Денис Куприянов – Четырнадцать – в цель! (страница 10)

На этом лекция закончилась. Они вышли на опушку леса, и перед ними возвышалось дерево. Огромное дерево. Своей золотистой кроной оно смогло бы заслонить целый стадион, а высотой ничуть не уступало многоэтажному дому. На дерево вела длинная и очень крутая лестница, один конец которой упирался в небольшую скульптурную группу на земле, а второй терялся в листве. Тропа, приведшая Андрея и эльфов к дереву, расходилась на несколько дорожек, одна из которых вела прямо к лестнице. Грэйлон покосился на пленника и махнул рукой:

– Нам туда. Это королевский дворец.

Андрей лишь пожал плечами:

– Я так и понял.

Эльф явно был разочарован. Похоже, он надеялся продемонстрировать человеку, какой почести того удостоили, однако не учел, что такое огромное количество впечатлений за раз и до сих пор не прошедшее недомогание привели к тому, что Андрею стало абсолютно все равно. Ну, дворец в виде большого дерева, и что?

Лестница при ближайшем рассмотрении произвела гораздо большее впечатление, чем само дерево. Она словно была соткана из тончайших серебристых паутинок. Взойти на нее означало оскорбить ее создателя, над такой лестницей следовало лететь, не пачкая ее пылью и грязью дорог. Статуи у подножия тоже потрясали – два гигантских кота своими распростертыми крыльями, растущими из спин, преграждали дорогу любому входящему. Андрей почти минуту разглядывал оба изваяния. Несмотря на всю их абсурдность, складывалось впечатление, что это вовсе не фантазия скульптора и такие звери действительно существуют в природе.

Внезапно мраморные крылья пришли в движение. Андрей вздрогнул и тут же услышал за спиной легкий смех. Смеялся, как обычно, Грэйлон. Видимо, каким-то образом эльф запустил тайный механизм, открывший путь, а хохот был вызван испугом чужеземца. Юноша опять обиделся. Состроив самую надменную физиономию, на какую был способен, он гордо прошагал мимо эльфов и осторожно ступил на лестницу. Андрей был уверен, что из-за хрупкости конструкции ступеньки будут, как минимум, прогибаться, но ничего такого не случилось. Нога ощущала, что стоит на чем-то твердом и незыблемом, по прочности мало уступающем камню, а то и закаленному железу. Грэйлон отодвинул замершего человека в сторону, ехидно шепнув:

– Извини, но все-таки я пойду первым.

Андрею пришлось подчиниться и двинуться следом. Лестница очень быстро привела их к стволу дерева и стала виться вокруг него. Ему хотелось остановиться и рассмотреть узоры явно естественного происхождения, которыми была покрыта кора, но Кориэл ему этого не позволил. Вежливо, но настойчиво эльф толкнул пленника в плечо, всем своим видом намекая, что промедление может стоить тому жизни.

Лестница изгибалась под причудливыми углами, образуя на каждом повороте небольшие платформы. Из-за извилистых переходов сложно было понять, на какой высоте друг от друга располагались эти площадки, и Андрей для себя условно решил считать, что они соответствуют этажам в многоэтажных домах. На десятом по счету таком «этаже» он уже жалел о том, что эльфы не додумались до лифта, а ведь до вершины дворца оставалось еще больше половины пути, и ступеньки терялись где-то высоко в кроне.

На счастье Андрея, уже на следующей, одиннадцатой платформе Грэйлон остановился и постучал по коре. Юноша в очередной раз удивился, когда в стволе вдруг открылся проход. Никаких признаков дверей не было и в помине, кора просто разошлась, впуская эльфов и человека внутрь. Там оказалось сумрачно и прохладно. Они шли по узкому коридору, на стенах которого висели тусклые светильники. Грэйлон все больше торопился, заставляя и Андрея ускорить шаг. Довольно часто им встречались ответвления от основного коридора, в одно из которых они вскоре и свернули. Пройдя еще около полусотни шагов, Андрей и эльфы оказались в хорошо освещенном тупике, и тут лицо Грэйлона осветила торжествующая улыбка.

– Знай, человек, – возвышенным слогом произнес он. – Ты имеешь честь лицезреть саму пресветлейшую Владычицу претемнейшего из лесов! Узри же ту, которую мало кто из смертных зрел до сей поры!

Эльф ударил кулаком по стене, и та моментально расступилась перед ним. Андрей опять ощутил предательскую дрожь в ногах.

Эльфийских королев обычно описывают как прекраснейших созданий, перед которыми очарованные поклонники падают на колени и клянутся в вечной любви и верности, однако, увидев Найлирэль, Андрею захотелось вытянуться по стойке «смирно» и отдать честь, ну или, потупившись, смотреть в пол, опасаясь пересечься с ней взглядом. В итоге он предпочел второй вариант, всей душой завидуя Кориэлу, который встал в дверях, повернувшись к Владычице спиной. Да, как ни удивительно, в этом месте имелись и нормальные человеческие двери с ручками и створками, а не просто отверстия в коре, исчезающие сразу после прохода гостей. Грэйлон, едва зайдя в комнату, с загадочной улыбкой направился к небольшому шкафчику в углу и, насвистывая, принялся там копошиться. Все это время суровые серо-голубые глаза Владычицы изучали представшего перед ней человека.

Андрей молча смотрел на Владычицу. Казалось бы, обычная девушка, высокая и светловолосая. Но в ней крылась какая-то загадочная сила, заставляющая как можно скорее склонить голову и покорно ждать своей участи… Грэйлон наконец вернулся, неся в руках поднос с бокалами и двумя графинами. Усевшись рядом с Найлирэлью, он разлил содержимое графина, после чего протянул один бокал Андрею.

– Садись и пей, – сухо произнес эльф. – Кстати, может, наконец, представишься? А то вроде уже со всеми познакомился, а сам своего имени так и не сказал.

Андрей назвался, после чего сел в кресло напротив Владычицы и осторожно отхлебнул содержимое. Нет, это было не спиртное, скорее очень сладкий фруктовый сок с пряностями. Зато шум в голове моментально утих, а мысли обрели ясность.

Он поднял голову и осмотрелся. Они находились в помещении, которое больше всего напоминало рабочий кабинет. Меблировку составляли изящный полукруглый стол, несколько кресел, шкаф с книгами и стенд с какими-то статуэтками. Над столом висел портрет всадника, скачущего через лес, справа от картины располагался огромный меч, слева – огромные, но довольно простые часы в деревянном корпусе. Еще одна стена с небольшим окном была свободной, в третьей стене были двери, а на четвертой, где располагался тайный ход, висела огромная карта. Едва только Андрей принялся изучать контуры незнакомых земель, Найлирэль заговорила, и юноша моментально забыл обо всем, сосредоточив все свое внимание на словах Владычицы.

– Значит, ты и есть тот самый?

Вопрос Найлирэли в течение нескольких секунд оставался без ответа. Андрей опешил, не зная, что сказать, но тут ему на выручку пришел Грэйлон.

– Тот, тот. Можешь даже не сомневаться. – Опустошив свой бокал, эльф задумчиво посмотрел на графин. – У него даже револьверы те самые.

Владычица нахмурилась:

– Револьверы? Покажи!

Такой тон не подразумевал отказа. Это была интонация суровой учительницы, требующей от ученика положить рогатку на ее стол. Андрей и сам не понял, как выложил перед Владычицей оба револьвера. Та, впрочем, не стала брать их в руки. Увидев символику на рукоятках, она отодвинула оружие обратно.

– Как мы и думали, – мрачно произнесла Найлирэль. – Мальчик, ты хоть знаешь, что это такое?

– Ре-е-е… револьверы, – заикаясь, промолвил Андрей. Большего он сказать не смог, но Владычице этого и не требовалось.

– Это не простые револьверы, мальчик. Ты в курсе, что значит этот символ? Я о собачьих головах.

Даже если бы Андрей Каменев и хотел соврать, не смог бы это сделать в присутствии властной Найлирэли.

– Это револьверы Шакала. – Юноша постарался, чтобы его голос звучал как можно тверже. – Они принадлежали ему. Но что в этом такого? Шакал же давно мертв!.. Или нет?..

Андрей сам не понял, что заставило его сказать последнюю фразу. Наверное, ему показалось очень подозрительным то, насколько настороженно эльфы отнеслись к символам.

– Если бы, – грустно усмехнулся Грэйлон. – Шакал до сих пор живее самой живучей твари. Некоторые вообще утверждают, что он бессмертен. Впрочем, сам я его убить не пытался, поэтому подтвердить это заявление не могу.

Эти слова кое-что состыковали в предположениях Андрея. Ну да, каким бы великим шаманом Шакал ни был, он не мог так просто взять и исчезнуть. На самом деле он покинул Землю и переместился сюда. В мир эльфов и… Ну, в общем, не важно. Здесь Шакалу, похоже, самое место, хотя странно, что он до сих пор жив, ведь прошло больше ста лет…

То ли Владычица умела читать чужие мысли, то ли Андрей, сам того не заметив, размышлял вслух, но ответ последовал незамедлительно:

– Не сто. Шакал обитает в этом мире уже почти шесть сотен лет и до сих пор полон жизненной силы. Как ему это удается – тайна даже для долгожителей эльфов. Но мы вынуждены смириться с тем, что рядом с нами живет тот, кто не подвластен нашему пониманию и регулярно бросает нам вызов. Ты явился в наш мир с оружием этого существа, и теперь мы должны выяснить, кто же ты такой!

В глазах Найлирэли горел такой огонь, что Андрею хотелось чем-нибудь отгородиться от нее, хотя бы даже тем креслом, в котором он сидел. Если бы не успокаивающий взгляд Грэйлона, он, наверное, так бы и поступил или вытворил еще какую-нибудь глупость, а так он, собрав в кулак все свое мужество, стал пересказывать историю, которую услышал от Игоря. Поведал о семье Сантьяго, об именных револьверах, о войне с местными племенами. Поведал о мести Шакала, о его исчезновении и о проклятии, лежащем на револьверах. Поведал о том, как оружие попало в его собственные руки и к чему все это привело. Возможно, многое упустил, но эльфам хватило и такого рассказа. Едва только он закончил повествование, Владычица поднялась с кресла и подошла к карте. Андрей удивленно глянул на спину эльфийки, и тут она обернулась и кивком подозвала его к себе.