Денис Куприянов – Деревенский инквизитор (страница 48)

— Надо же, кого я вижу. Наставник Таош, как сильно Вы изменились за прошедшие годы!

— Диранок? — пробормотал изумлённый помощник купца и резко замер на месте. — Точно, Шечерун, это же ты!

— Эй, что ещё случилось? Драка что ли начинается? — послышались недовольные возгласы купцов.

— Ничего такого, — поспешила заверить Энейла, вежливо улыбаясь. — Просто нам с господином Багонком необходимо срочно пройти в дом совета для обсуждения одного важного дела. Ты ведь не доставишь мне неприятностей, Морит? — последняя фраза была обращена к приказчику, лицо которого тут же покрылось крупными каплями пота.

— Рекомендую не вступать с ней в спор, — добавил Шечерун. — Всё-таки это профессиональный инквизитор, а они, сам знаешь, не любят бросать слов на ветер.

— Я понял, — пробормотал алхимик, тяжело сглотнув. — Раз вы меня поймали, думаю, уже нет смысла бежать.

— Вот и отлично, — ухмыльнулась рыжеволосая. — Продолжим беседу в более удобном месте.

— Одного не пойму, — сказал Рум Жмых, устало покачав головой. — По словам Шечеруна, во время побега из столицы ты сменил внешность. Но здесь ты появился в своём настоящем обличии, ты выглядишь так же, как и до отъезда отсюда. Почему же в столице ты принимал иной вид?

— Жмых, неужели ты забыл, что я с детства умею изменять облик? Меня же этому ещё старая Бельда обучила, — развязно поинтересовался помощник купца. Осознав, что его не собираются сразу отправлять на дыбу, он немного успокоился и, усевшись за стол в доме совета, принял вальяжный вид. — Так уж вышло, что когда я приехал в столицу поступать в академию, то сразу ввязался в конфликт с местными магами, которые оказались членами приёмнойкомиссии. Понимая, что после таких разборок они меня даже слушать не станут, я решил сменить внешность, да и имя заодно. В итоге почти десять лет я прожил в обличии Таоша Куралана и вернул свой настоящий вид, лишь когда был вынужден скрыться.

— Точно! — воскликнул староста, хлопнув себя ладонью по лбу. — Ты же ещё подростком любил лазить по чужим огородам, прячась под моей личиной. Ох, сколько всего я тогда от односельчан натерпелся! Да уж, многое вылетело из моей памяти за прошедшие годы…

— С подобными трансформациями мне ещё не приходилось иметь дел, — задумчиво пробормотала Энейла, но тут же решила надавить на задержанного. — Итак, про твои столичные приключения я в курсе. Меня интересует всего два вопроса: как ты умудрялся не привлекать к себе внимания в последние годы и зачем запустил фантомное золото в оборот в этой деревне?

— Моя история довольно простая, — тяжело вздохнув, начал свой рассказ алхимик. — Я задумал покинуть столицу, потому что, во-первых, сломал свою научную карьеру и больше меня там ничего не держало, а во-вторых, должен был срочно залечь на дно из-за объявления в розыск. Поскольку я никому никогда не рассказывал про свою настоящую родину, то решил на время вернуться в Троллью Напасть. Однако судьба распорядилась иначе. По пути домой я пересёкся с Харазином Линком и сразу нашёл с ним общий язык, что не удивительно, поскольку, если подумать, он является моим дальним родственником. Выяснилось, что он увлёкся торговлей магическими товарами и искал помощника, имеющего опыт в данной сфере. Я, как бывший сотрудник магической академии, подошёл Линку просто идеально, и вот уже в течение десяти лет работаю на него.

— Значит, ты просто занимался торговлей? — искренне удивился Шечерун. — А как же твои многочисленные опыты и исследования?

— За них можешь не беспокоиться, — заверил Морит, довольно ухмыльнувшись. — Хозяин выделил мне, как ведущему специалисту, большую часть подвала в своей лавке в Алхуре, который я превратил в лабораторию. Ты даже не представляешь, сколько открытий мне удалось совершить за последние годы. Правда, боюсь, они так и останутся никому не известными, учитывая моё нелегальное положение, — подытожил алхимик и резко погрустнел.

— Ну, этот вопрос, думаю, я смогу решить, — проворчал чернокнижник, заставив бывшего наставника вновь встрепенуться.

— Постой, — пробормотал Морит. — Я слышал, что верховным чародеем графства назначили некоего Шечеруна. Только не говори, что ты и есть он?

— Он-он, — перебила Энейла восторженный вопль алхимика. — А ты так и не рассказал, зачем вновь стал заниматься созданием фантомного золота.

— Если честно, я не хотел, — произнёс вновь приунывший собеседник. — После того, что я натворил в столице, понял, каким был дураком, поэтому завязал с этим делом и постарался даже забыть формулу. Но так уж вышло, что пару недель назад мы остановились на постой в одном замке неподалёку отсюда, и тамошний комендант, довольно услужливый господин, предложил для развлечения сыграть в карты.

— И ты опять проигрался в пух и прах, — догадался Шечерун, скривив лицо в болезненной ухмылке. — Смотрю, жизнь тебя ничему не учит.

— Ну, я всегда думал, что в замке паладинов вряд ли найдутся хорошие игроки, — начал оправдываться Морит. — А тот случай доказал, насколько сильно я могу ошибаться.

— Замок паладинов? — переспросила взвившаяся Энейла. — Только не говори мне, что обходительного коменданта зовут Ринуальд?

— Да, именно так он и представился, — подтвердил обрадовавшийся помощник купца. — А Вы его знаете?

— Знаю и собираюсь убить при первой же встрече, — проворчала рыжеволосая. — Ведь просила же завязать с прошлым…

— Значит, ты поиздержался и решил опять наштамповать фантомных монет? — поспешил вернуться к вопросу золота Шечерун.

— Ну да. После наших игр я остался должен Ринуальду. Поскольку на обратном пути мы собирались вновь остановиться в его замке, я пообещал, что верну долги после того, как мы заключим все сделки. Но набрать нужную сумму мне так и не удалось, поэтому пришлось вспоминать старые навыки, — сказал алхимик и растерянно посмотрел на бывшего ученика. — И, похоже, я умудрился перепутать личные деньги с теми, что дал мне на хранение хозяин, поэтому фантомное золото попало в деревню.

— Ты ему веришь? — резко обратилась Энейла к чернокнижнику.

— Специально для его проверки я достал из запасников «Кристалл правды», — задумчиво ответил Шечерун. — Обычно использую его с ушлыми торгашами, чтобы видеть, где они меня обманывают, но оказалось, что этот артефакт пригоден и для распознавания правдивости слов. Если верить его показателям, мой наставник не врёт.

— Честно говоря, мне тоже кажется, что он с нами откровенен, — инквизиторша задумчиво посмотрела на потолок. — Для верности хотелось бы, конечно, затащить его в мою пыточную, но раз выяснилось, что данное дело не входит в мою компетенцию…

— В смысле? — искренне удивился чернокнижник. — Он же фальшивомонетчик, а ты — представительница закона.

— Я уже говорила старосте, что моя сфера деятельности — всевозможные демоны и чёрные маги, творящие зло и беспредел. В нынешнем происшествии, несомненно, тоже была задействована чёрная магия, но настолько незначительная, что я просто не знаю, стоит ли брать её в расчёт. Проще, наверное, вызвать специалистов из казначейства, чтобы они занялись фальшивомонетчиком. Но как лучше поступить, пускай уж староста решает, всё-таки это он представитель местной власти.

— Хотите вернуть меня в столицу? — тяжело вздохнув, спросил Морит. — Ну ладно, я и так бегал столько лет…

— Если подумать, то особого вреда нашей деревне он не нанёс, — внезапно высказался Жмых. — Да, перепугал меня монетами, но никакого ущерба-то нет. А что там случилось в столице, меня не волнует. Кстати, а по какому всё-таки признаку происходит трансформация созданного тобой золота? — полюбопытствовал он у алхимика.

— Пораскинув мозгами, я пришёл к выводу, что когда задаю демону форму монеты, он, видимо, не выбирает, а сразу закладывает все предложенные варианты, — принялся объяснять алхимик. — Например, всю галерею портретов с шетонгов, которые я ему показывал. А вариант реверса в этом случае, получается, был единственный, поскольку в течение уже нескольких столетий на всех имперских монетах сторону с гербом чеканят по традиционному образцу. Именно поэтому на фантомных шетонгах меняется только аверс с правителями, а реверс остаётся постоянным. Мне бы очень хотелось проверить мою теорию, попытавшись аналогичным образом изменить денежный номинал, но, к сожалению, это невозможно, так как на золотых монетах, в отличие от серебряных, цифры не печатаются. Такая же история произошла и с эльфийскими деньгами. На них нет изображений правителя и герба, зато форма обновляется каждые полвека, в соответствии с собственным летоисчислением этого народа. Я взял за образцы эльфийские золотые за последние двести лет и был поражён тем, как причудливо преображается их вид: кольца, звёзды, осьминоги, рыбки, разные цветы.

— То есть ты можешь специально задать конкретную последовательность для трансформации предмета из своего фантомного золота? — подытожил старик.

— Верно, я довольно успешно проводил подобные эксперименты, когда исследовал природу необычных свойств созданного материала. Но я не вижу в закладывании цепочки преобразования никакого практического толка, — удивился Морит.

— Просто у меня возникла одна идея, — сказал Жмых, с задумчивым видом подойдя к окну. — Если мы решили не сдавать преступника властям, то почему бы в качестве наказания ни заставить его поработать на нас?