Денис Лукашевич – Братские узы (страница 10)

— Если Колесничие прорвались на юг, то там будет хватать не только их, но и вооруженных до зубов теократов, жаждущих всех приобщить к истинной вере. И это будет не заброшенный форт, никому нафиг не нужный, а профессиональные, хорошо оснащенные войска. И шансов попасть в ежовые рукавицы инквизиторов нам выпадет поболей, чем сейчас. Так что давай спасть — пойдем через пустошь. И точка.

— В чем-то ты и прав. — Зевота оказалась заразной. Веллер завозился на матраце, стараясь устроиться поудобнее. Плюнул на все и поднялся.

Прошлепал к входной двери. Пустующих коморок в замке хватало. Лишь самые нижние этажи, подземелья и самые верхние были заняты. Внизу располагались казармы для полусотни солдат и младшего командного состава, склады с продовольствием, цистерны с запасами воды и топлива, цейхгауз, забитый под завязку устаревшим вооружением и просто комнаты со всяким хламом, собиравшимся здесь с начала времен.

Веллер выглянул наружу. В коридоре было темно и прохладно, пол холодил голые ступни. И только в дальнем конце горел одинокий факел. Неприятно давило внизу живота, Веллер оглянулся назад: сапоги и оружие осталось у лежанки, прикрытые сверху орденским плащом. Можно вернуться, но лень — в туалет хотелось сильнее. Жаль, что не удалось спросить, а где собственно находится отхожее место в замке. Оставалось надеяться, что не во дворе — не хотелось морозить задницу над ледяным очком. Моонструмец вышел наружу, постоянно ежась от холода и переминаясь. Прошлепал в конец коридора.

Он пробежал мимо двери, за которой посапывал брат Войцех. Хотя какое там посапывал — новохристианский храп гремел львиным рыком, так что подрагивал засов.

— Силен, брат Войцех! — Веллер улыбнулся и потрусил дальше вдоль коридора.

По старой привычке настороженно выглянул из-за угла — опять пусто. Слишком уж тут расслабились. Ни одного караула. Веллер прошелся по этажу, и понял, что они здесь одни. Поднялся выше, там, где они ужинали. Трапезная была заперта на массивный замок, остальные двери тоже. Только одна оставалось открытой — алтарная. И прямо там, на полу, обнявшись с опорожненным кувшином, спал святой отец.

Веллер ткнул его ногой.

— Отче, спите?

В ответ священник что-то забормотал, но глаза открыл. Только понимания в них было незаметно. Веллер решил все-таки попробовать:

— Отче, не подскажете, где тут отхожее место, пока я не пометил какой-нибудь темный закуток замка.

— Там. — Каппелан махнул в неопределенность рукой, повернулся на другой бок и ожесточенно захрапел.

— Доходчиво. — Придется все-таки немного подтопить башню.

Веллер спустился в самый низ, нашел уголок потемнее под винтовой лестницей и с радостным трепетом облегчился.

— Уфф! Теперь лучше. — Да только вместо физиологических позывов появилось неприятное предчувствие, словно запах дыма в начинающем гореть доме, легкий пока аромат пожара. — Что такое…

Чертыхнулся и побрел к выходу. Заслышав на полпути голоса, остановился, прислушился:

— Они здесь! — Голос капитана Алариса. — Что взамен?

— Благосклонность моего вождя, святоша! — Неприятный голос, прокуренный и хрипящий, как неисправное радио. — Мы постараемся оставить ваш форт в покое. Если повезет.

— Хрюнт, ты не в том положении, чтобы угрожать мне. На моей же территории, среди моих солдат. Нехорошо.

— Ха-ха, кэп, ты умеешь убеждать. — Веселость в голосе Хрюнта казалось наигранной. — Сколько за уродов?

— Сто за голову. Плюс двести за машину. Мы, как-никак, привели ее в порядок, а то ваши балбесы успели ее превосходно ухайдакать. И не талерами Престола, а чистыми клейденскими марками.

— Намылился на запад, кэп? — Хрюнт хохотнул. — Хороший выбор — Отцы сейчас на подъеме…

— Черт! Черт!! Черт!!! — Веллер готов был сам себе избить. Расслабились, понимаешь, поверили добрым улыбкам и гостеприимным словам. — Черт.

Подобрался поближе к массивной, полуоткрытой двери, за которой скучал охранник и велся странный разговор. С предельной осторожностью выглянул наружу. Не дай бог, кто увидит или услышит — участи братьев можно только посочувствовать. Веллер не выдержал и нервно хохотнул и в который раз чертыхнулся — неосознанный смех порой изрядно доставал.

— Кэп, не наглей: пятьдесят за голову и машину в нагрузку — никто вас ни о чем не просил.

— Хрюнт, торговец из тебя никакой! Семьдесят пять за голову и сто за машину. Последняя цена — не уступлю больше ни кроны!

— Ладно, по рукам! — Мокрый хлопок и единый облегченный выдох. Веллер выглянул наружу.

Во дворе было тесно, так, что не протолкнуться. Солдаты в серой форме, Колесничие в коже и железе, горят фары многочисленных автомобилей, в основной массе легких багги — железных корыт из грубо сваренных стальных труб. И довольно-таки шумно — не зря капитан умудрился впихнуть братьям глухую каморку без окон. Чтобы не услышали.

Узнав достаточно, Веллер, все также осторожно прокрался наверх и растолкал брата. Марко сел на лежанке, сонно уставился на то, как Веллер напяливает на себя амуницию. Плащ он скатал жгутом, связал концы и накинул на плечо. Проверил оружие: все ли заряжено, все ли исправно.

— Что такое, братец?

— Ха-ха! Нас предали, братец! Капитан-соотечественник, с которым ты сегодня вечером братался, продал нас с потрохами.

— Вот сволочь! — Сомневаться в словах брата у Марко поводов не было, а вот капитан, которого он видел первый раз в жизни, вполне себе мог. — А я с ним пил! Больше никогда! — И сам принялся напяливать на себя обмундирование. В точности повторил действия брата — похлопал себя по карманам напоследок, кивнул.

— Будем прорываться? — Он снял автомат с предохранителя.

— Сначала попробуем по тихому. Внизу я видел черный ход. Пробежим двор и выберемся к машинам. Надеюсь, броневики заправлены. Пойдем через пустошь — на юг нам путь закрыт.

Марко кивнул и двинулся к выходу, все так же сжимая в руках автомат. Веллер вслед за ним, но через пару шагов замер.

— А Войцех? Что с ним будем делать?

— В смысле? — Марко недоуменно поморщился. — Разбудим его и сбежим втроем. А ты что хотел?

— Ну-у-у… — протянул Веллер. — Мало ли, помнишь, о чем мы говорили? Ну, вот я и подумал. Ха-ха!

— Рано, братец, еще рано. Он может нам пригодиться. — И ударом ноги выбил с петель дверь в комнату брата Войцеха.

— Пресвятой Герман! Что вы творите? — Войцех сидел на лежанке и с глухой злобой глядел на незваных гостей, как старый пьяница глядит на извергов, что отбирают у него последнюю бутылку.

— Подъем, брат Войцех! — Марко ехидно ухмыльнулся. — Мы вынуждены покинуть гостеприимный дом.

— Что случилось?

— Капитан Аларис решил, что деньги Колесничих являются более ценной вещью, чем истинная вера.

— Ах, черт! Прости Господи! — Войцех подскочил, как ужаленный. — Это точно?

— О да, ха-ха! — Веллер кивнул, захлебываясь от истеричного смеха. — Ха-ха! Своими глазами видел! Ха-ха!

— Не смешно, — буркнул Войцех и принялся натягивать на необъятные плечи свой плащ.

— Оружие дать?

Войцех усмехнулся, извлек из-под походного рюкзака, служившего подушкой, обрез и патронташ, забитый маслянисто-блестящими патронами.

— А как же смирение и миролюбие?

— Глядя на вас, об этих понятиях даже и не вспомнишь. Порой наступает моменты, когда мы должны стать проводником божьего гнева, а предательство веры — это тяжелейший грех. Накажем же вероотступников!

— Не стоит увлекаться, брат Войцех. Может, как-нибудь потом, когда у нас будет больше сил, иначе гнев Господа будет скоротечен. Пошли — уйдем черным ходом.

Но внизу их уже ждали. Несколько солдат, практически незаметных в темноте, крались на верхний этаж. В руках они сжимали автоматы.

— Черт! — сквозь зубы прошипел Марко. — У нас гости.

— А точно нас предали? — Войцех настороженно выглянул за поворот винтовой лестницы. — Может, брат Вестер что-то не так понял?

— Точно, брат Войцех! Ха-ха! Точнее некуда! — Веллер криво ухмыльнулся, передернул затвор автомата. — Во имя Господа!

И выпустил длинную очередь из-за угла. Пули никого не задели, но заставили солдат залечь на пол, прикрыв головы руками. Злобно хохоча, Веллер скатился вниз по лестнице, расстреливая магазин, пнул ногой ближайшего, успевшего подняться на ноги, но так и не дав поднять автомат. Солдат завалился на второго и выбил у того из рук оружие. От удара об пол автомат сработал, высек длинной очередью сноп острых осколков из потолка; пули рикошетом забились об стены. Воспользовавшись неразберихой, вслед за Веллером сбежали Марко с Войцехом. Зашли за угол и, укрывшись за мешками с сухим, как песок пустыни, сыпучим цементом, открыли заградительный огонь, не давая солдатам поднять голову. Стрекотал автомат Марко, оглушительно гремел Войцехов дробовик, словно трубный глас ангела мщения, что, согласно Завету Верных, возвестил о начале Ядерного Рассвета.

Веллер сбил одиночным ржавый замок, плечом раскрыл дверь и в это же мгновение вернулся под спасительное укрытие каменных стен. Между внешней стеной и центральной башней засели еще один отряд солдат вперемешку с Колесничими. Если же теократы были достаточно дисциплинированы, чтобы остаться на месте, только постреливая и дожидаясь команды начальства, то кочевники оказались не столь управляемы, как и рассчитывал Веллер. С немелодичным ревом ребята в кожаных жилетах и шипованных берцах бросились в атаку, постреливая и матерясь на ходу. А за ними и санмарианские солдаты — глупость заразительна. И не заметили, как им под ноги полетела до боли простая, но весьма эффективная клейденская граната.