Денис Петриков – Огребенцы (страница 14)

Поддавшийся панике Юра умудрился на рефлексах перекрутиться ногами вперёд и упёрся в какую-то кочку, отчего был незамедлительно поднят на ноги тяговой силой добычи. В этот момент у него хватило ума, или чего-то более глубинного, не бухнуться на землю снова, а обрести равновесие и дёрнуть. А весил Юра поболее гоблина, который до этого тянул его не массой, а силой. Роли мгновенно поменялись: теперь уже молодой человек тащил паникующее существо в сторону. Монстр хрипел и оттягивал верёвку длинными пальцами, пытаясь сохранить приток кислорода в лёгкие.

Практически обезумев, попаданец протащил монстра через площадку и ринулся к одинокой сосне, что криво вилась по пологому дну оврага. Имелся ли в его действиях расчёт или сработал какой-то шаблон неизвестно. Он минул дерево, взял в сторону и «пришвартовав» гоблина к стволу, ринулся по кругу, обматывая врага имеющимися в распоряжении тремя метрами верёвки. И это получилось удачно, второе кольцо перехватило шею гоблина поверх пальцев и стало эффективно душить.

«Я убиваю живое существо!» - сообщила внезапно проснувшаяся жалость.

Но здесь молодой человек встретился с гоблином глазами. Взгляд противника был наполнен таким количеством ненависти и ярости, что жалость не хуже разума поняла, что, если монстр вырвется, они очень быстро поменяются местами. Из-за чего Юра лишь сильнее натянул шнур, который уже успел местами стереть кожу на пальцах.

Гоблин яростно крутился, но лишь усугублял свою участь. Всё закончилось также внезапно, как и началось. Противник обмяк и затих. Юра подержал верёвку натянутой ещё с минуту, не для надёжности, а скорее от мандража и страха. После он обессиленно опустился на землю, задрожал и заплакал.

Колени болели, балахон напитывался кровью из расцарапанного бедра, кровь текла из носа и чувствовалась во рту. Да и вообще вид попаданец имел пыльный и помятый, что волновало его сейчас в последнюю очередь.

Первые слёзы только катились по щекам, как в нём уже боролись несколько сил. Бывший геймер содрогался от всего того риска, в который он влез и в котором запросто мог погибнуть. В противоположность ему, некий новый Юра приказывал старому собраться и не распускать сопли. В этой душевной борьбе молодой человек поднялся с земли и отошёл немного в сторону, пытаясь успокоиться и отдышаться. Посапывая, он принялся ошарашенно оглядываться. После уставился на монстра. Ничего не происходило.

«Он же должен, это, исчезнуть…»

Однако тело гоблина, что пустил слюну из приоткрытого рта, и не думало исчезать. Поверженный, он смотрел куда-то в бок, полными застекленевшей ярости глазами.

Всё ещё потерянный от произошедшего, Юра отвязал верёвку от запястья и отошёл от врага к площадке перед пещерой. Несмотря на победу, он откровенно не знал, что делать дальше. Растерянность эта была вполне понятна: при жизни молодой человек ни разу не участвовал даже в подростковой драке, точнее участвовал, но били исключительно его.

«Обыскать пещеру?»

Рука потянулась к поясу за топором и тут Юра понял, что топор остался там, в ветвях рядом с козырьком. Он уже собрался было карабкаться за ним, но здесь от дерева с примотанным к нему монстром донеслось непонятное бульканье.

Молодой человек обернулся и заметил лишь, как беловатая масса быстро впитывается в землю. Он подошёл к месту схватки и оглядел ствол с обвисшей вокруг него верёвкой. В глаза бросились лежащие в примятой траве две небольшие бусины – синяя и красная. Маленькие, чуть больше горошины. Рука потянулась поднять их, но замерла. С юга, со дна оврага, донеслись гортанные крики. Юра поднял голову и увидел метрах в сорока от себя двух бегущих вдоль ручья гоблинов. И бежали они в его сторону!

«Ваш не копаный огород!» - пронеслась в сознании неприличная фраза.

Один из гоблинов держал в руке ржавый топор, а другой размахивал внушительного вида дубинкой.

«Достать топор с козырька?! Нет, надо бежать!»

Задыхаясь, Юра припустил вверх по отвесному склону. Уже на середине подъёма он помянул своё тело многими нехорошими словами: ноги проскальзывали по траве и с трудом поднимали его наверх. Приложив неимоверные усилия, попаданец, под барабанный бой выскакивающего из груди сердца, умудрился выскочить из оврага раньше, чем его успели настигнуть гоблины.

Рядом с ухом что-то просвистело, оглядываться беглец не стал и ринулся по краю оврага к развалинам города. Судя по сопению, гоблины не отставали, а то и сокращали дистанцию.

Сопя и задыхаясь, но не теряя темп, молодой человек выскочил на площадку перед развалинами. Плечо обожгло болью. С трудом сохранив равновесие и способность бежать, он, подгоняемый страхом, рванул ещё быстрее. Не разбирая дороги, Юра бросился к остаткам домов, выбирая наиболее короткий путь к лесной тропе. Дорогу ему перегородил невысокий бортик разрушенной стены. Он постарался перескочить через стену и даже весьма резво прыгнул, но здесь, в не менее резвом прыжке, его догнал и обхватил за плечи один из гоблинов. Непутёвый искатель приключений моментально потерял равновесие и, во второй за сегодня раз, грохнулся на живот, жаль в этот раз мягкую землю «подстелить» забыли.

Далее произошло нечто! Поверхность под двумя сцепившимися телами захрустела и падение продолжилось. Прокрутившись от неравномерности проваливания, Юра, после короткого полёта, грохнулся на спину. Точнее не на спину, а на вцепившегося в него гоблина. Тот взвизгнул и захрипел.

Обезумевший молодой человек принялся рвать из кобуры болтавшийся под мышкой кинжал. Кое как совладав с оружием, он извернулся, неуклюже обхватил рукоять двумя руками и начал, пыхтя и плача, вгонять лезвие во всё ещё контуженного гоблина.

Тот вскрикивал и дёргался, чёрная кровь немедленно начала заливать всё вокруг. А Юра исступлённо бил и бил кинжалом уже явно мёртвое тело. Здесь силы начали покидать его. Остановившись, он начал отползать спиной назад от поверженного гуманоида, ёрзая ногами по залитому кровью полу.

Внезапно стало ясно, что день не задался совершенно и не задался - очень мягко сказано. Из темноты на ошарашенного попаданца набросилось нечто и вогнало в его бёдра длинные чёрные когти.

Юра понял, что все физические боли, испытанные им до этого, были детской сказкой. А после на мгновение пришлось забыть и о боли. На него, сверкая рядами зеленоватых глаз, уставилась помесь Хищника и Чужого. Монстр разинул пасть, открыв взгляду то ли зубы, то ли ряды солидного размера швейных игл. По барабанным перепонкам ударил чудовищный, переходящий в ультразвук, визг.

Здесь тело попаданца уже собиралось отключиться в целях протестировать местную смерть и последующее воскрешение, как обстоятельства, случай, идиотизм, удача, а точнее коктейль из всего перечисленного, вмешались в происходящее.

На ужасное существо сверху бухнулся второй гоблин и начал дубасить «инопланетянина» топором. Когти моментально покинули Юрины ноги и впились в грудную клетку гоблина. Длина иглообразных отростков намекала - долго гоблин не проживёт. Зелёный попытался ударить врага топором по голове, но «чужой» молниеносно перехватил рукоять оружия зубами и с глухим треском перекусил её.

Юра, превозмогая боль, а точнее толкаемый ею, выставил перед собой кинжал, который, как ни странно не выронил от боли и шока, но о котором совершенно забыл при виде когтистого нечто. Выставив оружие перед собой, он пыхтящим тараном вогнал кинжал в спину твари, на которой уже красовалась пара глубоких зарубок от гоблинского топора.

Тварь извернулась и, проявив необычайную силу, отбросила попаданца в сторону. Гоблин тем временем затих, и когтистая «хрень», оставив помеху, поползла к полуживому подростку. Сопящий от страха Юра, с ужасом наблюдал, как монстр медленно переставляет крокодильи лапы, с каждым шагом приближая его смерть. Внезапно тварь конвульсивно дёрнулась, как-то даже жалобно пискнула, завалилась на бок и замерла.

Непонятно почему сознание всё ещё держалось в Юрином теле. Мозг сверлила идущая от конечностей боль, молодой человек чувствовал, как жизнь мучительно медленно вытекает из раненых ног. При этом, даже с перспективой воскрешения, умирать не хотелось совершенно. Накатила волна острой тоски и беспомощности. До слуха донеслось уже знакомое бульканье. Туша «Инопланетянина» побелела, приобрела прозрачность и быстро впиталась в камни пола. На её месте остались кристаллы - красный и синий, они слабо мерцали в дневном свете, что лился из дыры в потолке. Эти были куда крупнее чем с первого убитого гоблина, вытянутые, где-то с пол мизинца длиной.

Вот только трофеи сейчас оказались на последнем месте. Юра принялся панически соображать, перебирая варианты возможных действий.

«Статус, посмотри статус!» - мелькнуло в голове.

Он зажмурил глаза, но за веками оказалась лишь темнота, табличка не шла. Наконец упрямая светлая рамка появилась. Не став читать надписи, которых явно стало больше, попаданец сразу направил внимание на замечания наблюдателей.

Чёрный «нехороший любитель нетрадиционных отношений» оказался в своём репертуаре, так как графа Чёрного наблюдателя лаконично сообщала: «Обнимаясь с Гидресом ты обделался», а вот «Белый наблюдатель» писал непонятное: «Используй красный кристалл!»