Денис Назаров – Татуировка (страница 54)
– Как будто что-то должно случиться. Я… я… конечно, не знал, что такое произойдет, но как-то в эти дни хотелось мне быть рядом с ним, прощения попросить за прошлое… Но я так и не решился. Теперь вот прошу, каждый день прошу, да толку-то?
– Я думаю, он слышит вас.
– Просто… Я не был хорошим отцом. Заботился, конечно, пытался всегда помочь, но я был слишком… чужим, что ли, слишком был на себе повернут… Извините, что я вам все это говорю.
– Ничего. Если вы не хотите, чтобы эта запись попала в книгу, я не стану ее включать.
– Нет, делайте, как считаете нужным…
– Так все-таки? Было что-то, о чем вы можете вспомнить?
– Он мне сказал, накануне того дня, как это случилось. Сказал, что любит меня.
– Больше ничего… Просто сказал, что любит и знает, что я люблю его. А я не ответил, растерялся…
– Я только надеюсь, что это не навсегда. Я готов поменяться с ним местами! Лишь бы он снова стал как раньше. Чтобы он проснулся.
Глава 30
Продолжение разговора – Страшное предложение – Неприятие
Оба молчали. Смолин смотрел в стену, и на его лице застыло выражение глубокой задумчивости. Кажется, он совсем забыл, что в комнате есть кто-то еще. Андрей же с ужасом представлял, как тяжело было этому человеку находиться здесь в полном одиночестве, в изоляции, да еще и когда в твоей голове постоянно крутятся обрывки образов из обеих реальностей. Как он это пережил? Как продолжает держаться? За что он вообще цепляется?
– Я много думал обо всем этом плане, – прервал молчание Смолин, – о том, как действовал Москарев, как выбирал своих жертв. Ведь вначале я полагал, что его выбор, ну, или выбор Бездны – случаен.
– Это не так? – спросил Андрей.
– Все убитые Москаревым были хорошими людьми. У них не было каких-то темных пятен в прошлом. Кто-то занимался благотворительностью, кто-то заботился о больном родственнике; сын Антона Михайловича изучал какие-то проблемы экологии, серьезно хотел связать с этим жизнь. Все эти люди… ну, они обычные, может, чуть-чуть лучше некоторых, чуть больше других старались, чтобы вокруг стало приятнее жить. Они не заслужили этого.
Андрей сочувственно вздохнул.
– Знаешь, я очень устал, я давно хочу покинуть это место, но лишь одно меня удерживает. Понимание того, что стоит мне уйти отсюда и – Бездна заберет меня. Я давно не думаю о спокойной жизни, как и о жизни вообще, я бы и рад обрести покой, просто умереть, но пока есть Бездна, мне это не светит.
– Почему она так вцепилась в вас? – спросил Андрей.
– Не только в меня. Наверняка она чувствует угрозу. Все же я отец Лизы, а именно Лизу она выбрала. Возможно, конечная цель Москарева была убить и меня, до того, как его поймают, но что-то изменило его планы. Иногда я думаю, что уже тогда Лиза… часть прежней Лизы смогла как-то повлиять на планы Бездны, но теперь…
Смолин печально посмотрел на Андрея, и в голове парня зародились жуткие догадки. Столь страшные, что он не хотел и думать о них, но они упорно заполняли голову, подобно незваным гостям.
– Почему она? Почему вообще все это должно было случиться здесь? Со мной? С нами?
– Вряд ли этому есть какая-то причина, – ответил Смолин. – И этот кошмар происходит не только здесь. Он повсюду. У меня нет ответа, почему Бездна выбрала Лизу. Но это случилось… Ты должен понять: я сейчас прошу не за себя, мне уже все равно. Да, мне покой не светит, но ты должен понять меня! В другой ситуации я бы сдался, вышел бы отсюда, и пускай Бездна делает со мной что хочет, но дело не только во мне. Дело во всех нас. Я не герой, но понимаю, что иногда приходится чем-то жертвовать ради общего блага. Знаю, звучит банально, но все же это правда.
– Я не совсем понимаю вас, – сказал Андрей.
Смолин вздохнул, потер ладони друг о друга, опустил голову.
– Ты ведь давно тут, у нас дома. У вас с Лизой что-то есть?
– Выходит, так, – ответил Андрей.
– Ты любишь ее?
Андрей надолго задумался и наконец выдавил:
– Да.
– И я по-прежнему люблю ее, хоть мне и пришлось признать, что моя дочь уже не та, кем была раньше. Мы не можем убить Бездну, по крайней мере, я не знаю способа. Но мы можем снова помочь ей уснуть.
– Как? – дрожащим голосом спросил Андрей. Он уже догадался, каким будет ответ и не хотел его слышать, однако снова повторил: – Как?
Смолин молчал.
– Убить ее? – прошептал Андрей.
Смолин закрыл глаза и кивнул.
– Нет. Нет. Нет! – вскрикнул Андрей и вскочил с дивана. Пружины заскрипели. – Это же полный бред!
– Я тоже люблю ее, – сказал Смолин. – Люблю больше всего на свете и поэтому прошу тебя сделать это.
– Вы не можете просить меня об этом! – выкрикнул Андрей. – Она же ваша дочь! Вы же сами только что говорили о любви, о том, что мы жестоки, и теперь… Вот к чему мы пришли?!
Он принялся ходить кругами, разглядывая серые стены. Как же они его теперь злили – злила вся эта серость, эта ветхая комната, этот человек на стуле… Хотелось броситься на него. Скинуть со стула и разбить ему лицо. Уничтожить его, этот мир, Бездну и всю ту абсурдную реальность, что она создала.
– Прости, ты прав, – сказал Смолин. – Я не имею права просить о таком. Но я не из эгоизма прошу! Подумай, что случиться со всеми. С твоими родными, друзьями…
– Не надо давить на жалость! – выпалил Андрей.
– Прости.
– Это не может быть правдой! – воскликнул Андрей, остановившись наконец. – Все это какой-то дурацкий сон. Вся эта Бездна, Мать, секта. Сучий Москарев! Это же бред!
– Я знаю, но, к сожалению, это по-настоящему.
– Даже если все, что вы говорите, – правда, – сказал Андрей, подходя ближе. – Даже если Бездна и завладела Лизой… Это все еще она. Ваша дочь любит меня, она помогала мне, она любит вас, ищет вас… Вы вообще слышите, что говорите?!
– Ты же понимаешь, зачем она меня ищет? Ей не нужны даже мизерные угрозы, а ты – просто инструмент!
– Да какая вы угроза? Чему?! Что вы можете сделать, сидя тут?
– Влиять на Лизу, – Смолин пожал плечами. – Я и сам не знаю. Правда. Я не способен вернуть дочь. Я могу только сказать тебе, как покончить с этим. Но, как я уже сказал, если этот мир рухнет, быть может, мы заслужили это. Просто… просто всегда хочется получить еще один шанс.
– Я… – Андрей запнулся. – Я знаю, что она со мной честна. Чувствую это, нравится вам или нет.
Смолин вздохнул и поерзал на стуле. Он прятал глаза. Только теперь Андрей заметил, что на щеках его блестят слезы.
И тут Андрея осенило.
– Подумайте, – сказал он. – Если не вы, то кто помог мне попасть сюда? Кто сделал копию дневника и оставил подсказки?
– Лиза бы не смогла сделать идентичную копию, – ответил Смолин.
– А Бездна?
Тут Смолин поднял глаза на Андрея, и на мгновение в них будто промелькнуло понимание.
– Пожалуй, она могла бы, но зачем? – сказал Смолин. – Разве что… Бездна хотела, чтобы ты получил дневник, чтобы он помог найти меня…
– И вот я тут, – ответил Андрей. – Но выбор за мной…
Смолин промолчал.
– Бездна знает, где вы прячетесь. Так почему она сама не вызволит вас отсюда? – спросил Андрей.
– Она не может. Здесь не может.
– Но могу я?
– А станешь?
Андрей промолчал. Вернулся к дивану и уселся.
– Значит, вот как… – сказал Андрей. – Вот так все и сходится! Поэтому Лиза просила найти вас, подсунула этот дневник, записку… Значит, она и вправду не та, кто есть? Может, будь она настоящей, даже не обратила бы на меня внимания… – Андрей грустно усмехнулся. – То-то у нас все слишком гладко складывалось.