Денис Корнев – Коллектор с сердцем. Руководство к действию (страница 8)

– Только вдвоем – звучит хорошо, – и мужчина снова положил свою ладонь на стройную женскую спину.

– Тогда договорились. Я подберу сегодня отель и на следующую неделю – билеты! – решительно заявила Марина. А потом расплылась в широкой улыбке: – Светке скажу. Мы сейчас с ней завтракаем в кафешке, может, они с Колей нам компанию составят. – На этих словах она решительно убрала руку Андрея со своей спины, громко чмокнула его в небритую щеку и полетела в спальню одеваться.

– А как же «только вдвоем»?.. – только и успел, смеясь, сказать Андрей.

Маринка всегда была такой – решительной, легкой, умеющей любить себя и доносить до мужа свои желания. Ее светлые волосы и легкий макияж скрывали на самом деле стойкого оловянного солдатика, который точно знает, чего хочет. Выполнять ее просьбы и даже капризы стало для Карпова в последние годы некой сладкой обязанностью. Ему нравилось баловать жену. Однако так было не всегда.

Выпив кружку теплой воды, Андрей неторопливо отколол кусочек кокосового масла и положил его на поверхность сковороды на плите. Повернул выключатель и стал ждать, когда кусочек превратится в лужицу, и от нее пойдет дымок. На завтрак Карпов жарил себе яичницу с сыром и томатами.

Когда мужчина готовил, он словно впадал в легкий приятный транс. Резать, пассировать, выпекать, оформлять блюда – было для него приятным способом побродить по своим мыслям. В этот раз ему вспомнилась Надька – бывшая одноклассница, с которой случился один эпизод…

Тогда из Новосибирска, куда он переехал с семьей пару лет назад, Андрей прибыл на несколько дней к себе домой в Курган. В те месяцы он уже зарабатывал в ПКБ под сотню тысяч рублей – деньги для провинции тех лет немаленькие.

В течение своего небольшого отпуска Карпов решил встретиться с бывшими коллегами-милиционерами. Многим из них не терпелось узнать, как складывается его жизнь в столице Сибири.

Собравшись в маленькой сауне, мужчины травили байки из своих милицейских будней: разборки, внедрения, сыск, посадка за решетку преступников. В рассказах бывших друзей лейтмотивом звучала нелюбовь к понедельникам вкупе с тупым ожиданием пятницы. Собираясь в конце недели, провинциальные блюстители порядка расслаблялись пенным и «беленькой». Иногда на огонек к парням заглядывали две-три общеизвестные девицы, с которыми можно было развлечься относительно недорого.

– Не, ну ты прикинь, я в прошлую пятницу та-а-ак нажрался, что головой стену в шашлычке пробил! – бахвалился хлипкий мужичок, когда все они вместе с Андреем расселись по деревянным лавкам. – Мне, главное, говорят: «Товарищ, здесь бетон, не нужно, кровь пойдет!» А мне – по барабану! Костя Савинцев поспорил с начальником, что стену может своим лбом прошибить, значит, он это сделает! – Коллеги Савинцева одобрительно загудели.

– А я, прикинь, позавчера после смены прихожу домой, – продолжил пьяную болтовню мужчина в возрасте с большим брюхом, – мне моя говорит: «Ты где был, Вася?..» А я ей: «А что незаметно: кровь из носа течет и рубашка порвана! На работе, разумеется! Мечи на стол!» Она – мне: «Вась, так у нас метать-то – не с чего…» Ну я развернулся и ушел, ни слова не говоря. К Любке. Из тридцать восьмой. – Милиционер устало вздохнул. – Ну не могут мне больше на моей должности платить, что ж мне напоминать-то об этом каждый вечер! Ведь хожу на службу, жизнью рискую! Из упырей разных каждый день показания вытаскиваю! – Пузатый обреченно махнул в сторону своей тяжелой пятерней и замолчал.

– Ну а ты, Геннадьич, ты сейчас чем занимаешься-то хоть, поди, жалеешь, что из ментовки ушел?.. – бывший напарник Карпова Олег Краснов задал вопрос, который всех давно интересовал.

«Да-да, расскажи», «Ага, вот что интересно!», «Колись, Андрюха!» – послышались реплики с разных сторон.

Все это время, разморенный дешевым пивом и теплой сауной, он сидел на деревянной скамейке вместе со всеми, но не чувствовал того, что раньше. Они больше не были одной командой. Все эти разговоры о милицейской хищной гонке за добычей, похвальба пьяными «подвигами», отсутствие уважения к своим семьям – Андрей давно отвык от этой реальности. Да и никогда она не подходила к его «джентльменским» нравам.

Карпов набрал в легкие побольше воздуха.

– Ну… что рассказывать, пацаны, – начал бывший опер не вполне уверенно. – Живем в Новосибе, дочке будет два – этой весной…

И тут до него дошло. «Нужно позвать их к себе, в ПКБ! – подумал Карпов. – Из некоторых могут получиться хорошие специалисты. И положение свое поправят, и пить будут… ну хотя бы не эту бодягу, имеющую от настоящего пива только название…»

– Знаете, я работаю в Первом Коллекторском Бюро, сокращенно – ПКБ.

Аудитория молчала, Карпов продолжил:

– Мы помогаем людям избавляться от долгов…

– Это как? – перебил брюхатый, – вышибая из людей последние деньги? – и усмехнулся, продолжая смотреть на Карпова пьяными жесткими глазами.

– Не-е-ет, Вась, мы не выбиваем деньги, мы, наоборот, помогаем закрыть кредиты на гораздо более выгодных условиях…

– Ох, Андрей, не ожидал я от тебя, – горько сплюнул прямо на пол Олег Краснов, не давая Андрею продолжить. – Вроде умный мужик, а работаешь хрен знает кем, даже сказать вслух стыдно.

– Олежа, да ты же не разобрался, а уже плюешь, – попытался отшутиться бывший сыщик.

– Ну а что вы там делаете, если они не правы, – показывая на Олега и Василия, пробасил Кирилл Стешский, – ясно, что коллекторы делают, – грабят простых людей.

Парни согласно закивали.

– Да ну что вы заладили, – снова начал оправдываться Андрей, – почему грабят? Вот есть у тебя, к примеру, долг, – мягко показал рукой Карпов на Стешского, – так? Мы берем этот долг и срезаем тебе с него «половину», ты прикинь…

«Не бывает такого!», «Да ты брешешь, Геннадьич!» – снова мужчины неодобрительно загудели.

– Да ну как не бывает, мужики, если я вам говорю, – улыбнулся Карпов. – Я еще и деньги хорошие за это получаю, под сотку в месяц.

– Сколько? – моргнув, переспросил хилый Костя Савинцев.

– Сотку, Сав, прикинь. Я и вас могу научить, ребят, это не сложно, и на такой доход можно выйти за год-полтора.

– Ты знаешь, Андрюх, ты ври-ври, да не завирайся! – вдруг резко выкрикнул Савинцев. – Ты что, думаешь, раз старыми друзьями собрались, теперь можно нам врать с три короба?! – вены у Кости вдруг повылезали, желваки под скулами начали быстрый танец.

– Да ты что, Сав, зачем мне врать-то, я же говорю – приезжайте в офис, сами посмотрите, пройдите обучение, ведь главное – это даже не деньги, а люди, отношение к ним…

Не успел Карпов договорить, как по лицу ему заехал неожиданно твердый кулак хилого Савинцева. Тут же он подскочил к Андрею, и начал бить его руками, и пинать ногами с неслыханным остервенением. Карпов от неожиданности и боли согнулся пополам и закашлялся.

Прежде чем мужики оттащили пьяного Костика от Андрея, тот успел визгливо проорать: «Понаехала шушера столичная! Будешь знать, Карпов, как у честных людей деньги отбирать! На, гнида! Хоть подохни здесь! Не дождутся тебя твои жена и до-о-оченька!»

Бывший мент, очнувшись на этих словах, заехал Савинцеву в ответ, но не сильно, по правилам, без следов.

– Ребят, не ожидал я от вас, честное слово! – крикнул усмиряющим Костика мужчинам Андрей и вышел из сауны. В спину услышал: «Вали отсюда, Карпов, ишь ты, сотку он получает!»

Через пятнадцать минут он приехал на такси в отчий дом. Родные, слава богу, уже спали. Мужчина, тихо заперев двери, быстро прошмыгнул в маленькую ванную и долго умывал лицо, смывая с себя слова Костика: «Шушера столичная!», «Гнида!», «Подохни!». Забавно, еще недавно эти слова были частью его самого, когда приходилось проводить сложные допросы и «раскалывать» преступников.

Хорошо, что мама и папа уже спали. Не должны они в их возрасте переживать за сына.

Наутро Андрея разбудил аромат блинчиков. «М-м-м, с вареньем приготовила, наверное…» – сладко потягиваясь в постели, подумал он. Именно от мамы – образцовой хранительницы домашнего очага – юноша когда-то перенял страсть к готовке. Печенья и блины, пирожки и запеканки, кексы и рогалики – чего только ни пекли вместе мать и сын!

«А все-таки это просто замечательно, что я теперь – не мент, – подумал Андрей. – Жить вот так с понедельника по пятницу? Нажираться как свинья в свой единственный выходной и прошибать лбом стены? Ну уж нет, мне моя жизнь сейчас гораздо милее!»

Карпов рассуждал о том, почему эти бравые мужчины выбирают жить именно так и даже не хотят услышать о том, что есть гораздо более «экологичная» реальность? Ведь там больше денег, свободного времени, возможностей… Там даже отношения другие – с окружающими, с коллегами, с семьей… Почему можно предпочесть все это низкопробному существованию с серыми буднями в милиции и короткими пьяными загулами между ними?

Очевидно, людям просто слишком тяжело признать, что они живут в дерьме. Оказавшись в зловонной яме, легче всего расслабиться и пойти ко дну. Это легко. Это не требует усилий. А вот выбираться из болота – гораздо сложнее. Нужно орудовать руками и ногами. Стиснув зубы, из последних сил – тянуться к берегу. Мысли вроде «я не успею, болото все равно утащит меня» или «у меня никаких шансов, я уже сильно увяз» – лишь отговорки для того, чтобы ничего не делать.