Денис Мальцев – Катарсис: Слияние Судеб. Слияние Первое. Пространственный Вор (страница 4)

– Мы здесь закончили, Матиас, уходим. Если он сам ничего не помнит, то правила ему пояснят и без нас! Счастливо оставаться, братец. Не думаю, что ты жаждешь скорой встречи! И не думаю, что она вообще настанет! – мой Белый «брат» встал, отряхнул руки – хотя он ни к чему не прикасался – и пропал из моего поля зрения. Я всё также таращился в потолок, и с усилием моргал. Глаза, казалось бы, высохли, даже им не хватало жидкости, язык вообще прилип к нёбу. Солёный вкус крови только разжигал и без того бурлящую во мне жажду.

– Не думай, что на этом всё для тебя закончится, тварь! Ты будешь жалеть! Жалеть каждый день своей страдальческой жизни, что ты здесь! А смех, какой ты когда-либо издашь, будет только сардоническим! – рыкнул рогатый Матиас и, пнув меня на прощание так, что меня отбросило на добрый метр и перевернуло на живот, ушёл.

«Да куда уж хуже-то» – болезненно подумал я.

Надеюсь, мне теперь дадут спокойно умереть, шевелиться я сейчас очень боялся. Может быть, хоть сон спасёт?

Что вообще со мной происходит? Помню, как уснул в кровати с девушками, или это видение?

Я схожу с ума.

Уснуть не получалось. К тому же, мне не дали достаточно времени на попытки перейти в состояние сна. Кто-то аккуратно перевернул меня на спину и даже помог мне сесть, на твёрдый уголь, неприятно впивающийся мне в ноги. Мужчина в грязной изорванной одежде со слипшимися русыми волосами, худой, но не от голодания, мышцы присутствовали и жилистый, да широкоплечий.

– Эй, поднимайсь, здесь лучше не кимарить – умрёшь, почём зазря! Либо, кому-то из старших Ямы это не понравится, – сказал он мне тихим голосом.

– Где мы вообще? Почему нельзя отдыхать? – сипло прохрипел я?

– Как? Ты должен знать бы. Этот вот человек с рогатым телохранителем, это ж Руфус Картек! Главный шпион Востока!

Вот это новость. Вот только мне ничего не говорило его имя, но кричало о нём его положение и то, что он состоял со мной в близком родстве, не помешавшем ему, впрочем, засадить меня сюда. Но для главного шпиона, ему бы не помешало не расхаживать по таким местам.

– Кажется, я потерял память, – ответил я.

По-моему в принципе лучший способ узнать что-либо, это притворство беспамятным. К великой неудаче, так оно и случилось. Я действительно не помнил ничего о том, кто я такой.

– Крепко же тебя приложили, видать, – он прощупал мои ноги и руки, я даже оттолкнуть-то его не мог, – Кажисть, переломов нет, на первый взгляд. Значит, повезло! Хуже, когда поломан! Говорю тебе! Точно хочешь знать, где мы?

Я кивнул.

– Мы сейчас в Яме-тюрьме в столице вэстерийского королевства Стортхолма. Худшего места в этом зассатом королевстве не сыскать! Эт, тебе всяк из местных, едрить их, подтвердит! Человек этот в белом – Руфус – ушлый тип, на поводке сидит у короля нашего Даррианна, рвать его светлость и сияние! Мы тута все, иль изменники, иль клятвопереступники, иль ещё гниль какая. Нас пытают, времени от времени, потому как мы многое знаем. Но, покуда жить хотим – молчим, сколько можем. Даже друг другу не выдаём ничего! Ты верно вообще чешуйка из драконовой шкуры. Знатен, то бишь, донельзя. Я подслушал, что шпион называл тебя братом, а раз брат родной упёк сюдыть, страшно даже воображить себе, что ты наворотил. Он-то точно знатный, имеет целое герцогство в соседнем королевстве. Главное, местным не рассказывай, шоб не сдали до того, как самого поломают, – он всё тараторил и тараторил, я едва успевал улавливать смысл его слов.

Уж слишком этот человек подозрителен, а я даже отогнать его не в силах. Я сплюнул сгусток крови на уголь, закапав свою измочаленную, пропитанную бурого цвета пятнами коричневую рубаху.

– Погоди-погоди, столько всего в раз рассказываешь! Мужик, почему отдыхать-то нельзя? – спросил я.

От потока новой информации у меня голова закипела, да так, что на мгновение забыл о боли. Яма для политических заключённых, пытки для выяснения обстоятельств того, что зэки знают, знания, благодаря которым заключённые и живут. Ах да, а ещё брат шпион. И человек, якобы доверчиво настроенный, при всём при том, уже знает, что я брат этого Руфуса Картек. Хотя сам советует другим о себе не рассказывать. Он-то кто такой, если уже знает обо мне многое.

– Дыть, потомушт, не выжить так. Мы, шоб день прожить, добываем руду особую в этом мешке дырявом, а покуда не добудем ничего, то и жрать не положено. Главное правило выживания здесь – работать. В начале и в конце дня обмен руды на еду, по-иному нас и не кормят. А ещё, велика вероятность, что еду у тебя отберут, так со многими делают! Уж больно много тут старших!

– Тебя как звать-то? – спросил я.

Ну вот, ещё и какие-то местные авторитеты, что очевидно. Куда ж без этого в тюрьме.

– Меня Аэн Кирд звать, а тебя?

– Приятно, а меня Ж судя по всему, Марк – ответил я, переваривая в голове новое имя. Если уж он знает моего брата, то и моё имя для него не новость.

При этом я что-то почувствовал в глубине сознания, будто это имя действительно моё. Очень странно, в любом случае, я не планировал здесь задерживаться – привыкать к этому имени точно не собирался. Судя по всему, мне совсем необязательно надевать на себя маску беспамятства, ощущение где-то в подкорочках мозга всё отчётливее давало понять, что Марк сам потерял память, скорее всего от увечий.

– Здорово видать тебя шарахнуло или шарахнули, коль не помнишь ничего! – усмехнулся Кирд.

– Ты-то, как сюда попал, Аэн? – спросил я, снова осматривая его подозрительные повадки.

– Да-а, гнусная история получилась, – отмахнулся он, – Я ведь, што, мужик простой, не там, где надо оказался, когда Даррианнские псы пришли. Не в том графстве уродился. У нас ведь как, над долиной Кратогора, граф Тор Тирайд правит. Мужик он, конечно, ладный, со всем управляется, но эта, как её, етить, атветвенность же лежит на нём, за то, где графство стоит, – но говорил он со вполне непритворной горечью.

– А где оно находится? – Заинтересовался я, – Почему такая ответственность на графе?

Раз уж я ничего не помнил, то решил для себя узнать как можно больше, вдруг что пригодится,

– Так ведь как, где? Неужель, можно всё так забыть? Эх, голова! Да, графство-то наше, почитай, ценное самое в Вэстерии, коль стоит ни много ни мало, между Севером и Востоком. Пропускной пункт, почитай, к тому ж наш. Тут и дураку понятно, что это стратегически важный пункт.

Попробовал приподняться – дико больно, но подполз к ближайшему камню. Вокруг слышались звонкие удары кирок о камень. Люди, мало чем отличающиеся от Аэн Кирда, такие же грязные и выморенные голодом, работали, дабы добыть себе еды. Темнота застилала глаза, но не настолько, чтобы не разглядеть то, что здесь пребывали в заточении порядка ста или даже ста двадцати человек. Находились среди них такие, кто не работал – они группами расхаживали по выдолбленным в стенах каменным ярусам. Это, по всей видимости, и есть те самые «старшие».

Яма имела три таких Яруса – или два, если не считать первого – всего на пару метров возвышающегося над землёй. Ярусы располагались на противоположной от входа стене и создавали собой полукруг, из чего выходило, что под ними создавалась небольшая яма, похожая на арену.

Боковым зрением видел, как Аэн Кирд из долины Кратогора, внимательно сверлит меня очень умными глазами. Также внимательно и глубоко он созерцал и людей, занимавших положение на Ярусах Ямы. А стоило мне повернуться к нему, как его взгляд оперативно сделался заискивающим и глупым.

– Послушай, Кирд, у меня складывается впечатление, что ты, либо где-то заливаешь, либо гораздо умнее, чем кажешься. Не пойми меня неправильно, я могу притворяться перед всеми, что ты действительно глуп. Но один на один можем быть честны. Так наши взаимоотношения сложатся продуктивнее. Понимаешь?

Он осмотрелся по сторонам, заметил, что вокруг нас никого и продолжил вполголоса, накренившись ко мне и выдержав небольшую паузу:

– Хорн тебя дери за глазастость! Что сказать, язык за зубами не держу или взгляд выдаёт. Поработаю над этим! Послушай меня, Марк – я не тот, кем кажусь и тщательно это скрываю. Умники тут долго не живут! А мне бы спокойно отсидеть, да прожить подольше! Так что, и тебе не советую болтать попусту. Держи всё, что сказал при себе. И не кичись огромным умом! Он тут к ущербу!

– Не только слова, Аэн Кирд, но и жесты и взгляды! Увы, тебе ещё работать и работать над маской глупого человека! По поводу совета – это угроза? Меня не очень-то пугают подобные заявления, дружище.

– Ты сейчас не в том положении, чтобы так реагировать на то, что я тебе говорю! Я знаю о тебе очень многое, Марк Картек, к примеру шо развалился то, как калека сратый, за работу давай! – мимо нас прошли два уставших мужика с носилками забитыми рудой и Аэн Кирд тут же замолчал.

Я смотрел на этого человека с нескрываемым отвращением. Очень бы хотел сейчас прописать ему «лоукик» с ноги, но как же сильно одолевала беспомощность.

– Послушай меня, ты, артист больших и малых театров, если ты думаешь, что знаешь обо мне многое, вынужден мягко огорчить тебя. Я не такой, каким ты меня знал! Я думал, ты здесь за полезным знакомством и до сего момента я был не прочь сделать это обоюдным. Но теперь, мы вернёмся к этому разговору в другое время. А пока, говори, что тебе от меня нужно и проваливай! – прохрипел я, – Ты же не просто так вылизываешься поблизости с моей персоной?