Денис Лукашевич – Темный гном (СИ) (страница 16)

— Важное сообщение, Магистр! — Хорас не стал утруждать себя церемониалом и примостился на стуле для гостей. Проклятый холод уже щекотал спину ледяными пальцами. Оруженосец, подчиняясь движению руки Магистра, скрылся за дверью. — Да и не тот это недуг, что поддается лечению. Сами знаете, сколько средств опробовано, остается лишь уповать на Свет…

Только Хорас мог позволить себе такое панибратское обращение к Магистру, ибо он неизмеримо давно, как уже кажется сейчас, служил в отряде Железного Дровосека — сильнейшего и искуснейшего паладина, никогда не снимавшего сверкающие доспехи и рубившего врагов, подобно тому, как лесоруб валит столетние деревья. За что он, кстати, и получил свое прозвище. Это был тот самый отряд, что самоубийственно штурмовал Горгонад вместе с небольшой компанией дварфов, низушков и людей. И из всего отряда, лишь двое остались в живых: Хорас и Железный Дровосек. Дровосек, шатающийся от усталости, выкрикнул из последних сил вызов на поединок чести, даже не рассчитывая на то, что враг откликнется. Но он ошибался. Горгонадец принял вызов, и паладин вошел во врата вражеской столицы. Вернулся он только через два дня, и две ночи, неся в руках уродливую голову темного волшебника. И в эту же минуту Горгонад пал.

— Да верно! — Из-за шлема, опирающегося на широкие магистерские плечи, Хорас не заметил кивка. — Только Свет поможет нам. Так что за сообщение?

— Помните полуэльфа по имени Героним?

— Ну конечно! Это тот милый молодой человек, чуть не наставивший рога Его Величеству? — Смех Магистра получился каким-то приглушенным с примесью металлического скрипа.

— Он самый! — кивнул Хорас. — Он исполнил задание — оружие собрано.

— Точно?! — Магистр подался вперед, опершись руками, закованными в латные перчатки, о столешницу.

— У меня нет причин сомневаться.

— Прекрасно! — Магистр в возбуждении вскочил и стал расхаживать по кабинету, грохоча при каждом шаге доспехами. — Прекрасно! Скоро мы запустим горны…

— Что, простите? — Командор впервые видел своего командира в таком возбужденном состоянии. Обычно, Железный Дровосек держался спокойно, был предельно вежливо даже с простолюдинами и чуть отстранен, как и подобало магистру Ордена Света. Такой взрыв чувств был ему несвойственен. Хорас помнил, что даже перед сражением с Горгонадцем, будущий Магистр был совершенно спокоен.

И вообще, с точки зрения командора после той войны его командир сильно изменился, казалось, он даже немного раздался в плечах. Голос стал ниже, или это только казалось, ведь стальной шлем сильно искажал звуки. И это странное долголетие… Хораса болезнь все больше пригибала к земле, а Магистру все было нипочем: чудовищно тяжелые доспехи он носил легко, как пушинку, и вряд ли бы даже сегодня нашелся бы рыцарь, искуснее его в фехтовании. Может быть, благословение Света за совершенный подвиг? Хорасу хотелось верить, но червь сомнения точил его не хуже болезни.

— Все просто великолепно, друг мой! Первая половина плана приведена в исполнение! Необходимо как можно быстрее доставить оружие ко мне.

— А Героним?

— Полуэльф? — Магистр хмыкнул. — Он должен пропасть, сгинуть без следа.

— Но…

— Это необходимая жертва, Хорас, — Магистр подошел ближе и положил руку на плечо командору. Даже сквозь плотную ткань он почувствовал ледяное прикосновение металла. — Свет простит нас и поймет. А Героним и так не жилец: вряд ли Его Величество оставит беднягу в покое.

Внезапно тусклый свет упал таким образом, что осветил прорези забрала, и Хорас увидел глаза Магистра. Голубые, как древний лед, и столь же холодные. Глаза показались лишь на мгновение, чтобы затем скрыться в густых тенях.

— Иди отдыхай, друг мой, а я сам разберусь со всеми делами. Тебе нужен крепкий здоровый сон — я распоряжусь, чтобы тебе помогли.

Знакомый оруженосец вывел растерянного командора из кабинета и отвел в его комнату, уложил в кровать под белым, шитым серебром балдахином, подкинул дров в камин и прикрыл за собой дверь. А Хорас все никак не мог прийти в себя, ведь он помнил, что глаза у Железного Дровосека были серо-стальными, под цвет его лат.

Тройка всадников в белоснежных плащах через час покинула врата Цитадели и галопом рванули на юго-восток, к Ведьминому Яру через полноводную Фейзану. Плащи развевались за плечами огромными сверкающими из-за серебряных нитей, искусно вшитых в ткань, знаменами, не скрывая блеск зеркальных доспехов. Паладинам не от кого было скрываться или чего-то стесняться. Простолюдины и благородные с поклонами уступали им дорогу, а рыцари без устали неслись к своей цели. Каждые десять миль они меняли лошадей в трактирах и постоялых дворах: хозяева были только рада поспособствовать Ордену Света и получить за это благословение у клирика.

Миля пролетала за милей, а паладины ни разу не остановились на постоялом дворе, не сняли священных лат. Башня барона Ведьминого Яра показалась на исходе второго дня, как и рассчитывал Героним. И перед самым закатом всадники подъехали к трущобам, притаившимся у стены города. И застыли в нерешительности. На этом информированность посланцев заканчивалась.

К тому же, вся беда была в том, что при виде паладинов обитатели трущоб мигом попрятались по своим крысиным норам, ослепленные сиянием справедливости, как сказали бы сами паладины, или, что будет ближе к правде, испугавшиеся известных на всю Эратию зеркальных лат. Только один паренек, сотрясаемой крупной дрожью возле повозки, груженой капустой и морковью, застыл на месте: он одновременно боялся и паладинов, и крепкого отцовского кулака, потому и дрожал осиновым листом под острым как полуторные мечи у пояса взглядом всадников.

— Эй ты! — властно позвал его один из паладинов с серебряной капитанской вязью на стальном нагруднике. — Желаешь помочь Свету?

— Д-д-да… — выдавил из себя паренек. Его «да» получилось больше похожим на сдавленный выдох, будто ему со всего маху саданули под дых.

— Знаешь, где можно найти Геронима?

— Н-н-нет.

— А странных незнакомцев не видел? Эльфов, например?

Паренек снова мотнул головой, но неожиданно его чумазое лицо осветилось умственной деятельностью.

— Эльфов не видел, но полуэльф есть один. Живет в конце ентой улицы, в самом лучшем доме, только давно он тут живет, с год — не меньше.

— Прибудет с тобой Свет! — торжественно произнес паладин и подкинул в воздух золотой соверен с профилем царствующего монарха. Проявив недюжинную ловкость, наблюдательный парень поймал его и мигом припрятал за пазухой. Склонился в благодарном поклоне.

— Вперед. — Могучие рыцарские кони двинулись дальше, повинуясь властному движению латной рукавицы.

От чтения Геронима отвлекло неясный грохот, раздавшийся за дверью.

— Хозяин велел не пущать! — авторитетно заявил Артеран. — Кто такие?

— Ты что ли ослеп — латы не видишь? Мы верные рыцари Ордена…

— Да мало ли кто мог зашиться в эти стальные бочки! Кто такие, еще раз спрашиваю?

«Ой, дурак!» — пронеслось в голове полуэльфа. Он, не дожидаясь печального конца спора — Героним уже различал, благодаря своему острому слуху, шорох извлекаемых из ножен мечей, резко раскрыл дверь и, лучезарно улыбаясь, склонился в элегантном придворном реверансе.

— Мы крайне рады видеть воинов Света в нашей скромной обители! Простите моему спутнику его невежество!

— Может быть… — процедил капитан, сверкая недобрыми глазами сквозь прорези забрала. Но меч благополучно снова скрылся в ножнах. Его примеру последовали и остальные паладины. Лишь Артеран продолжал постукивать по ладони короткой дубинкой, обитой железными полосами.

— Проходите, — Героним услужливо уступил дорогу паладинам.

Те молча прошли вовнутрь, сопровождаемые колючим взглядом вышибалы. Тот им откровенно не доверял. «Странно!» — подумал полуэльф. — «И как я умудрился найти единственного на всю Эратию человека, не доверяющего Ордену?» Героним конечно преувеличивал: Артеран не был одинок, но таких индивидов все равно было слишком мало.

— Не желаете чего-нибудь выпить? — извивался в лабиринте угодливости полуэльф. — Или поесть? Так я быстро распоряжусь. Может быть, желаете отдохнуть после дороги?

Капитан с сомнением оглядел узкий лежак, застланный серым бельем, и перевел взгляд на Геронима.

— Мы пришли по делу, а не для того, чтобы лакать вино!

— Само собой! Само собой! А вот и оружие!

Героним выдвинул тяжелый сундук из-под стола и услужливо раскрыл крышку. Протянул бумажку со списком.

— Все согласно реестру.

— Проверим, — кивнул капитан и быстро пробежался глазами по списку, ежесекундно сравнивая его и имеющееся в наличии оружие. Изучение недлинного в общем списка заняло у рыцаря не меньше четверти часа.

— Все хорошо, — улыбнулся под забралом капитан, так что Героним не увидел эту улыбку, иначе она могла показаться ему двусмысленной. — Все просто замечательно. Орден Света благодарен за службу и готов достойно вознаградить. Флетт, убей его!

Героним не успел даже удивиться, настолько неожиданным оказался этот приказ. А паладин Флетт уже извлек из ножен длинный кинжал и кинулся в атаку. Ему бы гораздо сподручнее было бы рубануть полуэльфа мечом, тогда бы его точно ничего не спасло, но хижина была слишком тесной для меча.

Древние инстинкты отца-эльфа, дремавшие под спудом сознания, среагировали гораздо быстрее разума, отбросив Геронима к дальней стене. Флетт продолжал надвигаться, сжимая в руках смертоносное лезвие. Полуэльф, повинуясь скорее наитию, чем трезвому рассудку, пинком опрокинул стол, отделяя себя от паладина. Но и второй паладин продолжал надвигаться, покачивая шестопером.