мгновенно достало с полки образ Эриты и подняло вопрос о необходимости озаботиться её судьбой. Здравый смысл подобные глупости немедленно пресёк, резонно заявив, что желающие озаботиться судьбой дочери лорда найдутся и возможностей свою заботу реализовать, у них будет поболее чем у него. Как минимум для этой роли существовали родители и вооружённая до зубов охрана резиденции. Однако бежать спасать «принцессу» всё-таки пришлось.
- Надо посмотреть, что пишут Наблюдатели, - чуть подумав, произнёс Юра и закрыл глаза.
Наблюдатели озадачили. Нехорошо озадачили…
**
Чёрный наблюдатель: - Сегодня умрёшь либо ты, либо Эрита…
Белый наблюдатель: - Отсиживаться не стоит.
**
Какое-то время Юра тупил. Наконец «шестерни закрутились».
«Я ведь здесь не умру насовсем, да?» - растерянно подумал он.
- Идём уже! – поторопила его взволнованная Марина.
- Что пишут твои наблюдатели? - натягивая ботинки, спросил её молодой человек.
Девушка от этого вопроса подвисла, но после закрыла глаза.
- Пишут:
**
Чёрный наблюдатель: - Колю бы поддержать и не только морально…
Белый наблюдатель: - На улице опасно.
**
Юра, победив ботинки, принялся чесать голову, после обратился к Марине:
- Это, помнишь мы обсуждали за ужином, что при смерти временные бонусы скорее всего сгорят. Как у тебя дела со сном?
- Ты же знаешь, хорошо.
Товарищи, обсудив недавно вопрос местного сна, с удивлением обнаружили, что Марина по ночам практически не «мучается». Когда она начинала бездельничать, тьма внизу становится более пугающей и враждебной, но не более. Обычно же, девушка просто поднималась повыше от неприятной во всех отношениях бездны и в блаженстве отсыпалась до утра. А о вызывающих ледяной ужас щупальцах она вообще узнала исключительно от товарищей.
- Женя с Колей также говорили, что спят нормально, - подытожил Юра, - а вот у Туен, похоже, всё плохо. Ты наверно это, передай свой бонус Коле, а я свой передам Туен. Заодно выясним, как оно работает.
Марина кивнула и закрыла глаза. То же сделал и Юра. Внезапно табличка статуса ярко мигнула и в ней появилась новая строка.
**
Ваша удача увеличена на 1. Время действия бонуса - одни астрономические сутки.
**
И действительно, показатель удачи увеличился до четырёх.
- Коля только что передал мне свой бонус! – выпалил молодой человек, оторвав девушку от процесса созерцания статуса.
Марина на это захлопала глазами.
- Значит всё серьёзно, - чуть подумав, подытожила она. - И ты правильно говоришь, надо перечислять.
Молодые люди опять закрыли глаза и принялись осваивать возможности местного «интерфейса». Всё оказалось просто, однако Юра пыхтел над передачей бонуса минут пять, правда, исключительно из-за страха что-то напутать. Наконец, после сосредоточения на надписи и представления симпатичного личика кореянки, табличка подмигнула вспышкой и его бонус исчез. Марина давно управилась со своим и с нетерпением ждала товарища.
Закончив, Юра вскочил с кровати и принялся собираться. Впрочем, сборы заключались в том, что он одел на плечо сумку, взял фиал, вынул из-под матраса «золото партии», точнее совместные запасы карцибела, закинул всё это в сумку, после взял Арбалет и два десятка болтов к нему. Пошаманив над крышкой приклада, попаданец закинул в артефакт четыре шарика карцибела добытых с портовых «крыс», чего по его расчёту должно было хватить на шесть - семь выстрелов.
- Ты что? - охнула девушка, наблюдая акт боевой подготовки.
- Марин, - серьёзно, но неуверенно, начал Юра, - у меня что-то вроде одиночного квеста от Наблюдателей. Я это, сбегаю кое-куда, а потом к вам вернусь. Но ты со жрецом иди, ладно…
Ничего более не слушая, молодой человек бросился к двери, столкнувшись в ней с Туен, которая посмотрела на него удивлёнными и слегка испуганными глазами.
На происходящее глядел удивлённый жрец, который дожидался их сборов. Как-либо задерживать Юру он не стал. Марина на такое поведение товарища недовольно сжала кулаки и ринулась в женскую спальню одевать кольчугу, которую ей, в смеси гордости и мук жадности, недавно передал во временное владение Юра.
***
«Нет, ну это надо такое выкинуть! «Квестик» ему, видите ли, выдали…» - кипятилась про себя Марина, спеша на северо-запад города. Туда, где богатой отделкой красовались особняки состоятельных граждан.
Девушка она была не глупая и прекрасно понимала, куда отправился «герой - любовник».
Корень её возмущений крылся не в положенной закону жанра неразделённой любви. Не было её и всё тут. Просто Марина была очень доброй и отзывчивой девушкой и откровенно переживала за товарища. Заодно, начинающая целительница не осознавала всю серьёзность происходящей ситуации: ну бухает что-то в порту и бухает, пусть местные разбираются, а она лишь сбегает в район знати, убедиться что с Юрой всё в порядке и только.
По упомянутой выше причине, лишь только Юра ушёл, девушка поднялась в женскую спальню и надела на себя кольчугу, отчего немедленно превратилась в блестящую свечку. Дабы нежелательный блеск скрыть, поверх кольчуги была накинута тонкая шерстяная накидка. После она схватила обломок посоха или точнее просто короткий посох, который Женя в мастерской чуть обрезал, устранив место грубого слома, и слегка придал окончанию округлую форму, после чего артефакт частично вернул свои свойства. Смысл в посохе имелся, ведь стоило взять его в руки, как расход маны снижался, время применения магии сокращалось и ко всему уменьшалось требование к концентрации. Да и на край можно было врага по лбу треснуть, что в случае Марины, с её метр шестьдесят роста и сорока килограммами веса, тот ещё фокус.
И сейчас, поглощённая смесью возмущения, нетерпения и страха попаданка летела к поместью. Пушки то грохочут. И знать бы ей, что ещё до первого залпа к берегу пристали два отряда нападающих, из которых один, человек в триста, высадился западнее порта, там, где высокая набережная заканчивалась, и начинался пологий берег моря. Задача данного отряда заключалась в блокировании квартала богатых граждан и взятии заложников. Ведь квартал знати связи с подземными коммуникациями не имел, и требовалось перехватить добычу до того, как «птичка упорхнёт из клетки». Вторая группа, около двухсот пятидесяти человек, получив сигнал от отряда ассасинов, которые безжалостно вырезали гарнизон форта, высадилась на территорию порта.
И ладно бы на этом всё, но чуть позже, с началом обстрела, третья группа из двух сотен пиратов высадились на восточной окраине города. Быстро приведя в техническую негодность пушки восточного вспомогательного форта, они, быстрым маршем через город, достигли ратуши, дабы заняться транспортировкой её архива в порт, который, к тому времени, должен основательно перетряхнуть занявший его ранее отряд. Город в целом пиратов не интересовал совершенно: зачем лить ненужную кровь, да и лишний раз рисковать собой. Основными целями значились ратуша, порт и район знати.