Денис Крылов – Ковчег Завета (страница 18)
- Обязательно было так? – сухо сказала Саша.
- По-другому был не получилось, - ответил ей Махов, - в её глазах было только упорство, она бы не согласилась.
- Нам всем нужно выспаться, - тихо сказал Гафт, поднимая скинутый Синтией контейнер, - это сейчас действительно самое лучшее, у нас был невероятно трудный день, - он взял свой контейнер и направился к утилизатору, - я тоже пойду отдыхать.
- Стойте, - вклинился Тони, - а как же пост охраны?
- Не понял, - повернулся к нему Дамиан.
- Мы что просто все ляжем спать на чужом корабле? Я так не могу. Мало ли что. Я должен быть уверен, что не умру во сне, убитый каким-нибудь пришельцем.
- Тони, это мы здесь пришельцы, - обронил Кинг.
- Вы меня поняли, - набычился Клепс.
- Значит ты дежуришь первым, - тут же нашёлся Гафт.
- Без проблем, - тут же обрадовался Тони, будто пёс долгожданной кости, - посплю, когда вы будете бодрствовать.
Махов улыбнулся в руку и повернулся к Кингу.
- Стефан, я разделяю твоё жгучее желание изучить здесь все надписи и узнать побольше информации, но мои рекомендации для тебя такие же – иди спать, пожалуйста, - добавил Владимир, - утро вечера мудренее, говорили наши предки. Будем считать, что сейчас поздний вечер. Под защитой тони нам ничего не грозит, - и он подмигнул Клепсу, который тут же показал ему большой палец, понятый вверх.
***
03.03.2026 г. 11-51 мск
Центр управления полётом. Космодром «Восточный».
Комов возвращался в центр на своих двоих, а когда его увозили, ноги переставлять он не мог и согласился на носилки. Сейчас его волновало то, чего он не успел сделать вчера.
- Стеблова ко мне, немедленно, - сказал он, не повышая голоса, походя, увидев знакомое лицо, при выходе из лифта.
- Так точно, - услышал он за своей спиной.
Ничего не изменилось за время его отсутствия. Всё оставалось по-прежнему. Всё было на своих местах. Он медленно поднимался по ступеням, поддерживаемый сопровождающим, приданным ему в медицинском центре. Да, на космодроме был свой медицинский центр. Это было нормальным процессом. У космонавтов много медицинских тестов, вкупе с прочими. Здоровье покорителей космоса важно для руководства. Да вообще для всех. Его здоровье тоже важно. Только он забыл об этом. Точнее он никогда об этом не задумывался. Во всяком случае серьёзно.
Считал ли он себя бессмертным? Нет, конечно. Он так о себе не думал.
Это шло из детства. «Ничего с нами не случится». Такой была мысль, которую он нёс внутри себя с детства. Именно так они думали с мальчишками в девять, десять, в одиннадцать лет. И до того, и после. Эта мысль была всегда рядом. В подсознании. Сейчас сложно было решить где ты находишься на временной шкале. Душа чувствовала свою молодость. Тело сегодня подвело. Выстроить гармоничные отношения между двумя стихиями своего организма ещё предстояло. Тело должно жить в гармонии со своей душой. Точка. Его новый врач многое ему объяснил и рассказал.
- Пригласите ко мне Шведова, - громко сказал он, опуская свой зад на топчан, ставший его спутником много лет назад, при запуске проекта.
- Сергей Михалыч, - обратился к нему сопровождающий, - обед мы принесём прямо сюда, это чтобы вы знали…
- Свободен, - рявкнул Комов, сдабривая свои слова размашистым жестом руки.
Сопровождавшие его сотрудники медицинского центра ретировались, наслышанные о тяжелом нраве руководителя.
Комов вздохнул облегченно, почувствовав твердость своей кровати. Он тут же лёг, чувствуя слабость. Возраст брал своё, несмотря на мысли о крепости духа и бессмертии души.
- Михалыч, - громкий, знакомый голос возник в районе двери, - слава богам ты здесь, пиздец ты меня напугал, - в рабочую комнату ворвался Стеблов.
- Ваня, - удивленно произнёс Комов, - я от тебя такого не слышал.
- Михалыч, а я, от тебя такого не ожидал, - в голосе Ивана звучала неподдельная тревога.
- Я и сам от себя такого не ожидал, - буркнул Комов, - мне нужно со всеми поговорить, - тут же заявил он.
- Понимаю, - согласно кивнул Иван Сергеевич, - пятнадцать минут, и я всех соберу.
*
- Понимаю, что вы все рады меня видеть, - начал Комов, как только весь коллектив ввалился в его комнату и в ней резко стало нечем дышать, - но я прошу вас всех внимательно меня выслушать, - он замолчал, набирая воздух в легкие.
Шведов махнул рукой заглушая все вопросы. Многие хотели справиться о самочувствии Комова, его реально любили здесь.
- Мы с вами совершили невозможное, точнее сделали то, о чем наши современники могли только мечтать, - он снова перевёл дух.
Говорить было тяжело. Дыхание казалось угнетённым. И каждый раз, пытаясь добавить эмоциональную составляющую в речь, Комов терял нить своей мысли, потому что дыхание сбивалось. А речь его должна была быть эмоциональной. Иначе результата не добиться.
- Сейчас наша история рушиться. Корабль, который мы строили много лет, казавшийся нам неуязвимым, разрушен, - он снова взял паузу, стараясь сохранить дыхание, - однако спасательная капсула цела. Она продолжает плыть в фарватере гигантского астероида, проткнувшего нашу звездную систему, как швейная игла, быстро и грамотно. Этот объект всеми силами делает вид, будто он обычный кусок камня, случайно залетевший в наш мир. На самом деле, мы уверены, что это корабль, как минимум зонд наблюдения, разведчик чужого мира, снимающий информацию, путешествуя по разным звездным системам. И сегодня он сканирует нас. А мы пытаемся сканировать его. Безуспешно. Так, кажется, стоит лишь взглянуть на результаты нашего полёта. Но капсула, отделившаяся, оставшаяся целой, после разрушения «Отважного», она дееспособна. Это самостоятельный объект. Он автономен. Способен провести в космическом пространстве семнадцать лет, сохраняя жизни своим пассажирам. Жаль мы не могли дать всю информацию о нём членам команды «Отважного». Причина: шесть мест. Большего не получалось. Глупость, конечно, но как есть. Здесь и сейчас не об этом. Капсула имеет самостоятельный генератор БРИЗ, разработанный и произведенный в России. Это не аутентичный проект, он основан на разработках Стефана Кинга, но это реально спасательная капсула. О которой не все знают, - Комов тяжело вздохнул, набирая полные легкие воздуха, - безусловно в этом наша вина и мы можем это исправить. Как я понимаю ресурсы капсулы позволяют. Все вы знаете, что объект, способный вытащить из передряги наших космонавтов, пуст. Там никого нет. Его дрейф позади кормы корабля чужих, - его слова заставили многих вздрогнуть, - я в этом уверен, нужно исправить. Я приказываю, - голос его окреп и возвысился до самых верхних частот, - запустить энергетическую установку капсулы и вернуть её в точку, где она изначально отделилась от разрушенного корабля. Пусть у наших ребят появится шанс, - Комов махнул рукой и упал на подушку.
***
Закончились посиделки с Клепсом. Махов сказал ему своё мнение касательно дежурства здесь.
- Как по мне, ты хренью занимаешься Тони, - Владимир хлопнул его по плечу, давая понять, что разговор между ними неформальный.
- Это почему? - искренне удивился он.
- Честно? – Махов сделал серьёзное лицо.
- Ну уже точно без «пиздежа», - последнее слово Тони сказал по-русски и улыбнулся.
Махов расхохотался искренне.
- Ты откуда это слово знаешь? – он пытался успокоить свой смех.
- Не важно, - улыбнулся Клепс.
- Честно говоря я считаю, что на корабле никого нет, более того, на корабле рулит искусственный интеллект, который меня признал. По какой причине? Это дополнительный вопрос, над которым я подумаю позже, а сейчас спокойно отправлюсь спать, уверенный в своей правоте, - выдохнул Махов, - как-то так.
- Ясно, - спокойно ответил Тони, - а мне будет спокойнее если вы будете под моим прикрытием, - он тупо улыбнулся, обнажая свои голливудские зубы.
- Замётано братан, - улыбнулся ему в ответ Владимир, - по-братски, через восемь часов разбуди.
*
Владимир блаженно растянулся на огромном спальном ложе. Мысль его крутилась вокруг дальнего входа, который они так и не смогли открыть. Была в нём какая-то странность. Пока не понятно. Другие двери не имели подобного оснащения, значит за этими был какой-то секрет или это был путь на капитанский мостик. Почему нет? Он бы сделал именно так. Хрен бы кто на мостик попал. Свет давно погас и возможно он находился в состоянии полудрёмы, не замечая ничего вокруг, как вдруг его живота кто-то коснулся. Глаза его тут же открылись. Рядом с улыбкой сидела Саша. Сердце его бешено забилось, разгоняя уснувшую уже кровь по организму.
- Можно к тебе, командир? - улыбнулась Александра, убирая с его груди свою руку.
- Можно, - на коротком дыхании ответил Махов. Такого поворота событий он не ожидал. Мечтал, жаждал, но не ожидал точно.
В слабом свете ночного фонаря, горящего где-то в верхней части каюты лицо Саши было почти не видимо. Он ловко юркнула под мышку Владимира и прижалась к нему всем телом. Что это? Его сон? Наваждение, присланное ему неизвестно кем? Или это его испытание? Махову не пришла в голову мысль о том, как Саша проникла к нему в каюту.
- Они такие огромные, - она обняла его и положила свою голову Владимиру на плечо, её груди торчащие сквозь белое нательное бельё, касались его голой груди. Он свой верх снял. В каюте было очень тепло. Можно сказать жарко. Теперь ему стало ещё жарче. Сашка ему нравилась. Он об этом никогда не говорил, но верил, что его красноречивые взгляды, говорили ей вместо него. Условия на «Отважном» не позволяли им оставаться вдвоём, хотя Махов об это мечтал часто перед сном. Сейчас же ничего не сдерживало их. Корабль, где они сейчас находились был огромным. Контроля здесь не было.